История чина таинства Елеосвящения

Подробнее

Размер

0.97M

Добавлен

03.10.2021

Скачиваний

12

Добавил

Александр
Дипломная работа об истории чина таинства Елеосвящения, 77 листов, без практической части
Текстовая версия:

Введение

История православного богослужения неоднократно привлекала внимание исследователей. На протяжении всей истории Христианской Церкви Святые Отцы и учителя неоднократно обращались в своих трудах как к вопросам литургии, так и к сакраментологии - науке о церковных таинствах. Здесь достаточно упомянуть св. Августин, Ориген, Ефрем Сирин и Великие каппадокийцы святого Иоанна Baptist.St. Василий, святой Григорий Богослов, святой Иоанн Златоуст, а также Папа Римский Григорий Двоеслов, Николай Кавасила (Хамаит) и многие другие отцы, внесшие достойный вклад в формирование и понимание литургической сферы Православной Церкви.

На рубеже XIX - XX веков были опубликованы работы, посвященные изучению источников православного богослужения - древних литургических сборников. Здесь следует особо отметить работы профессора А. А. Дмитриевского, выдающегося литургиста и собирателя древних литургических рукописей. Его описание, исследование и последующая публикация греческих рукописных уставов и Евхологии позволили успешно решить многие вопросы в области истории православного богослужения, которые до этого решались лишь в предварительном порядке. Эта систематизация греческих рукописных евхологов, принятая за основу, использовалась всеми последующими исследователями в этой области вплоть до наших дней: Иеронимом. Венедикт (Алентов), протоиерей М. Архангельский, Н.Успенский, М. Арранц и многие другие, ставшие авторами научных и богословских трудов, посвященных истории и значению отдельных последовательностей православного богослужения, вопросам их внутреннего, богословского смысла.

Обряд Таинства Елеосвящения, история которого является предметом данной работы, представляет большой интерес по сложности своей схемы и композиции в цикле последовательностей других священных обрядов. Следует отметить, что этот обряд является самым продолжительным из всех таинств. Последовательность Помазания проходила через длинную цепочку событий, которая в современном обряде скорее прерывалась, чем завершалась естественным образом. Цель работы -предоставить возможность увидеть в исторической перспективе формирование современного состава таинства Святого Масла. Для этой цели используется исторический метод. С его помощью можно будет проследить, как развивалась литургическая практика с течением времени в отношении специфики совершения таинства, его исполнителей, а также лиц, над которыми оно совершалось. Естественно, в силу определенных регламентов возможности данной работы весьма ограничены и не предусматривают подробного и исчерпывающего изучения темы, поэтому многие моменты будут освещены кратко и схематично, остановившись лишь на основных поворотных моментах в истории формирования всего ранга. Из всего значительного спектра древних рукописных евхологий по той же причине приведены наиболее уникальные и фундаментальные, фактически дающие четкое представление об этапах развития таинства. Эта работа основана на подробных и монументальных трудах вышеупомянутых ученых, исследователей древних литургических памятников, но в качестве основы и модели выбрано систематическое сочинение иеромонаха Венедикта (Алентова).

В связи с сосредоточенностью темы на области литургической практики Церкви и истории этой практики понимание догматических и канонических аспектов сведено к минимуму, за исключением только первой части, которая традиционно посвящена основным понятиям предмета исследования, а также рассмотрению истории подобной практики в Римско-католической Церкви, где нельзя пропустить богословский комментарий.

В соответствии с характером используемого литургического материала и задачей данной диссертации, дать обзор истории обряда таинства Елеосвящения, определен композиционный план. В первой части, в дополнение к основным понятиям, представлены те вопросы, которые в истории самого обряда таинства Святого Масла привели бы к частым повторениям и повлияли бы на ясность изложения. В следующих частях работы предлагается история обряда в Древней Церкви, как в западной, так и в восточной ее половине, а также в период греческих рукописных изданий, заканчивающийся XVI веком - временем появления современной преемственности.


1. Общие понятия

1.1 Происхождение таинства Помазания

Во время земной жизни Иисуса Христа апостолы провозглашают близость Царства Божьего и в подтверждение своих слов совершают чудесные исцеления больных и немощных силой Божьей. Даже после Вознесения Спасителя Его ученики придают значение и силу своей проповеди новыми чудесами и исцелениями ( ср... 3, 6-10; 8, 6-7). Именно эти действия, а также заверения воскресшего Господа в том, что Евангелие Евангелия апостолов будет сопровождаться знамениями, например, возложением рук на больных и исцелением ( ср. 16, 16-20), напрямую связаны с местом Нового Завета, которое, начиная с V века, рассматривается как Основа таинства Святого помазания больных. Это, как хорошо известно, отрывок из Послания апостола Иакова, где он говорит: "Кто-нибудь из вас болен? пусть он призовет старейшин Церкви, и пусть они помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господа. И молитва веры исцелит больного, и Господь воскресит его; и если он совершил грехи, они будут прощены ему " (Ik. 5: 13-15).

В нашем понимании богословия и литературы в целом, это таинство обычно называется Помазанием Елеем, ибо существенным признаком того, что в нем содержится масло, освящается молитвами об учреждении Святой Церкви. Однако существует также термин "Помазание Елеем", который прямо объясняется уже цитированными словами святого Иоанна Крестителя. Писания ( Марка 6: 13; Иакова 5: 14). “Эти два названия означают две основные литургические части таинства: освящение елея и помазание им, и поэтому они используются для обозначения целого. В богословских системах принято называть таинство в первую очередь Елеосвящением, потому что слово есть, как говорит прелат в своем Богословии. Феофан Прокопович, очень соответствует как греческому имени, так и обряду освящения масла” ( здесь, очевидно, накладывает свой отпечаток разница между традициями Востока и Запада).

Таким образом, первые указания на Помазание Елеем в контексте его таинственности содержатся в евангельском отрывке апостола Марка. Упомянув, что Иисус Христос призвал двенадцать учеников, начал посылать их по двое и дал им власть над нечистыми духами, евангелист продолжает говорить, что ученики пошли и проповедовали покаяние, и сразу же добавляет : ...и они помазали многих больных людей елеем и исцелили их ( Мк 6: 13).

Конечно, использование масла Спасителем и апостолами не было какой-то новой, беспрецедентной формой практической помощи больным и страждущим. Этой традиции предшествовало ее широкое использование в тех же целях в языческом и еврейском мире. У Филона есть свидетельства о целебной ценности масла и растираний, сделанных из него. Это касается восточных народов. "Это Филон говорит: что может быть лучше для натирания, чем фрукт, выжатый с оливкового дерева? Он смягчает усталость организма и укрепляет здоровье, а если есть какая-либо язва, он подтягивает плотность и придает больше, чем любой другой (фрукт) силы и бодрости. Далее Филон отмечает, что великие страны Сирии, Вавилона, Индии и Скифии готовили приятные растирания.

Греки и римляне также использовали растирания, в состав которых входили масло и другие ароматические вещества. Упоминание об этом можно найти у Цельса и Галена. ”

Масло также широко использовалось в качестве медицинского и лечебного средства среди еврейского народа. Даже пророк Исаия указал на это значение, изобразив состояние народа Божьего в его время: от подошвы его ноги до макушки его головы нет для него (Израиля) здорового места: язвы, пятна, гноящиеся раны, необработанные и несвязанные, и не размягченные маслом (Исаия 1,6). Пророк Иеремия говорит то же самое: нет ли бальзама в Галааде, нет ли там врача? Почему нет исцеления для дочери моего народа? (Иеремия 8: 2). Это правда, что оба пророка использовали образные обороты речи в приведенных выше отрывках, но нет никаких сомнений в том, что они взяли образы для этой цели из фактического использования масла в качестве медицинского средства среди еврейского народа. Действительно, у евреев масло применялось при лечении различных недугов: головных болей, телесных ран, кожных заболеваний и т. д.Его использовали как в чистом виде, так и при смешивании с вином. Само помазание елеем совершалось по праздникам и субботам. Это сочеталось с верой в то, что в раю древо жизни обливалось маслом и давало людям вечную жизнь. “В Апокалипсисе Моисея Адам, который был смертельно болен, попросил Еву отправиться в рай с Сетом и молить Бога о милости: пусть Он пошлет Своего ангела в рай, сказал Адам, и дай мне дерева,из которого течет масло, принеси мне это масло, и я помажу себя и отдохну. Но архангел Михаил ответил им по повелению Божьему следующим образом: Сиф, человек Божий, не утруждай себя больше просить у дерева, из которого течет масло, чтобы помазать твоего отца Адама, это будет дано тебе не сейчас, а в последние времена. Помазание было совершено раввинами. В трактате Берахот (Талмуд) говорится о рабби Симеоне, сыне Елеазара, что он позволил рабби Меиру смешивать вино с маслом и помазывать больных в субботу. Спаситель также указывает на это употребление масла среди евреев. В притче о добром Самарянине Он указывает в качестве лекарства масло, которое самарянин вылил с вином на путешественника, раненного разбойниками ( Луки 10: 34). Теперь, если мы примем во внимание, что Спаситель взял образы для Своих притч из окружающей среды, тогда для нас становится очевидным и естественным использовать масло в качестве лекарства евреями Его времени. Точно так же апостолы, когда говорится: “помазали елеем многих больных и исцелили " (Мк 6: 13), будучи сыновьями своего возраста, используют хорошо известные внешние формы помощи больным во время своей первой проповеди, когда Спаситель был еще жив на земле.

Утверждая тот факт, что евреи использовали масло в качестве лекарственного вещества, слова Христа и пример Его учеников оправдывали его использование последующими поколениями в тех же целях. Действительно, даже в первые века христианства елка широко применялась в дополнение к своему сакраментальному назначению”" Как отмечает иеромонах Венедикт (Алентов), такое использование масла для исцеления было настолько удобным и настолько оправданным многочисленными случаями исцеления от недугов, что оно значительно ослабило само его использование в таинстве Помазания и часто становилось объектом внимания верующих, церковных писателей и богословов. Хотя следует отметить, что для древних это также не было абсолютной панацеей от всех болезней. Почему эти традиционные, повседневные формы использования масла в качестве лекарственного вещества вскоре начали дополняться некоторыми аспектами, которые уже имеют религиозную основу, возможно, унаследованными от некоторых восточных, еврейских или древних обрядов? Так, например, в ранней христианской церкви широко использовалось масло, освященное людьми, известными своей святостью. Не менее широко христиане использовали масло из светильников, прикрепленных перед изображениями святых, а также у гробниц мучеников. Иеромонах Венедикт ссылается на окропление (помазание) елеем от светильников“, которые висели в Иерусалимской церкви в воскресенье перед Крестом Господним. "До масла этого креста, - пишет он, - было такое почитание, что его уносили в золотых, серебряных и других сосудах...”

Совершенно ясно, что ввиду такого широкого использования нецеркаментального масла в целях исцеления, его использование в таинстве Помазания было значительно сокращено. И это тем более так, поскольку христиане рассматривали несакраментальное масло не как обычное лекарственное средство, обладающее целебной силой само по себе, а как вещество, получившее эту силу либо от молитв известных святых Божьих над ним, либо от пребывания в церкви перед образами святых и перед гробницами мучеников, одним словом, они придали ему религиозный характер. При таком положении дел это масло имело преимущество перед священным маслом, так как каждый верующий мог быть помазан им. С другой стороны, многочисленные случаи исцеления от него оправдывали его использование и подтверждали его значение в качестве религиозного медицинского средства.

В значительной степени именно это преобладание несакраментального использования масла, которое привлекло внимание христианских верующих и отцов церкви, стало причиной недостаточности свидетельств отцов о его использовании в таинстве Помазания. По мнению многих исследователей, это не было случайностью, но имело глубокие объективные причины, которые были продиктованы как временем, так и особенностями уже сакраментального характера помазания.

1.2 Священное употребление масла

Все вышеупомянутые случаи древнего использования масла в ряде традиций не могут быть отождествлены с тем, что упоминается в евангелистском Евангелии от Марка (Марка 6: 12). По словам святого автора, апостолы совершают помазание в соответствии с властью, данной им Иисусом Христом, согласно Его воле, с Его посланником и благословением, хотя, как уже отмечалось, они используют традиционные и хорошо известные вещества. Больные и немощные воспринимают на себе, по словам протоиерея Михаила Архангельского, отметину Своего имени, как по образу, так и по форме, иными словами, имя Божие взывается и непосредственно запечатлевается на том, кто страдает. Справедливо будет сказать, что с этого момента заложена незыблемая основа будущего таинства и, следовательно, всего будущего его обряда.

Более конкретные свидетельства Помазания Елеем, как уже отмечалось, содержатся в ап. О Джеймсе. В последней главе своего послания апостол пишет: болен ли кто-нибудь из вас? пусть он призовет старейшин Церкви, и пусть они помолятся над ним, помазав его елеем (алейфанте~ эль1вт) во имя Господа, и молитва веры исцелит больного, и Господь воскресит его; и если он совершил грехи, они будут прощены ему ( 5: 14-15 ). - Сопоставляя эти слова ап. С приведенными выше словами евангелиста Марка, мы видим, что оба они говорят об одном и том же действии: евангелист Марк пишет, что апостолы помазали елеем- /leifon el1w- ... больные были помазаны елеем и исцелены-ап. Джеймс говорит: пусть старейшины церкви совершат молитву над больным человеком, помазав его маслом-alejfante~ el1w-и молитва веры исцелит больного человека...” Но ап. Этот акт Иакова изложен в таких деталях, которых мы не находим у евангелиста Марка; так что сам акт, который кажется внешним, исцеляющим актом, хотя он был совершен властью самого Иисуса Христа, в Ап. Святой Иаков приобретает статус сакраментального церковного действия, с особыми исполнителями и особыми обетованиями благодати, которые касаются души и тела больного человека.

Таким образом, Помазание-это действие, конечно же, божественно установленное для Церкви, и которое совершили апостолы с явной властью от самого Иисуса Христа и которое было хорошо известно в христианских общинах с момента их создания. И это не случайно апостол Иаков, в ком мы находим достаточно четкое свидетельство об помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание помазание Помазание-помазание, помазание, помазания, пусть молится. Кто-нибудь счастлив? Пусть он поет псалмы (Ik. 5: 13).

После апостолов Святое масло постепенно приобрело значение и достоинство таинства в Церкви. Самые древние упоминания об этом в письмах отца встречаются у ряда известных людей того времени. Например, нам известно мнение Иринея Лионского относительно гностических извращений таинства Крещения, как по его смыслу, так и по его ритуальной стороне (гностики ставят на место Крещения так называемое "искупление", в котором, по - видимому, сочетаются элементы будущего "последнего помазания" ): "...другие, - пишет он, - искупают умирающих и тех, кто приближается к самой смерти; смешивая масло с водой, они льют его на голову умирающего, и к этому "бальзаму" они добавляют заклинания, чтобы их внутренний человек выходит невидимым из невидимого, оставляя тело в сотворенном мире и представляя душу Демиургу". В этих словах Ириней упрекает еретиков, по-видимому, за искажение ими Помазания Елеем, за неправильное понимание, которое они имели по отношению к этому таинству. Но если и было искажение, то было также что-то, что искажалось.

Ориген более ясно говорит о Помазании Елеем. Перечислив упомянутые в Евангелии способы, посредством которых можно получить прощение грехов, а именно: крещение, мученичество, милостыня, прощение грехов ближним, обращение ближнего из заблуждения, изобилие любви к Богу и так далее, Ориген продолжает: "Есть также седьмое, сколь бы тяжким и трудным оно ни было, отпущение грехов через покаяние... когда грешнику не стыдно исповедаться в своем грехе перед священником Божьим и попросить исцеления... Тогда сбудется и то, что сказал апостол Иаков.

Подменяя и покаяние, и помазание елеем одним видом, Ориген позволяет рассматривать их как однородные действия не только по их покаянному характеру, но и по их значению и значимости. Если он говорит, что Помазание елеем является лишь разновидностью покаяния, то мы можем заключить, что первое сообщает ту же благодать, что и второе; тем более что в словах Ап. Иакова упоминается исцеление не только тела, но и души, по-видимому, через общение благодати Божьей”."

Следующее "упоминание о помазании" - это послание святого Иоанна Крестителя. Ипполит Римский (†236 ), описавший обряд освящения масла. В конце евхаристической молитвы было совершено благословение принесенных фруктов и продуктов, в том числе масла. Масло, освященное в день благодарения, как считалось, молитвой с благословением, укрепляло тех, кто ел от него, и приносило здоровье тем, кто был им помазан.

Этология отнести к египетский епископ Серапион Таиша ( +362), которая содержит молитвы о благословении на масло и воду, а также за масла, ни хлеба, ни воды, и в текстах имя упоминается только о нефти, которая предназначалась для помазания и для которой он добивался целебная сила; это масло было прекрасно наименованиеέλοάον νοσαυνκον ("елеем больных")."Объективности ради все же необходимо уточнить, что четвертый век все еще характеризовался разнообразием в употреблении верующими масла, и в данном случае трудно что-либо однозначно сказать о таинственности в нашем понимании.

У более поздних церковных писателей мы находим еще более конкретные свидетельства о Соборовании, например, у Василия Великого, Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского и других. Примечательно, что Василий Великий оставил молитву для причастия над больными, которая позже стала частью самого обряда следования за таинством. Точно так же у нас есть молитва святого Иоанна Златоуста, которая входит в обряд Освящения Елея. Это указывает, с одной стороны, на существование таинства Елеосвящения в церковной практике четвертого века, а, с другой стороны, на общецерковную веру в это таинство как в таинство, предназначенное для передачи благодати больным. Начиная с пятоговека, у нас уже есть сам обряд таинства Святого масла в книге папы Геласия о таинствах. Наконец, в древнейших биографиях, начиная с четвертоговека, есть прямые свидетельства о фактах совершения Елеосвящения над определенными пациентами, например, в житии Св. Ипатий, живший в четвертом веке; святой Евтихий, патриарх Константинопольский (VI век); Евтихий, епископ Алдеперский и др.

Видимая сторона Помазания, согласно изображению Ап. Иакова, состоит из:

а) Масло, эль1onон, то есть оливковое (деревянное) масло, которое обычно освящается перед фактическим совершением таинства. (Западная литургическая традиция до восьмого века придавала этой конкретной части Соборования статус таинства, но об этом будет рассказано ниже.)

б) молитва веры, или слова, сказанные в помазании: Отче Святый, врачу душ и тел послал Своего Единородного Сына, Господа нашего Иисуса Христа, исцеляя всякую болезнь и от смерти спасает, и исцели раба Твоего от alderase его физической и умственной слабости, и jivotnoe его благодатию Христа Твоего ( подробнее об этой молитве также будет сказано ниже ).

Что касается невидимых, благодатных действий таинства Елеосвящения, то они, по словам Ап. Они касаются тела и души больного человека.

Апостол говорит о действии Елеосвящения на само тело в словах: "И молитва веры спасет больного, и Господь воскресит его. Выражение славянского текста спасет ссеи, в данном случае имеет буквальный смысл: оно даст здоровье, сделает здоровым, т. е. исцелит, как в русском варианте. То же самое подразумевается под дальнейшим выражением и поднимет egere, хотя, однако, e gere усиливает значение первого выражения, распространяя действие таинства на дух пациента, который ранее был взволнован страхом неминуемой смерти и страданиями тела. Но в основном оба выражения имеют отношение к телу, так что исцеление телесных болезней является самым первым благодатным действием Святого Масла.

Святой Иоанн Креститель Симеон Фессалоникийский говорит о действии святого Помазания как об избавлении от болезней, воскрешении немощных и отпущении им грехов. Евхаристия ("спасительное помазание"), будучи целостным исцелением человека, особым образом является образом Божественной милости, ведущей ко всякому восстановлению. "Поэтому в византийской молитве о Помазании Бог восхваляет Себя как "врача наших душ и тел", Который послал Своего единородного Сына, чтобы исцелить нас от наших немощей и избавить нас от смерти. "В своей земной жизни Иисус исцелял больных; Он возвращал их к смертной жизни. И когда св. Если Дух войдет в наше тело, обреченное на смерть, он выведет его за пределы смерти: смерти больше нет, ибо Христос, Бог наш, воскрес".”

Однако, что касается сакраментального аспекта, важно помнить, что " таинство Елеосвящения занимает совершенно особое место в экономике других таинств, можно даже сказать, что оно находится на пределе. Действительно, в то время как в других обрядах передаются дары Святого Духа, и совершение таинства несомненно, Помазание просит только о благодати исцеления, ничего не говоря заранее о действии и результате. Невозможно представить себе непрерывное служение исцеления: оно зависит от чудесной силы Бога, Который посылает его по Своему собственному благоволению. Таким образом, Церковь молится об исцелении, не провозглашая этого”."

Как справедливо отмечает архиепископ в своем труде по догматическому богословию. Макарий: "Желать и требовать, чтобы каждый раз, когда человек принимает таинство Помазания, он исцелялся от своей болезни, означало бы требовать, чтобы он вообще не умирал. Когда каждый из нас выздоровеет от болезни или умрет, одному Богу известно”."


2. Исполнители Таинства Елеосвящения

2.1 Старейшины

Когда Святой апостол Иаков повелевает всем больным призвать "старцев", чтобы совершить над ними таинство Святого Елея, он подчеркивает, что это действие требует, прежде всего, особенно горячей молитвы тех, кто носит священство. В то же время вопрос о количестве исполнителей таинства решается произвольно и по мере возможности. В этом смысле, очевидно, это выражение было понято ап. Иакова о старейшинах христианской общины в первые века. Именно, считая более соответствующим завету апостола, что в совершении таинства участвует много служителей (поскольку речь идет о нескольких), без каких-либо строгих ограничений на их количество, древняя традиция допускала совершение таинства одним пресвитером, когда этого требовали обстоятельства. И они часто делали это единственным способом совершения таинства Елеосвящения одним священником. Первые века существования Церкви были временем, когда христианам приходилось искать безопасности в пещерах и катакомбах и вообще сталкиваться со всевозможными преследованиями и ограничениями в своей вере. Принимая во внимание этот фактор, мы можем справедливо предположить, что празднование таинства Святого Масла одним пресвитером было более типичным в то время, о чем свидетельствуют прямые исторические свидетельства: "пресвитер Руфин Святого Иоанна Крестителя" Макарий Египетский (IVвек ) свидетельствует, что он один благословил масло и помазал им больных. О преподобной Гипатии (IV - V вв.) повествуется, что он ходил ухаживать за больными и "в случае нужды просил игумена-пресвитера помазать больного освященным елеем; и часто случалось, что больной выздоравливал через несколько дней с помощью Божией". В другом случае преподобный Ипатий сам исцелил больного слугу Аэция своими молитвами и помазанием освященным елеем. Исаак Антиохийский (IV В - С V столетия) во всем винит женщину, которая, по ее болезни, не чтит священника, и игнорирует его знаком ( например, помазание елеем во образ креста) .” Из этих примеров видно, что даже в рамках IV-ви веков, под изменившиеся условия существования христианской Церкви, это было вполне допустимо для одного пресвитера совершать Таинство святого елея.

Однако, разрешив таинство Елеосвящения совершать одному священнику, христианская церковь в древние времена "не уклонялась от исполнения завета Ап. Иаков говорит о многих старейшинах, которые совершают таинство. "У Теодульфа, архиепископ. Приход Орлеана (+821) для празднования Елеосвящения указаны три пресвитера. Число три, возможно, было распространено в христианской древности. Это был, прежде всего, в соответствии с пактом об АП. Джеймс вызова многих пресвитеров совершать таинство, а затем, как и другие детали в обряде помазания древних греков ( например, три помазания и трех крестов в каждом помазании), имел за собой глубокую аналогию и обоснование в Троицком, и наконец-то представили практически удобство, являясь относительно доступным в этой связи для широкого применения”"

Обе практики, касающиеся числа пресвитеров, совершающих таинство Святого масла, которые начались в первые века христианства, укоренились так прочно, что сохранились в более поздние времена, когда участие семи пресвитеров в совершении таинства было общепризнанным на Востоке. Трудно точно сказать, когда было совершено первое участие семи священников в Восточной Церкви. Более вероятно, что это число получило широкое распространение не ранее восьмого века, поскольку в девятом и десятом веках мы уже находим обряды соборования, основанные на предполагаемом участии семи старейшин в их отправлении. “Число семь было принято потому, что оно долгое время считалось священным числом в христианской церкви. Особенно глубокое обсуждение этого вопроса содержится в книге "Блаж". Симеон, епископ Фессалоникийский. Я думаю, - говорит он, - что это было сделано "в соответствии с еженедельным числом даров Духа, подсчитанных в Исайе (11: 2), или в соответствии с семью священниками ветхого закона, которые по повелению Божьему семь раз обошли Иерихон с трубами и разрушили его стены, как будто эти (евреи)также были теми же, они хотят свергнуть злой город и твердые стены высот греха; или как будто в подражание Пророку, который простерся над ребенком той соманийской женщины, и священники молились семь раз за умершую душу и имел силу пробудить ее, как Елисей простирался над ним семь раз и молился семь раз; или как будто, подобно Илии, который молился семь раз, чтобы прервать засуху греха и открыть небеса, как Илия, давая ключ благодати, и ниспослать от Бога милость прощения, как дождь. В этом, на мой взгляд, и заключается смысл седьмого дня".”

Объяснение Блажа. Симеон заслуживает внимания, потому что он проясняет внутреннее, религиозное значение числа семь. Иеромонах Венедикт пишет, что исторические обстоятельства того времени были в равной степени объективными для принятия числа причастников седьмого дня. К седьмому и восьмому векам Христианская Церковь, давно освободившись от стесненного положения, которое она занимала в первые века, свободно использовала свои силы не только в области преподавания, но и в литургической сфере. Завещание ап. Джеймс говорит о многих старейшинах, поэтому теперь он полностью функционирует. Обычай призывать трех пресвитеров для совершения таинства сохранился с древних времен, но теперь, в силу исторического контекста, это сохранение старой традиции кажется недостаточным и неуместным. И по мере увеличения числа пресвитеров естественно противопоставлять число "три", которое уже было широко распространено ранее и имело глубокую аналогию в Троице, с числом с таким же глубоким значением, т. е. "семь". Таким образом, это число стало особенно применимым к таинству Елеосвящения, которое в греческой церкви считается седьмым по счету. Начиная с седьмого и восьмого веков, он окончательно определил число пресвитеров для совершения таинства святого Иоанна Крестителя.Масло, которое в то же время начинает приобретать новое название "Неделя освящения". Патриарх Иоанн Век писал в 1277 году: "Вместе с остальными таинствами мы также принимаем молитвенное масло, которое мы называем "неделей освящения "в соответствии с обрядом празднования."До этого императрица Ирина ( XII в.) в своем уставе таинство Елея также называла "неделей освящения". И во всех греческих рукописях, начиная с Евхологии Варберина ( IX век ) и других, неизменно указаны семь пресвитеров для обряда Святого масла. Однако это отнюдь не абсолютизировало этот раздел таинства в строгом смысле, и в жизни конкретных поместных церквей этот момент решался по принципу возможности. То есть, как в первые века христианской общине разрешалось совершать таинство одним пресвитером, так и в дальнейшем практически разрешалось вызывать меньшее количество священников. Прежде всего, в последовательности употребления Святого масла в рукописи Синайской библиотеки № 973-1153, в которой специально отмечено "семь старцев" для совершения таинства, также говорится, что "в случае необходимости и отсутствия старцев, двое или трое выполняют последовательность". В том же контексте есть еще одно свидетельство, относящееся уже к 15 веку, которое принадлежит святому Иоанну Крестителю. Симеону Фессалоникийскому. Указывая в Семиречье число пресвитеров для совершения таинства, согласно определению древних, святой по-прежнему отмечает, что "других негативных (семь) священников призывают только три; не следует сожалеть: ведь, во-первых, это по силам Троицы, а затем на память свидетельства и обучения, экс-через Илию, когда он воскресил умершего сына сарептская жена, помолившись три раза, и трижды простершись над ним...и, должно быть, по старинному обычаю из семи старейшин, нужно же и меньше, чем три, и они говорят, что все предано сказать"...".

Относительно совершения таинства "одним" священником существует довольно категоричное суждение блаженнейшего. Согласно святому Симеону, "Пусть ни один пресвитер вообще не совершает елеосвящения". Это заявление Святого Отца согласуется с рукописью Синайской библиотеки № 973, где максимальное число указывает на двух служителей. Однако вполне естественно, что та же реальность, в конце концов, все же допустила совершение таинства одним пресвитером, но "в необходимых случаях". В таком виде этот вопрос решен и в" Исповеди " Митрофана Критопуло, писателя-догматика XVI века. Считая необходимым призвать для этого таинства семь священников, в то же время Критопулос считает допустимым совершать его даже одному, при условии, что "не хватает других пресвитеров".” По той же причине современные греческие писатели и богословы разрешают совершать таинство одному священнику.

Но если в силу определенных обстоятельств были допущены отклонения от еженедельного числа пресвитеров до значительно меньшего числа, вплоть до одного исполнителя таинства включительно, то, наоборот, "как свидетельство большей веры и усердия", естественно было увеличить их число, т. е. допустить такое же явление отклонения от еженедельного числа, но в сторону увеличения. И у нас есть прямое указание на это в словах благословения. Симеон. Размышляя "о практике своего времени в отношении числа исполнителей причастия", он говорит, что " другие, в качестве свидетельства большей веры и усердия, собирают вместе более семи (священников)"". Но нет никаких определенных числовых признаков увеличения числа пресвитеров.

После всех приведенных выше материалов о количестве пресвитеров, совершавших таинство Святого Масла с 7по8 века, мы можем установить следующее :

) общепринятое количество совершающих таинство с указанного времени-семь священнослужителей;

3) в последнем случае наиболее желательной заменой седьмого числа является троичное число.

Что касается наших славянских рукописей, то они верны своим греческим оригиналам в отношении числа пресвитеров, совершающих таинство Святого Масла. От самых ранних рукописей XIII - XIV веков до последних, начиная с XVII века, неизменно указываются семь исполнителей причастия. Однако действительность в Русской Церкви также заставила нас отклониться от числа недель, столь строго оговоренного в обрядах Помазания. В 17-м веке, были эксперименты в построении причастного на предполагаемом участии в его исполнении на один священник, или, в качестве одной рукописи памятника, говорит, "для исполнения "одного священника.""Это наглядно показывает, как реальность, которую иногда делают невозможным в течение более чем одного священника совершить таинство, даже сделал его надо менять сам обряд помазания и адаптировать его для одного человека, чтобы выполнить его. Требник Петра Могилы содержит следующие команды: суть Таинство Соборования-это оливковое масло из семи священников, которые вращаются вокруг него, освящаемых, нуждающихся в три или две беды из-за смерти, а из одного параметрам, что несет два или один священник, который не может преодолеть эту тайну, так что он может решиться взглянуть в лицо страху смерти."

Для нас важно отметить это определение Требника Могилы Петра, как указание на существование практики совершения причастия одним пресвитером в определенных случаях”. Но если потребность и отсутствие необходимого числа священников на самом деле довели их число до одного исполнителя таинства, то число семь осталось формально признанным в Русской Церкви.

2.2 Епископы

Наряду с пресвитерами в Христианской Церкви с самых ранних времен ее существования епископы также совершали таинство Святого масла. В этом отношении они были естественными получателями власти апостолов, первыми исполнителями таинства. “Тот факт, что ап. Иаков повелевает больным призывать специально "пресвитеров" для совершения таинства, что, конечно, не может быть причиной для различных толкований относительно их фактических прав и обязанностей в Церкви, поскольку пресвитеры в первые века христианства понимались как епископские, так и священнические чины ( Ап. Павел в своей прощальной речи к пастырям Ефесской Церкви называет епископов и пресвитеров одним и тем же общим словом "пресвитеры" ( Деяния 20: 17-18). Ап. Петр в своем обращении к пресвитерам также называет себя "пресвитерами" ( Деяния 20: 17-18). со - пресвитер "(1 Петра 5: 1). Святой Иоанн Златоуст говорит:" В древние времена обоих пресвитеров называли епископами и дьяконами Христа, а епископов называли пресвитерами, а позже (каждому было дано другое имя: епископ или пресвитер"). Для древних христиан было естественно смотреть на Иакова в таком широком смысле”.

Однако, начиная с четвертого и пятого веков, практика совершения таинства Святого Масла епископами для Восточной и Западной Церквей была разрешена с учетом индивидуальных особенностей.

Чтобы с V века Римская церковь превратилась в обыкновенную благословение масла, а для священной цели, так и для домашнего использования исключительно между епископами, а помазание елеем больного практически сосредоточена в руках пресвитеров, и поэтому участие епископов в последний, казалось, как бы незаконной, и это тем более, что под "старцами", чтобы побудить указанных больных. Джеймс, к тому времени были поняты только люди второй степени священства.

Относительно первого пункта и поразительной разницы в традициях Востока и Запада уже можно судить по труду "О таинствах Церкви" католического богослова Бенедетто Теста. Он пишет: “ Благословение, совершенное епископом, считалось основой таинства. Это было то, что называлось таинством (Помазанием), а не само помазание елеем, которое могли совершать не только старейшины, но и миряне. Благословение означает призывание Святого Духа на масло для исцеления болезней и восстановления здоровья. Молитва, с которой было совершено благословение, несомненно, была более важной в то время, чем та, которая читалась над больными и за больных; об этом также говорится в Послании Иакова (ср. 5: 14)".

Далее Теста ссылается на послание папы Иннокентия I Деценция Губбио (416), где, во-первых, Помазание называется таинством, которое имеет определенную ценность для этого времени, а во-вторых, оно содержит два утверждения, которые также кажутся важными. Во-первых, что касается освящения масла только епископами, Папа говорит уже как установленный и понятный всем обычай, а во-вторых, что масло, "приготовленное епископом, может использоваться не только священниками (для таинственного помазания), но и всеми христианами самостоятельно (в частной жизни)".” Таким образом, согласно этому посланию, масло для всех без исключения целей освящалось только епископом, в то время как таинственное помазание принадлежало только старейшинам, а в других случаях освященное масло могло использоваться любым христианином самостоятельно. Единственная постоянная трудность заключалась в том, что в пятом веке все еще не существовало четко определенного критерия, по которому можно было бы отличить сакраментальное помазание от простого, мирского. Здесь были затронуты естественные обстоятельства того времени, условия и конкретные результаты того и другого. "Кесарий Арльский (+542) упоминает о помазании, совершаемом мирянами; по его словам, помазание больных вызывает - в отличие от языческой медицинской магии-исцеление и отпущение грехов.

Это примерно то же свидетельство Элигия Нуайонского (+1660). В своем комментарии к Посланию Ап. Преподобный Джеймс Беде (+735) упоминает о помазании, совершаемом мирянами”.

В этой связи интересна информация современного западного литургиста Майкла Кунцлера. В своей работе "Литургия церкви" он приводит вывод исследователя Качинского: "Первоначально верующие сами приносили масло в храм, и там его освящал епископ или священник...,...но начиная с пятого века. освящение масла начали совершать только в Страстной четверг. Верующие больше не приносили масла в церковь, но получали там освященное масло, брали его с собой и сами использовали по мере необходимости. Ситуация развивалась так же, как и в случае с приношением Святого Креста. Подарки домой для домашнего общения. В принципе, вплоть до восьмого века миряне имели возможность самостоятельно распоряжаться освященным маслом, как для себя, так и для своих близких. Употребление мирянами масла не исключало помазания священнослужителей, как это ясно засвидетельствовано в Риме V в... ”

Далее, относительно исключений, касающихся прав епископа совершать помазание больного человека елеем, папа Инокентий I пишет: "Нет оснований сомневаться в возможности епископа делать то, что, несомненно, может сделать пресвитер. Вот почему апостол говорит о пресвитерах, что епископы, будучи стеснены другими занятиями, не могут ходить ко всем больным. Но если епископ либо может, либо считает кого-то достойным своего посещения, то он без колебаний может и благословить, и помазать его святым Елеем". В дополнение к этому свидетельству в житиях святых Западной Церкви есть информация о Помазании некоторых из них самими епископами. Григорий Турский (V век) в своей "Истории" повествует, что епископ Непоцианус совершил Помазание некоего Артемия, а затем пациент получил исцеление. По обряду святого Иоанна Крестителя. В шестом веке таинство Помазания святого Григория Великого совершал епископ с пресвитерами”.

Таким образом, даже в более позднее время обычай освящать масло исключительно епископами, а помазывать их-пресвитерами (вместе с епископами) постепенно превратился в правило. И согласно этому правилу, в Западной Церкви освящение Елея больных, как отмечалось выше, совершалось один раз в год (в Страстной четверг) епископами, а Помазание - во все времена епископами и пресвитерами (и мирянами).

В этой форме западная литургическая практика нашла выражение в ряде соборных определений Римской Церкви. Аналогично этот вопрос решали известные западные схоласты-Фома Аквинский, Альберт Великий, Ломбард и др. "Так Фома Аквинский пишет: "Во всех таинствах, в которых требуется освященная материя, освящение материи происходит от епископа, а использование в надлежащее время-от священника". Альберт Великий считает, что материал для причастия Святого масла "должен быть освящен тем, в ком, согласно его степени, пребывает полнота благодати, т. е. епископом". Когда святые совершали помазание больного маслом вместе со старейшинами, то, по свидетельству западных последователей, они проповедовали и отдавали соответствующие распоряжения в этом случае”.

Начиная с пятого века, литургическая практика епископов, совершающих таинство Святого Масла в Восточной Церкви, была решена в совершенно ином направлении. "В Апостольских указах, в отличие от свидетельства папы Иннокентия I, право освящать масло предоставляется как епископу, так и пресвитеру". Это показывает, что идея предоставления епископам исключительного права освящать масло была чужда Востоку. Эта тенденция не была обнаружена и в более поздние времена. Поэтому в Православной Церкви с древнейших времен епископы совершали таинство Соборования вместе с пресвитерами, то есть первые не были лишены права совершать это таинство, но и не были наделены исключительными полномочиями совершать какую-либо часть этого таинства.

И если епископы совершали таинство наравне с пресвитерами, то вполне понятно, что, когда с седьмого по ВОСЬМОЙ века в Церкви постепенно вступило в силу число исполнителей Помазания на седьмой день, а затем получило всеобщее признание, оно также применялось к епископам. На этот счет есть определенная точка зрения. "Именно, патриарх Константинопольский Никифор II (1260 ), осуждая тех, кто совершил это таинство над мертвыми, ссылается на своего предшественника, патриарха Арсения (1255 - 1260; 1261 - 1266), который "постановил, что семь священников, будь то епископы или митрополиты, должны осуществлять это преемство". Здесь ясно показано, что в силу установившейся в Восточной Церкви традиции еженедельного числа исполнителей Священного масла, высшим иерархическим лицам не разрешалось отвергать его при исполнении. Греческий историк Похимер описывает этот момент на очень конкретных событиях.”

Поэтому, естественно, Русская Церковь также осталась верна обычаям Греческой Церкви в отношении епископов как исполнителей этого таинства, позволяя им совершать этот обряд в одиночку и вместе с пресвитерами.


3. Лица, принявшие таинство Елеосвящения

3.1 Больные люди

Когда ап. Иаков в своих словах о Помазании ( Иакова 5: 14-15) повелевает принимать это таинство больным и указывает в качестве его благих последствий - выздоровление от болезни и отпущение грехов, что ясно указывает на то, что таинство Святого Масла предназначено для больных.: 1) оно для больных, 2) для исцеления их болезней и отпущения их грехов. В этом смысле цель этого таинства понималась в древней христианской Церкви-как Восточной, так и Западной. Прежде всего, на это указывают любые молитвы со Святым маслом из самых ранних литургических памятников.

Этот характер литургических текстов согласуется со свидетельствами Отцов Церкви, опять же, как Восточной, так и Западной.

Св. Иоанн Креститель Кирилла Александрийского (+444), в послании к палладием, советует верующим христианам молиться Богу за себя прежде всего, а не волхвы, а затем напоминает им, что при болезнях в Христианской Церкви существует таинство святого елея, установленном АП. "...Святой Кирилл пишет: "Несмотря на заклинание, это очень гнусно и плохо, а некоторые, не знаю почему, в восторге от нее, заявив, что те, кто совершает такие дела, при выполнении заклинания над больными, произносить имя Господа Саваофа и таким образом пытаются показать, что это занятие не предосудительное… Но если у вас есть болезнь в какой-либо части вашего тела и вы действительно верите, что слова "Господь Саваоф" и подобные имена, которым Божественные Писания, естественно, учат Бога, будут исцелять вас от этой болезни, тогда, когда вы молитесь за себя, говорите эти слова, и вы сделаете лучше их, воздавая славу Богу, а не нечистым духам. Я также напомню вам из Божественного Писания, которое говорит: кто-нибудь заболеет...". Прокопий из Газы ( с V в.) в своем комментарии на книгу Левит (19, 31) и вооружается против прибегают к walkowerem и называя имя Всевышнего, как они "дают это имя не Богу, а бесам"... "Если вы, Прокопий, имеете в виду некоего христианина, - верьте, что Вы, приходя к Богу, называете Его этим именем и спрашиваете о здоровье. Самое главное для вас-это то, что вы будете подтверждены на следующем совете: "Кто-нибудь болеет?".... Виктор,пресвитер Церкви Антиохии пятого века, в своем толковании Евангелия от Марка говорит: “ То, что в послании Иакова не отличается от того, что было сказано: многие больные были помазаны елеем и исцелены ( Мк 6: 13), ибо он говорит:" Если кто-нибудь заболел...масло также лечит болезни и дарит свет и радость". Поэтому масло для помазания означает милость Божью, исцеление болезней и просветление сердца. И все это делается молитвой, как всем известно, масло является символом этого".

У нас есть примеры исцеления болезней таинством Святого масла из жития святого Макария Египетского (+390), а также Константинопольского патриарха Евтихия.(552 - 565, 557 - 582 ). "В" Исповеди "Митрофана Критопуло мы читаем:" Это молитвенное масло не называется последним помазанием; ибо мы не ждем смерти больного человека и не приходим по этой причине, но, имея добрые надежды на его выздоровление, мы используем это таинство и таинственный священный обряд, прося Бога о его исцелении и о скорейшем изгнании болезни. И поэтому не один раз, а часто в нашей жизни нам приходится его использовать: и как бы часто мы ни болели, мы используем его так часто" " ( эта цитата обращает на себя внимание в полемике о западной традиции "последнего помазания").

Теперь необходимо сосредоточиться на развитии таинства в Римско-Католической церкви. Как уже упоминалось выше, на Западе довольно долгое время (до VIII века) все еще наблюдается отсутствие ясности и размытости в определении священного и несвятого употребления масла. Поскольку основной акцент делается на акте освящения сути таинства епископом, всему остальному придается второстепенный характер. Естественно, при смешении с мирским таинство теряет свою целостность и постепенно вырождается. Кунцлер пишет, что к восьмому веку оно почти вышло из употребления, осталась только практика любительского использования освященного масла. Попытки возродить таинство Святого Масла отмечены, прежде всего, его уже упомянутой корреляцией с Покаянием и, как следствие, "приказом больным покаяться на смертном одре и принятьviaticumвиатикум - последнее Причастие, поскольку в противном случае таинство вообще не начиналось". Но, как пишет Кунцлер, это также предопределило тенденцию "ограничивать использование помазания только в случаях тяжелой болезни и угрозы смерти, в результате чего таинство для больных было переосмыслено как таинство для умирающих, тем более что оно совершалось только после последнего Причастия (viaticumviaticum).

Схоластическая теология средневековья усилила эту тенденцию. Троица таинств посвящения в начале жизни (Крещение - Евхаристия-Конфирмация; в этом уже измененном порядке) была помещена параллельно с троицей таинств конца жизни (Покаяние-Евхаристия [виатикум] - Помазание больных как "сакраментум экзеунтум"[Альберт Великий]).

Плод помазания больных понимался как очищающая подготовка к вхождению в небесную славу, поэтому его главный результат виделся либо в очищении человека от все еще присущих ему простительных грехов.”

Однако нельзя сказать, что эта позиция была универсальной на Западе. По мнению профессора А. Булгакова, богослужебные книги старокатоликов ясно показывают, что, по крайней мере, в их среде происходили исправления средневековых схоластических взглядов по многим вопросам, среди которых имело место и таинство Елеосвящения.

Значительное улучшение традиции, включая взгляд Римско-католической церкви на таинство Елеосвящения, произойдет только в 1972 году на Втором Ватиканском соборе.


3.2 Здоровые люди

Корни традиции совершения таинства Святого масла над здоровыми заключаются в практике его совершения, поначалу, только в ограниченных случаях и в виде исключения над кающимися, т. е. лицами, проходящими степени церковного покаяния, публичного или тайного. Причиной такого нарушения известных правил и предписаний одновременно явилось указание ап. Сент-Джеймса на требование отпущения грехов в Помазании, а также уже упомянутое мнение Оригена относительно его параллели с покаянием. Таким образом, возник некоторый конфликт.

Первоначально кающимся было разрешено получить Помазание Елеем из-за смертельной опасности, чтобы, очистившись от своих грехов, они могли получить достойное причастие Святых Таин. Кроме того, таинство может быть применено вообще ко всем кающимся для примирения с Церковью или даже просто для отпущения грехов. Таким образом, некоторое небольшое послабление, исключение из правил постепенно стало нормой. Из числа здоровых кающихся исключение распространялось на лиц, которые фактически совершали Елеосвящение, то есть на священников, а затем "попутно" - на домочадцев самого больного.

Святой Иоанн Дамаскин (VIII в.) в своей проповеди "О тех, кто уснул в вере" советует исполнителю таинства, прежде всего, "помазаться"”.

Начиная с десятого века, обычай помазания елеем присутствующих во время совершения таинства довольно твердо подтверждается литургическими памятниками, в которых говорится, что наряду с владельцем дома помазывались все его родственники. Пройдя через ряд греческих литургических источников, упоминание о помазании священников маслом и присутствующих на праздновании причастия в целом сохранилось в них до X-VII века.

Славянские рукописи предписывают священникам помазывать "всех, кто нуждается в этом благословении", которые должны были быть помазаны елеем во время совершения таинства. В этом свидетельстве все рукописные приказы с XI по XVII век соглашаются помазать всех присутствующих в доме при совершении таинстваXI до XVII.

В дополнение к этому "преходящему" помазанию здоровых маслом, последнее совершалось в греческой церкви и преднамеренно на здоровых. Иерусалимский устав предписывал обряд помазания в равной степени "здоровым и больным". "Помазание, - читаем мы у twentiethгреческого писателя двадцатого века, - также представлено каждому верующему, который чувствует, что нуждается в благословении и укреплении Бога через это таинство, чтобы он мог принять участие в божественной Евхаристии без осуждения. Вот почему это повторяется в нашей Церкви так часто, как это нужно верующему"."

Существует еще одно объяснение происхождения общего Помазания. В Греческой церкви в некоторых случаях совершалось таинство Святого Масла для отпущения грехов кающимся и их примирения с Богом. После отмены в церкви особых категорий кающихся остались только ее члены, которым также необходимо очиститься от своих грехов и принять достойное причастие. Поэтому, должно быть, казалось естественным и целесообразным одновременно применять ко всем верующим то, что ранее делалось с каждым человеком.

Что касается очищения от грехов и достойного причащения, то в Церкви начинает появляться понятие общего Помазания, которое совершалось в те дни, которые христиане выбирали в основном для исповеди и причастия Святых Христовых Таин. Такими днями были дни Великого поста, в которые, на самом деле, было наиболее уместно совершить общее таинство Святого Масла, чтобы завершить покаяние и тем самым получить Святые Таинства более связно.

В этой форме было совершено общее Помазание для всех, кто пожелал его получить.


4. Празднование Причастия Святого Масла в постапостольский период

4.1 Освящение масла

Первоначально указанный ap. По словам Джеймса, элементы обряда помазания в более поздние времена усложняются особенностями, уже вновь введенными в него. Это дальнейшее развитие обряда Освящения Елея было обусловлено как общим развитием богослужения христианской Церкви, так и взаимным влиянием обрядов, а также самой природой этого таинства. В результате в обряде Елеосвящения, с одной стороны, появляется подношение рук, а с другой, мольба о больном человеке начинает сочетаться с мольбой о самом масле для причастия. А поскольку моление о елее должно было предшествовать помазанию им больного,оно занимало первое место в порядке отдельных элементов обряда помазания. Поэтому Елеосвящение с литургической стороны автоматически делилось на две основные части: 1) - освящение елеем и 2) - помазание им больных, иногда сочетающееся с подношением рук. Это разделение на две части характеризует обряд освящения Елея в послеапостольский период.

Переходя сначала к вопросу об освящении елея в послеапостольский период, следует отметить, что оно совершалось очень просто. В литургическом обряде святого апостола Иакова говорится: "Пусть больной призовет старейшин, и пусть над ним будет совершена молитва, помазав его елеем во имя Господа: и молитва веры спасет больного..." Так, в апостольскую эпоху старейшины сначала читали молитву за больного человека, а в конце молитвы помазали его елеем во имя Господа, то есть с произнесением определенной формулы помазания, которая будет подробно рассмотрена ниже. Главная молитва об исцелении окончательно называется молитвой веры, что означает, что в свое время существовал текст этой молитвы, который до нас не дошел. Старейшины, которые были призваны к больному, совершили эту единственную молитву. Конечно, в апостольский период не было апостольских или евангельских чтений, ектений или других молитв. “Есть сведения с начала четвертого века (310 г.), что священник, прежде чем совершить святое помазание, произносил только молитву веры. Молитва Веры, прочитанная старейшинами перед помазанием, послужила краеугольным камнем нынешней структуры литургических обрядов помазания”.

В последующие века христианства на основе апостольского обряда Помазания Помазанием Святого Духа был рукоположен святой Иоанн Креститель. Отцы Церкви, следуя образцу молитвы веры, начали сочинять свои молитвы о Помазании Елеем Помазания, вдохновленные духом веры Христовой. Эти молитвы были включены в обряды причастия. Но, по всей вероятности, сначала была прочитана одна или две молитвы, и это было все. С другой стороны, характерной особенностью древней христианской церкви было то, что одни и те же молитвы использовались, по возможности, во всех однородных случаях. По этой причине “молитвы об освящении масла были в то же время молитвами об освящении воды и даже хлеба. В значительной степени это обстоятельство было вызвано отсутствием молитв на все возможные случаи. Затем это явление подкреплялось тем фактом, что древние христиане придавали сакраментальное значение как воде, так и хлебу и использовали их как религиозные средства для исцеления болезней ( примеры исцеления благословенным хлебом можно найти в биографиях святых ). Особенно это касается воды, употребление которой было широко распространено среди древних христиан в качестве целебного средства. Это, конечно, сблизило назначение воды и масла и позволило обеим субстанциям быть освященными вместе одними и теми же молитвами”.

Самым древним памятником, содержащим процесс освящения масла, является Евхологий Серапиона, епископа Тмуитского (IV век). "На его древность указывает сама простота и незатейливость ритуальных действий, место которым вполне прилично только в церкви самых первых веков христианства". В этом памятнике даны две молитвы об освящении масла. Первая - молитва над приношениями масла и воды: "Мы благословляем эти вещества во имя единородного Иисуса Христа и призываем имя того, кто страдал, был распят и воскрес, и того, кто сидит по правую руку от Нерожденного, на воде и на этом масле: даруй исцеляющую силу этим веществам, чтобы каждый шейкер, каждое демоническое подражание и каждая болезнь могли отразиться через питье и помазание, и чтобы общение с этими веществами могло быть исцеляющим лекарством, средством для здоровья, во имя Твоего единственного - рожденный Сын, Иисус Христос, через Которого слава и сила Тебе во всем.В Духе Святом во веки веков. Аминь этому".

Вторая молитва-за елей больных, или за хлебом, и за водой: - "мы призываем вас, кто обладает всей властью и силой, Спаситель всех человеков, Отче Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и мы молиться о ниспослании целительной силой Единородного с небес на это масло, так что это может быть Помазан или вкусите эти вещества Твоего, чтобы прогнать всякую болезнь и всякую немощь, противоядие от всех демонов, средства устранения всякого нечистого духа, чтобы избавить их от всякого червя и шейкер и всякую болезнь, так что он может-это хороший подарок в отпущение грехов, живительным и целительным исцеления, для поддержания здоровья и сохранения души и тела, духа в полную силу, пусть вся власть Сатаны, демонов, каждый по злому умыслу врага, каждое поражение, каждое бедствие, каждый страданий, всякую болезнь или удар током или зло затмение бойтесь их, Владыко. Во святое имя Твое, которое мы ныне призвали, и во имя Единородного, да отойдет он от этих рабов твоих снаружи и изнутри, чтобы прославилось за нас имя того, кто был распят и воскрес, и кто принял наши болезни и немощи, Иисуса Христа, Который грядет судить живых и мертвых. Аминь этому".”

Из этих двух молитв об освящении масла Евхаристии Серапиона первая молитва, по-видимому, имеет сакраментальную функцию. По крайней мере, размещение его среди других сакраментальных последовательностей в значительной степени указывает именно на такую цель.

Той же молитвой освящено масло в книге "Апостольские постановления". В этом памятнике молитва над маслом и водой читается следующим образом: "О Господь Саваоф, Бог саваоф, Создатель вод и податель масла, щедрый и любящий человечество, который дал пищу, чтобы пить и совершать искупление, и масло, чтобы сделать лицо радостным от радости радости. Освятите эту воду и масло во имя того, кто принес это или принес это, и дайте ему силу, которая укрепляет здоровье, изгоняет болезни, изгоняет бесов, удаляет всю клевету через Христа, нашу надежду, с Которой слава, честь и почитание должны быть Вам и Святому Духу навсегда. Аминь этому".

Третий пример освящения елея сохранился для нас в египетских Церковных таинствах. Но здесь мы уже имеем дело с особенностью. Масло больных было освящено в связи с Евхаристией. Те, кто предлагал масло за ужином, должны были поступать с ним так же, как они поступали с предложенными хлебом и вином, поскольку день благодарения предлагался таким же образом. Если он не делает такие речи, он возблагодарил по своей силой, говоря: "когда ты освятил это масло, дать ее тем, кто помазал его...и тех, кто получает ее."... Как ты помазывал священников и пророков, чтобы укрепить их и всякий, кто ест его, и освятит всех, кто получит его."”

Как видно из приведенного выше памятника, принесенное масло подлежало освящению, и именно тот, кто его принес, должен был иметь с ним дело, как с хлебом и вином, пользуясь тем же благодарением. В противном случае для его освящения читалась специальная молитва. И мы можем думать, что освященное масло было частично съедено во время ужина. То же самое масло затем использовалось для помазания тех, кто в нем нуждался, то есть больных, за которых, опять же, в молитве об его освящении испрашивались соответствующие блага.

У нас также есть молитва об освящении масла в довольно древнем литургическом памятнике - "Завещании Господа нашего Иисуса Христа" (Рамани, опубликовавший текст этого памятника, считает бесспорным, что памятник был написан раньше начала мира для Церкви. Также легко допустить, что его автор жил раньше, чем в начале четвертого века. И даже возможно, согласно Рамани, что происхождение” Завещания " относится к первой половине третьего века. Местом происхождения, по мнению Рамани, следует считать либо Сирию, либо Египет.). Молитва на освящение масла читается следующим образом: если священник освящает масло, чтобы исцелять больных, затем поместить в сосуд (с маслом ) перед алтарем, он молится следующим образом: Господь Бог, пославший нам Утешителя, Господь, именем спасения (дух) крепости, прячась от неразумных и открытия мудрецов; Христа, благословивший нас, совершил по Своей милости мудрого слуги твои, которые были избраны на свои мудрость; тот, кто послал нас, грешных знания своего духа ради твоего храм, когда он дает нам силу своего духа; ты целительница всех болезней и страданий, которую дал дар исцеления тем, что вы стали достойными этого дара: Несполи на нефть, до входа в ваш perisabile, производительность "благодея" помощи, поэтому, когда он выступил немощных, больных исцелял, освященный возвращения, когда мы приходим к вере ( здесь, вероятно, имеется ввиду отступников и грешников тяжких приняты в церковь через Таинство Елеосвящения и только через помазание освященным маслом). Ибо твоя сила и слава во веки веков. Аминь”.

Приведенная выше молитва в" Завете " помещена в число сакраментальных действий и может рассматриваться как по своему расположению, так и по содержанию как молитва, предназначенная для сакраментального освящения масла.

Все упомянутые выше примеры освящения масла служили выражением литургической практики восточной половины древней христианской церкви. Что касается его западной половины, то мы также можем отметить литургическую практику пятого и шестого веков. Характерной особенностью здесь является то, что освящение масла в это время на Западе приурочено к определенным датам, но способ его совершения относительно прост. Молитвы, используемые для освящения масла, тесно связаны по содержанию с молитвами Восточной Церкви. Так, в сакраментальном тексте папы Геласия (492-496) дается следующая молитва об освящении масла: "Мы умоляем Тебя, Господи, ниспослать Святого Духа Утешителя с небес на этот плод масла, который сподобил извести с древа жизни для восстановления разума и тела. И пусть это святое благословение будет дано каждому, кто помазывает, ест и прикасается к защите тела, души и духа, для устранения всех страданий, каждой немощи и каждой болезни ума и тела. Этим Ты помазал священников, царей, пророков и мучеников: да пребудет в наших недрах Твое помазание, которое Ты наполнил, Господи, и благословил, во имя Господа нашего Иисуса Христа".

Обряд благословения масла ( ritus benedicendi oleum ) также встречается в сакраментарии древней Галликанской церкви, состоящий из произнесения заклинания масла и его благословения.

4.2 Совершение Таинства

В первые века обряд елеосвящения не мог быть сложным по естественным причинам, и он, возможно, включал в себя несколько псалмов и молитв об освящении масла и помазании им больного человека. Очевидно, все происходило по простой схеме, которая содержится в послании апостола Иакова (5: 14). Обычай таинственного помазания больных в частных домах, зародившийся в апостольскую эпоху, сохранился в последующие века существования Церкви. Так было до шестого века. Пресвитеры должны были "посещать всех, кого нужно посетить”, а дьяконы должны были сообщать своему епископу о любом," кто находится в болезненном состоянии подавленности духа". Когда епископ или пресвитер узнавал о таких людях от диакона, он шел к больному, молился за него Богу и помазывал его освященным елеем.

Начиная с шестого века, места общего собрания верующих, то есть храмы, были предпочтительными для совершения Елеосвящения. Причиной такого изменения места таинства была его тесная связь с ежедневным циклом богослужения. Традиция строительства больниц при церквях также повлияла на введение практики возделывания святого масла в местах общего богослужения.

4.2.1 Форма помазания

Сегодня трудно сказать, как совершалось в апостольское время само помазание елеем. Исходя из того, что Св. Писанием вообще предписывалось помазывать маслом недужного, т.е. все его тело без определения каких-либо отдельных органов, то, вероятно, и в первые века христианства пресвитеры, следуя буквальному его смыслу, при совершении таинства Елеосвящения помазывали не отдельные части, а все тело больного. Такая форма помазания практиковалась по установлению, отмеченному еще в Ветхом Завете. Считалось, что поскольку болезнь поражая отдельный какой-нибудь орган, делала немощным, слабым всего человека, то имело смысл подвергать процедуре помазания или натирания целиком все тело. “Кроме того, известно, что перед Крещением с древних времен (IV - V вв.) помазание крещаемых св. Елеем совершалось именно по всему телу, от верхних власов главы - до ног, на что имеется указание не только в древних чинах VIII - XV вв., но и нынешнем «Последовании» Крещения, где сказано: «И егда помажется елеем все тело, крещает священник…». Когда же говорится о таинстве Елеосвящения, то нигде не упоминается о помазании частей тела болящего, а говорится вообще о всем человеке. Так Цезарий, писатель VI века, говорит: «Пусть больной помажет тело свое». Теондульф Орлеанский свидетельствует, что в его время у греков св. Елей изливался на все тело больного. Возлияние это совершалось повсюду на тело, облеченное в обычные чистые, большей частью белые полотняные одеяния, без совлечения их с больного.” По всей вероятности этот способ помазания получил свое начало от апостолов и употреблялся в Восточной Церкви приблизительно до конца VIII века. В этом вопросе примечательно мнение Матфея Галена, который в своем катехизисе в отделе о таинстве Елеосвящения пишет: “«Таинство св. Елея не совершалось кое как и поспешно, но где болящий не чувствовал себя лучше, туда приходили священники в течение семи дней для помазания, конечно, не повторяя столько раз таинства, но установленными молитвами и помазанием врачуя болящие члены и доставляя святейшую Евхаристию… Отсюда мы узнаем, что некогда не частично производилось помазание, как теперь, но все тело обливалось, и не только органы чувств, но все те части помазывались, в которых всего сильнее свирепствовала болезнь. И это иногда совершалось в течение семи дней и не только священниками, но также и самими болящими и даже их друзьями, если только оно не было таинством».”

От возлияния Елея, не сразу был сделан переход к помазанию им в собственном смысле, и какое-то время, очевидно, сохранялась смешанная практика. В отношении же Западной Церкви, в VI - VIII вв. обряд помазания всего тела также постепенно был вытеснен традицией помазания определенных органов. “В VI в. в некоторых местах помазывалась только грудь, как читается в «Житии» Евгенда. По древнему «Сакраментарию» св. Григория Великого предписано было помазывать пять чувств.” Обращали на себя внимание, - как пишет протоиерей Михаил Архангельский, - такие особенности: чело пресвитерами не помазывалось из уважения к тому, что на голове совершалась конфермация епископом, и потому лишь епископам принадлежало право совершать помазание св. Елеем на челе болящего. Руки пресвитеров не помазывались внутри, а лишь снаружи, - по той причине, что при посвящении пресвитеров ладони их помазывались епископами елеем заклинания. Относительно монахинь сделано было в формуляре Елеопомазания такое изменение, чтобы на груди помазание совершать только около горла, а помазание гортани - на подбогодке. Вероятно, это положение применялось ко всем лицам женского пола.

В Восточной Церкви практика помазания отдельных членов тела первоначально установилась в IX веке. В зборнике чинов того времени, составленном Гоаром, говорится, что священники, совершавшие таинство, помазывали в порядке один за другим чело, уши, руки больного. Из «Канона» Арсения Корфского (IX в.) видно, что тогда помазывались на главах чела и чувствия, т.е. органы чувств. Окончательного определения, какие органы помазывать, долго не было. В XV веке по чину блаж. Симеона указано помазывать чело, чувственные органы на лице и руки. Замечательно, что в древних чинах и писаниях Восточной Церкви при перечислении отдельных органов тела ни разу не упоминается о помазании св. Елеем ног у больного. На основании же всей предшествующей практики при окончательном установлении формуляра Елеосвящения в «Последовании» нашей Русской Церкви принято помазывать у недужного в последовательном порядке: чело, ноздри, ланиты, уста, перси и руки на обеих сторонах. В греческом же чине нет объяснения того, какие члены помазывать, и пресвитеры совершают помазания по преданию и практическому научению.”

4.2.2 Руковозложение

Вполне естественно, что по примеру Спасителя и апостолов в христианской Церкви с самого начала и в последующее время практиковался обычай исцеления больных и через возложение рук, наряду с врачеванием их в таинстве Елеосвящения. “Вероятно, с такого рода практикой врачевания больных мы имеем дело в свидетельствах Поссидия, биографа бл. Августина, и св. Амвросия, еп. Медиоланского. О блаженном Августине он сообщает: “«…если его, случалось, звали к какому-нибудь болящему помолиться за него Господу в его присутствии и возложить на него руки, святой Августин, не мешкая, приходил».”

Но сохраняя свое применение в качестве самостоятельного, какое то время, действия над страждущими, возложение рук легко могло войти и в чин самого Елеосвящения и непосредственно соседствовать с помазанием больного елеем. Этому способствовала однородность их назначения и благоприятные условия применения в еще только формировавшихся чинах таинства. С течением же времени, именно, когда возложение рук стало индивидуальной особенностью чинов хиротонии, вопрос об уместности его в чине Елеосвящения повел к совершенному устранению его из последнего.”

4.2.3 Словесная формула помазания

Теперь необходимо коснуться вопроса слов, с произнесением которых должно было сопровождаться действие священника. Апостол Иаков заповедует совершать помазание Елеем во имя Господне. Очевидно, уже изначально предполагалась определенная словесная формула помазания больных. Из первых веков христианства до нашего времени не дошло ни одной такой формулы. Но судя по выражению апостола и по тому, что такая практика существовала и в других таинствах, например, Миропомазания, молитвенные формулы употреблялись и при Елеопомазании. При простоте обрядов Древней Церкви формулы эти не могли быть сложными. “В правилах Ипполита (III в.) сохранилась следующая формула Миропомазания: «Помазую тебя помазанием, св. Елеем во имя Иисуса Христа».” Первоначальной формулой Елеопомазания могли быть, вероятно, слова «Помазуется…Елеем», или - « во имя Господне», или - «во имя Господа Иисуса Христа» и т. д.

При появлении же первых письменных чинов, оказалось, что формулы Елеопомазания употреблялись в разные времена и в разных церквах по-разному, и были нескольких типов. “Одни изложены были в смысле совершаемого действия, например, «помазуется св. Елеем», «помазую тебя…». Другие - более в духе усердного моления к Богу о недужном - «исцели болезни», «прости прегрешения». Третьи - в смысле разрешения от недугов и грехов - «да разрешит тя», «да простит тебе…».”

Содержание молитвенных формул и употребление их в различных чинах Западной и Восточной Церкви, отличались разнообразием до времени окончательного установления нынешних чинопоследований таинства.

В Западной Церкви в древнейших списках «Сакраментария» св. Григория Великого в Чине Елеосвящения формула помазания не фигурирует, а показаны только молитвы, читаемые в этот момент. По другому западно-христианскому чину положено было пятнадцать различного содержания формул, особая для каждой из пятнадцати помазуемых частей. “По исследованию Поллиция, в чинах Западной Церкви не было в древние времена одной формулы, и они излагались большей частью в разрешительном смысле, а не в форме молитвы. Ныне принятая в Западной Церкви молитва Елеопомазания изложена в следующем виде: «Через сие св. помазание и по Своему любвеобильному милосердию, да отпустит тебе Бог все, в чем ты согрешил зрением ( помазуются глаза), слухом (уши), обонянием (ноздри), вкусом и речью (уста), осязанием (руки), хождением (подошвы ног), наконец услаждением чресл». Но помазание чресл у женщин и обычно у мужчин всегда опускалось.”

Аналогичное разнообразие молитвенных формул и их употребления было в чинах Восточной и нашей Русской Церкви. По греческому чину у “Теондульфа Орлеанского в VIII в. при помазании произносились следующие слова: «Помазую тебя во имя Отца и Сына и Св. Духа, чтобы молитва веры спасла тебя и воздвиг тебя Господь, и если грехи ты сотворил, чтобы отпустились тебе». Помазание совершалось тремя пресвитерами трижды, но эта молитва произносилась только один раз для всех трех помазаний. Формула эта замечательна тем, что в содержании ее буквально повторяются слова, взятые из чина св. апостола Иакова. В упомянутом зборнике чинов IX в. Гоара такой формулы не было, произносились только молитвы Елеопомазания. В XIV в. в чине таинства по Иерусалимскому уставу и в сербском «Требнике» Московской Синодальной Библиотеки № 373 (XV в.) положена была следующая формула: «Благословение Господа Бога Спаса нашего на исцеление души и телу рабу Божию (имя рек) всегда, ныне и присно». Но в других греческих и славянских чинах формулы этой не было. По чину блаж. Симеона XV в. при помазании произносились следующие слова: «Помощь наша о имени Господнем». Формула эта тем замечательна, что она заимствована из Св. Писания ( Пс. 129, 2) и содержит в себе слова апостольского чина «помазывать во имя Господне». Смысл же ее блаженный Симеон объяснял так: «Что помощь (приходит) не от кого-либо другого, но только от милостивого Бога». В других чинах этой формы слов не повторялось.

В то же время, - в XIV, XV и XVI веках, существовали в Православной Церкви такие последования св. Елея, в которых краткая формула не употреблялась совсем, а в качестве ее пресвитерами во время помазания произносилась пространная молитва «Отче святый…». Молитва эта положена в древних славянских рукописных потребниках и служебниках XIV и XVI веков, в рукописном списке Московской Синодальной типографии XIV века.

В нынешнем «Последовании» во время помазания св. Елеем в качестве формулы пресвитерами также читается молитва «Отче святый…», изложенная в духе усердного моления: «…исцели раба Твоего от обдержащия его, душевныя и телесныя немощи и оживотвори его благодатью Христа Твоего».”

В богослужебных памятниках Восточной Церкви молитва «Отче святый» в первый раз встречается в зборнике Гоара. Затем она упоминается на разных местах во всех последованиях св. Елея. По чину блаж. Симеона в первый раз встречается чтение этой молитвы семь раз, (каждым из семи священников по разу, - начало нынешнего ее употребления), но тогда она произносилась не во время, а перед помазанием болящего. “Редакция этой молитвы в историческое время не была одинакова. В требнике Гоара, в чине блаж. Симеона и других она заканчивалась словами: «предстательством Богоматери и всех святых Своих», т. е. в молитве не было нынешнего перечисления разных чинов и имен святых.” По одному рукописному списку Московской Синодальной Библиотеки (№372) она изложена несколько пространнее нынешнего объема. Когда именно и кем придана этой молитве современная редакция, - неизвестно.


5. Историческое развитие последования св. Елея

Нынешнее последование есть результат, и окончательный вывод многовековых исторических трудов Церкви по устройству богослужебного чина таинства св. Елея. Через длинную цепь различных чинов оно преемственно и поэтапно образовалось, как пишет протоиерей Михаил Архангельский, из Елеопомазания двенадцати апостолов и литургического чина св. апостола Иакова.

Обращаясь теперь к общей исторической динамике этого многообразия древних моделей в направлении к образованию нынешнего последования, условно можно выделить три периода. Относительно первого, принято считать, что полагается главная основа всего таинства в целом, с перспективой относительно его богослужебной части. Во втором периоде, от II до VIII века, чин таинства св. Елея, сохраняя в основе апостольский устав и его содержание, в разных местах христианского мира, на Востоке и на Западе, развивается со своими особенностями. Например, что касается совершителей таинства, их числа, функций, или лиц, принимающих таинство и т. д. При этом уже появляются отрывочные письменные данные, краткие, часто неполные, и где-то в чем-то противоречивые.

В третьем периоде, от VIII до XVII века, составляются уже на Востоке и Западе разные церковно-богослужебные чины Елеосвящения. Из восточных - это чины Теодульфа, архиеп. Орлеанского, Гоара, Иерусалимский чин, Фессалоникийский чин блаж. Симеона, Сербский и многие другие, о которых частично уже упоминалось. В этом периоде, в связи с тесным взаимодействием таинства со службами суточного круга, развитие происходит уже во внутренней структуре самих чинов. Некоторые части их полностью отменяются, например, помазание присутствующих при Елеосвящении или помазание домов. Иные заменяются новыми, например, возлияние масла на все тело - помазанием отдельных органов. Производятся различные прибавления, например, новые молитвы, апостольские и евангельские чтения, переставляются одни части на место других и т. п. Собственно говоря, описанию всего этого непростого процесса посвящена последующая часть данной работы, вплоть до того момента, когда в XVI веке в Западной и в XVII в Восточной Церкви, применительно к общему типу богослужения с сохранением древних святоотеческих основ, происходит окончательное формирование и кристализация чина св. Елея ( индивидуального для Востока и Запада ).

Рассмотрев в предыдущих главах вопросы, касающиеся различных понятий, составляющих таинство Елеосвящения в целом, представленный раздел будет посвящен непосредственно самой богослужебной структуре, т. е. речь пойдет о сохранившихся древних чинах в рамках упомянутой хронологической направленности. В своем, уже не раз цитируемом научном труде, иеромонах Венедикт приводит ряд древних рукописных евхологиев, наглядно свидетельствующих о естественной исторической динамике как всего литургического, так и богословского характера таинства св. Елея. Мы же приведем те из них, которые в свою очередь явились поворотными в процессе формирования нынешнего последования.

таинство елеосвящение богослужение помазание

5.1 Данные о древнем чине

Некоторые данные о древнем чине Елеосвящения, близком к его первоначальному виду, дает нам интересный и не совсем понятный чин Эласамона в грузинской версии. Этот чин в свое время описан был прот. Кор. Кекелидзе и по своим схемам и содержанию представлял следующую картину:

Начало. Трисвятое по Отче наш. Приидите поклонимся. 50 псалом. Слава и ныне: Пресвятая Богородице, приими молитву нашу…

Опять Трисвятое и дал. 67 псалом и тропарь: Преславная…

Снова Трисвятое и дал. 37 псалом и тот же тропарь.

Трисвятое по Отче наш. Господи помилуй 40 раз. Хвалите… Помяни нас… Мирная ектения. - Три паремии: 1) Исайи (1, 16 - 21 );

) Михея ( 7, 18 - 19 );

) Иезекииля ( 36, 25 - 29 );

Затем - два апостола: 1) Иакова ( 5, 10 - 16 );

) 1 Кор. ( 10, 1 - 4 );

Два Евангелия: 1) Матфея ( 3, 1 - 12 );

) Марка ( 6, 7 - 13 );

Далее следуют молитвы святого архиепископа Василия над искусившимися и согрешившими, известные на греческом языке под именем «Эласамон» :

Преблагий Господи, Боже наш, Иисусе Христе, Боже истинный, не хотяй смерти грешника…

-- Две молитвы св. Иоанна Златоуста. Молитва над искусившимися:

Благодарим Тя, Господи Боже спасения нашего, Иисусе Христе, единородный, непостижимый...

) Ты еси Господи Боже, сильный, страшный, дивный и славный…

-- Молитва над сущими в запрещении епископа, или же самих себя связавшими: Боже Благодетелю, пославый в мир единородного Сына Твоего… ( Goar. 536 );

-- Две молитвы над теми, которые уклонились от правой веры, но потом обратились и раскаялись: 1) Боже Спасителю наш, иже пророком Твоим Нафаном… ( Goar. 536 ).

) Господи Боже наш, Петрови и блуднице слезами прощение грехов доровавый… ( Goar. 537 )

-- Молитва над елеем: “Господи Вседержителю, Боже сил, жизнодавче, благии промыслителю, Отче Спаса и избавителя Бога нашего Иисуса Христа, пославый единороднаго Сына Твоего, родившагося от Девы и пострадавшаго по плоти, да спасет ны от страстей и клятвы; молимся Тебе, Господи, посли Духа Твоего Святаго на елей сей и благослови его благословением Твоим и благодатию Духа Твоего Святаго; да будет он нам оружием во одоление всех диавольских напастей и попрание всех дел и козней вражиих. Да будет он рабом сим ( имя ) во исцеление души и тела, познание божества Твоего, утверждение веры и надежды и наследие царствия Христа Твоего. Яко Ты еси врачу душ и телес наших и Тебе подобает слава, честь, исповедание, хвала и поклонение Отцу и Сыну и Святому Духу…

-- Молитва над елеем и водой: «Посетивый нас милостию Твоею и даровавый нам Духа Твоего спасительного, Боже благий, скрываяйся от неразумных и открываяйся мудрым; Христе Иисусе, очистивый нас и обновивый елеем святым Твоим; пославый нам, грешным рабом Твоим, духа разума и святости, даруй благословение Твое и силу Духа Святаго воде сей и елею, образу щедрот Твоих и источнику купели Твоея, во еже разрешитися нам, оскверненным и обремененным, исцелитися от немощей и очиститися обращением к вере Твоей и принесением Тебе славы. Яко Ты еси Бог милости и Твое есть царство»…

После этого помазывали елеем все члены их, подобно тому, как это делали с новокрещенными. Заканчивался чин святого Эласамона словами: Слава Богу нашему!”

Протоиерей Кекелидзе справедливо предполагал, что этот чин представлял собой не самобытное явление в Грузинской церкви, но, скорее всего перевод с возможными вариациями того, что имело первоначальное существовуание. По крайней мере, происхождение приведенных молитв восходит к знаменитым греческим отцам - литургистам Василию Великому и Иоанну Златоусту. Однако в изданных в свое время профессором.

В действительности чин Эласамона представлял собой практику воссоединения с Церковью разного рода грешников, отпавших от общения и еретиков. С течением времени, с конца IV века, публичное покаяние постепенно стало сходить на нет, его заменила тайная исповедь и налагаемые епитимии. После предварительного искуса и тайной епитимии грешники, и отпавшие от Церкви стали присоединяться путем разного рода молитв. Рассматриваемый чин Эласамона и отражал собой такую практику воссоединения с Церковью лиц указанных категорий. В исключительных случаях, а затем все более чаще над кающимися и воссоединяющимися совершалось таинство св. Елея. Однако трудно сказать являлось ли это в действительности таинством Елеосвящения или оно носило лишь образ его? На положительное решение этого вопроса могут указывать, в более поздних чинах, чтения ( собственно первый апостол и второе евангелие ), которые своим содержанием больше относятся к таинству именно св. Елея чем Покаяния. Для примирения с Церковью всего действеннее могло быть Елеосвящение: оно, по заповеди ап. Иакова, давало совершенное очищение от грехов и этим самым делало воссоединяемого достойным принятия и приобщения. Поэтому, приведенное последование вполне можно считать отголоском, хотя далеко не исчерпывающим всей литургической практики древне христианской Церкви в отношении чина Елеосвящения. Обращает на себя внимание данный памятник еще одной особенностью, а именно, что для совершения таинства предполагает участие одного лишь пресвитера.

5.2 Западный древний чин Елеопомазания

Для характеристики литургической практики западной половины Древней Церкви до нашего времени сохранились интересные последования Елеопомазания. Одно из первых мест среди них принадлежит чину Елеопомазания папы Григория Великого. Чин этот имеет следующий вид:

Молитвы на посещение больного

Псалмы 69 и 37;

Прошения и потом молитвы

6 молитв. Помазание больного с произнесением 7-й молитвы о прощении его грехов.

В данном последовании, как мы видим, уже отсутствует само освящение елея, которое, в силу утвердившейся к тому времени в Западной Церкви практики, совершалось отдельно епископами раз в году ( Великий Четверг). Остальная же часть чина выделяется своей достаточной простотой и краткостью. В таком виде схема последования Елеопомазания вполне приемлема для характеристики литургической традиции вообще в Древней Церкви. С другой стороны данное последование обращает на себя внимание тем, что оно еще чуждо того отпечатка, какой был наложен на него в позднейшее время практикой Римо-Католической Церкви, совершать это таинство над больными, уже близкими к смерти.

Чин Елеопомазания, совершаемого у старокатоликов

Прежде всего надо отметить, что у старокатоликов опущена та часть молитвословий и обрядов, которая совершается римокатолическим священнослужителем при вступлении в дом больного (молитва на посещение больного), и которая в случае крайней нужды, даже по указанию римского требника, может быть пропущена. Таинство совершается по следующему чину:

После общего исповедания, произносимого одним из присутствующих и обычного разрешения произносимого священником, последний, возлагая правую руку на голову больного, возглашает молитву: О Господи Боже! Ты изрек через апостола своего Иакова: «Если кто либо между вами болен, то пусть призовет к себе пресвитеров Церкви и пусть они сотворят над ним молитву, помазывая его елеем во имя Господа; и молитва веры поможет больному, и Господь восстановит его, и если он имеет на себе грехи, они будут отпущены ему». Посему мы просим Тебя, Спаситель наш, утоли благодатью Святого Духа страдания сего болящего, исцели его раны, прости ему грехи, освободи его от всех болезней тела и души и возврати ему полное телесное и духовное здравие, чтобы он, восставленный милосердием Твоим, снова мог трудиться в служении Тебе, живущему и царствующему во веки Богу со Отцем и Святым Духом.

Ответ: Аминь.

Священник, погружая большой палец в елей больных, начинает крестообразно помазывать отдельные части тела больного, произнося слова:

А) - при помазании глаз: Через сие святое помазание и Свое величайшее милосердие да простит тебе Господь все, в чем ты согрешил очами. Аминь.) - ушей: Через сие святое помазание и Свое величайшее милосердие да простит тебе Господь все, в чем ты согрешил ушами. Аминь.

( Помазание ноздрей у старокатоликов отсутствует )

С)- при помазании уст: Через сие святое помазание и Свое величайшее милосердие да простит тебе Господь все, в чем ты согрешил устами. Аминь.

( Помазание чресл или поясницы у старокатоликов отсутствует )

( Старокатолики обыкновенно помазывают один глаз, одно ухо, одну руку…, а в случае крайней опасности можно ограничиться помазанием только чела со словами: Через сие святое помазание и Свое величайшее милосердие да простит тебе Господь все, в чем ты согрешил чувствами твоего тела, мыслями и пожеланиями твоего сердца. Аминь.

( Далее, помазанные части тела отираются хлопчатой бумагой, которая затем сжигается. )

Священник: Господи! Умилосердись над нами.

Отв: Христе! Умилосердись над нами.

Священник: Господи! Умилосердись над нами.

Отче наш…

Отв. Аминь.

Священник: О Боже! Сделай раба Твоего здравым.

Отв. Ибо он возлагает надежду на Тебя.

Священник: Пошли ему помощь Твою, о Господи, от святилища Твоего.

Отв. И от ( небесного ) Сиона защити его.

Священник: О Господи! Будь ему твердым градом ( защиты ).

Отв. Против врага.

Священник: Господи! Услышь молитву мою,

Отв. И вопль мой пусть дойдет до Тебя.

Священник: Господь да будет с вами.

Отв. И со духом твоим.

Священник: Помолимся! О Господи, призри с милосердием на сего раба Твоего, стенающего от тяжких, телесных страданий, и укрепи душу его, которую Ты создал, чтобы он, освободившись от болезни своей, воздал славу Тебе, как Спасителю своему. Через Христа Господа нашего. Аминь.

Всемогущий Отче, вечный Боже, поражающий и исцеляющий, посылающий болезнь и выздоровление, услышь нашу с верою приносимую молитву и снова восстанови сего болящего, чтобы он, воздвигнутый Тобою, возвратился к Твоим [служителям] и Твоей церкви и еще долго был здравым. Через Христа Господа нашего. Аминь.

( Вместо этих молитв, если нет надежды на выздоровление больного, произносится следующая молитва: Всемогущий Отче, вечный Боже, Господи жизни и смерти, согласно обетованию Твоему, выслушай нашу, произносимую с верой молитву, помоги болящему, прости ему грехи его, утиши его страдания и предстань перед ним в сей трудный час, укрепи его и нас благодатью Твоей, чтобы мы смиренно принимали от Твоей всеблагой десницы то, что Ты подаешь нам по неизреченному смотрению Твоему. Аминь.)

К отделу о таинстве последнего помазания у римских католиков присоединены довольно обширные чинопоследования: А) Visitatio et cura infirmorum ( Посещение и помощь больным ); B) Modus juvandi morientes ( Способ облегчать умирающих ); C) Ritus benedictionis Apostolicae…( Чин благословения апостольского, совершаемого священниками, которые специально для этого посланы ); D) Ordo commendationis animae ( Чин вручения души Богу ), Е) Молитвы при исходе души. У старокатоликов в приложении к ритуалу существуют еще три молитвы:

которые по содержанию соответствуют названным чинопоследованиям. Но в старокатолическом ритуале нет указания, как и кем они должны быть совершаемы, если не считать краткого указания, сделанного в конце чина причащения больных.

По своей структуре данное последование Елеопомазания мало чем отличается от приведенного выше древнего чина папы Григория Великого. В нем точно так же нет момента освящения елея, так как прерогатива епископа старокатоликами не оспаривалась. Отсутствует какой либо намек на службы суточного круга, что говорит о совершении таинства исключительно вне храмовой обстановки.

С другой стороны старокатолические богослужебные книги показывают, что старокатолики исправили средневековые западные воззрения на таинство Елеосвящения. Из молитвословий чина не видно, чтобы они рассматривали его, как последнее ( в сей жизни ) помазание, как помазание умирающих или больных безнадежно, или как напутствие к переходу в будущую жизнь. Наоборот, старокатолики молятся об утолении страданий больного, об исцелении его ран, о прощении грехов, об освобождении от болезней тела и души и о подаянии больному душевного и телесного здравия.


5.3 История образования схемы и состава чина

Елеосвящения по греческим рукописям.

Переходя к изложению истории чина Елеосвящения по греческим рукописям, мы встречаемся с двумя характерными особенностями: 1) чин св. елея тесно связывается с литургией и с другими службами суточного круга; 2) отдельные его части повторяются по семь раз.

Относительно первой особенности - связи Елеосвящения со службами суточного круга можно сказать следующее. При историческом изложении литургической практики Церкви относительно лиц, принимавших это таинство, как это уже было отмечено в предыдущих главах, наравне с болящими свободно допускались кающиеся и вообще здоровые. Между тем особого чина для лиц последней категории не существовало. И здоровые должны были пользоваться той же формой таинства, какая предназначалась для больных. Следовательно, чин Елеосвящения в Греческой Церкви должен был разрабатываться применительно и к совершению его над здоровыми.

Так в рукописи № 213 Парижской Национальной библиотеки 1027 года с чином Елеосвящения, уже связанным с литургией, хотя последний и предназначался для больных, однако принимавший таинство в самом чине называется «празднующим», причем нигде не говорится ни слова о его болезни. В рукописи Софийской библиотеки № 1054 XIII века с Иерусалимским уставом чина Елеосвящения прямо указывается его совершать одинаково и над здоровыми как над больными и, следовательно, еще яснее подтверждается уже отмеченная ранее мысль. Затем, нередко отдельные элементы чина Елеосвящения предполагают участие в таинстве лиц физически здоровых или имеющих незначительные недуги. Например, встречающееся в XII - XIII веках указание о желательном пребывании в храме в течении семи дней лица, принимавшего таинство, по всей вероятности все же здорового или легко больного, для которого данное указание не являлось затруднительным. О том же говорит и другая деталь чина Елеосвящения, появившаяся в нем с XIII века: “«И так входит хотящий творить св. елей посреди иереев и, сотворив на восток три поклона и один к иереям, говорит: Благословите и простите меня грешного, если согрешил словом, делом, в ведении, в неведении и помолитесь о мне.” Если принять во внимание, что в деталях этого указания:

2) - его вход и поклоны;

) - испрошение им прощения грехов, - то станет очевидным, что все это предполагает человека здорового, ищущего в таинстве св. Елея духовного оздоровления.

Но если один и тот же чин св. Елея должен был служить и для больных и для здоровых, то это не могло не отразиться на самом последовании в указанном нами направлении, то есть, в смысле привлечения к нему суточных служб, и по следующим причинам. Для здоровых, принимавших таинство Елеосвящения в восполнение исповеди и для более достойного приобщения, естественно было выполнять долг покаяния в храмах непосредственно за богослужением. И так как причащение преподавалось на литургии, то для них и уместно было, исполнив правило покаяния, окончательное очищение грехов получить в таинстве Елеосвящения также на литургии, чтобы затем достойно принять св. Дары за той же службой.” Такой порядок дела, естественно при принятии таинства св. Елея здоровыми, был уместен и для больных, тоже причащавшихся после помазания. В заключении следует добавить, что наряду с литургией, таинство Елеосвящения могло взаимодействовать и с другими службами суточного круга, так как здоровые могли посещать все богослужения.

Если первая характерная черта чина св. Елея стоит в зависимости от характера самого таинства и лиц, принимавших его, то вторая его особенность связана с его совершителями, то есть священством. Как уже известно, к VIII - IX векам утвердилось седмеричное число совершителей таинства Елеосвящения. Этот обычай участия многих пресвитеров способствовал тому явлению, что каждая из исторически увеличивающихся частей чина стала повторяться применительно числу его совершителей… В зборнике чинов Гоара (IX в.) сказано: “«Каждый из семи пресвитеров произносит молитву и помазует чело, уши и руки больного». Из этих молитв две находятся в современном «Последовании»: положенная перед третьим помазанием «Владыко Вседержителю, Святый Царю..», и «Отче Святый...», поставленная у Гоара седьмой молитвой… Итак, в сравнении с апостольским веком, чины Елеопомазания в IX в. получили другой вид: вместо одной молитвы, положенной для всех помазаний было составлено семь особых молитв, которые одна за другой произносились перед совершением семи помазаний.”

Ряд древних церковных писателей и богословов выступали с явной критикой этого явления, пытаясь оспорить его как с литургической стороны, так и с исторической и богословской. Вопрос сводился к сравнению его с чинами других таинств, почему в них на всем протяжении истории не прослеживалась тенденция к «повторению материи и формы»? Западный писатель догматист Петр Аркудий, утверждая несообразность многократности в восточном чине Елеосвящения, все же попытался объяснить ее происхождение. С этой целью он высказал предположение о возможном существовании такой практики еще в Древней Церкви, на почве которой, вероятно, мог появиться обычай повторения.. Так Аркудий пишет, что в древности, быть может, пресвитеры помазывали не одни и те же части тела поочередно, а каждый определенные. Кроме первого пресвитера, остальные, возможно, являлись просто соприсутствующими и возносили молитвы к Богу о болящем, чтобы успешнее доставить ему прощение грехов и здравие тела.

Тем не менее, - по мнению иеромонаха Венедикта, - едва ли можно признать непосредственную зависимость от древней практики семикратного «повторения материи и формы». В древности было обычным совершение таинства св. Елея одним пресвитером, который помазывал болящего, причем, как это уже было отмечено выше, помазывал все его тело. В силу этого и в тех случаях, когда помазание болящего выполнялось все же многими пресвитерами, оно, естественно, имело ту же самую форму. То есть остальные пресвитеры просто помогали первому в помазании и в произнесении соответствующих молитв над болящим.

С другой стороны, преемственное выполнение помазания многими пресвитерами подсказывалось другими обстоятельствами. К VIII - IX векам четко определилось в Восточной Церкви положение таинства св. Елея в ряду других именно седьмым. Для седьмого таинства было предусмотрено и семь совершителей. При дальнейшем развитии этой идеи седмеричного числа вытекало и семь помазаний. Для седьмого таинства - семь пресвитеров и семь помазаний. Осуществление же этих семи помазаний, конечно, достигалось преемственным совершением помазания каждым из семи совершителей таинства. Начавшись с процесса помазания, семикратное повторение стало захватывать и другие постепенно возникшие части чина Елеосвящения.”

5.4 Подразделение греческих рукописей на две группы

Греческие рукописи, дающие нам сведения об истории образования современного чина Елеосвящения, можно классифицировать на две группы. Такое подразделение их оправдывается самой историей образования схемы и состава чина Елеосвящения и соответственным этой истории характером рукописей. Именно в рукописях первой группы передается тот момент истории чина Елеосвящения, когда таинство стало вступать в тесную связь с суточным богослужением. В этом отношении чин св. Елея пережил судьбу, аналогичную последованиям других таинств, для которых связь с суточным богослужением порвалась, оставшись чреватой последствиями для самого чина. Рукописи первой группы раскрывают перед нами историю образования схемы и состава его именно в связи с суточным богослужением. Они показывают, что чин св. Елея, пройдя длинную историю взаимодействия с суточным богослужением, настоящим своим видом в немалой мере обязан последнему.

С другой стороны естественно, что, приняв известный вид в связи с суточным богослужением, чин Елеосвящения по освобождении от него по своей схеме и составу, особенно в частных деталях, обнаруживал еще редкую неустойчивость, переходившую иногда в поразительное разнообразие. Об этом втором моменте в истории образования схемы и состава чина св. Елея, когда, после целого ряда вариаций в XVI веке, его последование вылилось в современную свою форму - свидетельствуют рукописи второй группы.

Рукописи первой группы

Чин Елеосвящения в Порфириевом евхологии

В то время, как в наиболее ранних списках чин св. Елея уже тесно переплетается с литургией и с другими службами суточного круга, в данном евхологии не замечается ничего подобного, что, собственно, и делает его уникальным. Здесь последование Елеосвящения излагается совсем независимо от других служб следующим образом:

«Молитва над елеем болящего: Господи, милостью и щедротами Твоими…;

Должно знать, что семь пресвитеров творят св. елей; наполняется чаша св. елеем, и каждый пресвитер зажигает светильню, произносит молитву, творит и ектению о болящем: Еще о рабе Божием, о совершении службы, о ослаблении болезни.

Первая молитва над болящим: Господи Вседержителю, святый царю, Боже, наказуяй и не умерщвляяй…;

вторая молитва: Господи Боже сил, посети брата нашего милостью и щедротами…;

третья молитва: Отче святый, врачу душ и телес…;

четвертая молитва: Боже, Боже, сильный и милостивый, вся строяй на спасение рода нашего…;

пятая молитва: Владыко, Владыко Вседержителю, душелюбче, раболюбче, Спасителю всех, смиряяй и возносяй…;

шестая молитва над болящими Иакова, брата Господня: Щедрый и славный Боже, скорбящих Спасителю…;

седьмая молитва: Щедрый Боже и милостивый, удали все болезни наши…».”

Несложность составных элементов рассматриваемого чина обращает на себя внимание. Он разбивается только на две исторически образовавшиеся части: освящение елея и помазание им больного. При этом, только вторая часть - помазание больного елеем - приспосабливается к седмеричному числу совершителей таинства. Затем, само начало и конец этого чина слишком неожиданы и внезапны для целого последования. Чин св. Елея сразу же начинается молитвой на освящение елея и заканчивается молитвами на помазание им болящего, как бы внезапно обрывается. Это, по-видимому, опять говорит о сравнительной древности рассматриваемого памятника, и относит нас к тому времени, когда сам чин не был еще разработан. И с этой стороны он напоминает древние чины, ограничивавшиеся одними молитвами.

Приведенный чин Елеосвящения обращает на себя внимание с другой стороны тем, что он, как уже отмечено, не имеет связи с суточным богослужебным кругом. Для нас это важно в том отношении, что уже в IX - X веках мы застаем чины Елеосвящения объединенными с суточными службами, и данное последование представляет собой в таком случае исключение. По всей вероятности такая практика не была распространена, поскольку отсутствует какое бы то ни было влияние ее на последующую историю таинства. Чины Елеосвящения XIV - XV веков, обладавшие современной схемой и составом, тем и другим указывают на тесную связь с чинами предшествовавшего периода, сформированными однозначно в тесной связи со службами суточного цикла.

Чин Елеосвящения по рукописи Парижской Национальной библиотеки № 213 от 1027 года

Переходя к рассмотрению истории чина Елеосвящения, разрабатывавшегося в контексте служб суточного круга, необходимо отметить, что существуют два наиболее ранних списка этого периода, характерных во многих отношениях. Формально, в хронологическом аспекте первенство принадлежит последованию Елеосвящения Барберинова евхология, датированного IX веком. Чин же таинства св. Елея, содержащийся в рукописи Парижской Национальной библиотеки, датированной 1027 годом, по своему составу и характеру значительно более важен и ценен не смотря на свою позднейшую датировку.

Прежде всего, на древность основной его схемы указывает уже сам состав двух главных частей последования - освящения елея и помазания им больного. К одной и другой части здесь добавляется еще по одной молитве. Это обстоятельство свидетельствует о древнем характере всего последования, так как к IX веку ясно намечается тенденция к соответствию числа молитв числу совершителей таинства в каждой его части. Затем, на ранний характер приведенного чина указывает и то обстоятельство, что из повседневных служб здесь тесно связывается с совершением таинства одна лишь литургия. А это могло быть свойственно Елеосвящению только до IX века, так как, начиная с этого времени, к нему тесно примыкают и другие службы суточного круга. В силу этого вполне уместно считать основную схему и состав последования св. Елея по рукописи Парижской библиотеки одним из более древних опытов построения чина на основе седмеричной системы.

““После того как семь иереев соберутся в храме, в котором должно было совершаться последование, один из них совершает проскомидию и затем предложение хлебов; проскомисуются семь просфор по числу пресвитеров”. Перед началом литургии предстоятель произносил: «Благословен Бог наш» и во время пения 50го псалма иерей брал приготовленный сосуд с елеем и вливал немного елея в новую лампаду со словами: «Господу помолимся. Господи, милостью и щедротами…» Твое бо есть еже миловати…И,произнося этот возглас, зажигал свою светильню. И так по порядку поступали все семь пресвитеров.

Затем начиналась литургия.

Произносились антифоны и «на молом входе: Благодать приимше… И ныне: Прчастницы бывше божественного естества… Трисвятое. Прокимен: Аз рех… Стих: Блажен призираяй на нища…Апостол из послания Иакова 5, 10 - 16. Аллилуарий: Призри на мя и помилуй мя. Евангелие от Марка 6, 7 - 13. Причастный: Чашу спасения…». ( Если же последование совершается в празднуемый день великого святого, особенно же в день св. Феодора Тирона( 1я суббота ВП), или в Лазарево воскресенье, то в первую очередь совершается последование дня ).

По исполнении заамвонной молитвы раздробления хлебов не бывает, но сразу же иерей погружает заготовленные стручцы в сосуд, и во время пения стихиры «Источник исцелений», иереи, начиная с литургисающего, исполняют для хозяина дома и живущих с ним молитву «Отче святый, врачу душ и телес…» и после возгласа «Яко Твоя есть сила…» помазуют их лица, грудь и руки. И, помазав всех, иереи снова погружают свои стручцы в сосуд и помазуют весь дом, делая елеем кресты на отдельных его частях при пении стихир: “Источник исцелений”; “Cвятии бессребренницы”; “Благодать исцелений”.

Помазав дом, возвращаются и собираются в комнату, в которой по обыкновению находится больной, и поют: «Благодать приимше». Затем один иерей кадит, другой произносит: Премудрость, прости, услышим…И литургисающий читает Евангелие от Луки 19, 1 - 10. Ектения: Помилуй… О благочестивейших… О еже милостиву…О еже проститися нам всякому прегрешению…Еще молимся о рабех Божьих…Господи помилуй 40 раз и возглас: Яко милостив…» И происходит отпуст. «И возвращаясь в домовый храм читают 33 псалом. И бывает раздробление хлеба и раздаяние. Все берут по частице и отходят. Семь пресвитеров поочередно гасят каждый свою светильню. ( Если последование бывает в субботу четыредесятницы, то употребляются преждеосвященные дары; если же вне 40-цы, то каждый раз совершается проскомидия)»”

Приведенное последование Елеосвящения показывает, как начиналось развитие чина в двух характерных для рассматриваемого периода аспектах: 1) в сближении освящения елея и помазания им больного; 2) в семикратном повторении этих действий под влиянием седмеричной системы.

Семикратное повторение одной и другой части способствовало появлению новых элементов в чине таинства - при освящении елея: 1) чтение 50-го псалма, при помазании им больного, 2) пение стихиры «Источник исцелений», во время исполнения которых и совершались процессы освящения елея и помазания. Таким образом, одно осложнение последовательно вызвало другое. Это, собственно, и можно считать одним из первоначальных видоизменений древнего состава Елеосвящения.”

В разбираемом чине к помазанию больного елеем, присоединены еще два действия: 1) помазание елеем дома больного и 2) молебное служение в комнате последнего. Если больному помазание елеем служило для уврачевания его недугов, то для его дома оно являлось просто освящающим средством. Надо отметить, что в греческой церкви это было вполне естественным явлением, распространявшемся также и на освящения полей ( но уже не сакраментальным елеем ).

На вопрос об истоках молитв, входящих в чин Елеосвящения, можно ответить следующее: Поскольку использование елея было известно с глубокой христианской древности, то и молитвы на освящение его и молитвы над самим болящим Церковь сложила на самых первых этапах своей истории. Уже в Евхологионе Серапиона Тмуитского, из IV века, как ранее было отмечено, есть молитва над болящим и молитва руковозложения на болящих. В последующее время число врачевательных молитв значительно возросло вплоть до образования особых групп таких молитвословий, охватывавших собой даже отдельные виды болезней. Это можно видеть из уже упомянутого «Описания…» профессора Дмитриевского, который в разделе «Рукописи Синайской библиотеки» приводит два таких памятника относящихся к XIII веку.

О чине Елеосвящения в Барбериновом евхологии.

Приведенный чин Елеосвящения по рукописи Парижской Национальной библиотеки ясно показывает, что унаследованный с древних времен простой по своему составу процесс освящения елея и помазания им больного, сперва просто стал повторяться каждым пресвитером в отдельности, но начиная с X века, притерпевает дальнейшее осложнение. В отношении самого последования, увеличивается количество молитв, а в отношении же богослужебного цикла, увеличивается число повседневных служб, взаимодействующих с этим таинством. С такими, характерными для дальнейшего развития последования чертами зафиксирован чин св. Елея в, уже упоминавшемся Барбериновом евхологии. К сожалению, регламент данной работы не позволяет подробно отановиться на этом, тоже по-своему уникальном, литургическом памятнике, но вкратце охарактеризовать его можно следующим образом. Этот чин ясно показывает обнаружившееся в IX - X веках стремление к дальнейшему осложнению последования по седмеричной системе, что выражается появлением в его составе новых элементов, повторявшихся по семь раз. С другой стороны, как пишет иеромонах Венедикт, к этому времени и суточные службы, взаимодействующие с таинством Елеосвящения, увеличиваются в своем составе и достигают полного своего количества. В рукописи Синайской библиотеки за № 973 наглядно можно проследить процесс дальнейшего развития последования св. Елея в двух, характерных для Барберинова евхология направлениях: 1) относительно последования самого таинства и 2) в отношении круга суточных служб. По первому пункту: вместо повторения семи раз того, что делал и читал первый пресвитер, наблюдается стремление положить на каждого иерея по особой молитве в обеих частях таинства, т. е. при освящении елея и при помазании им больного. По второму же: наблюдается решительное приурочение этих двух частей к литургии. Процесс приготовления соединения вода - вино - елей начинается с возгласом начала литургии, причем это соединение повторяется каждым священником, участвующим в таинстве, т. е. имеет место тот же седмеричный характер. Приготовление и освящение елея с возжением светильников происходило в начальный момент службы, а вторая часть таинства, связанная с помазанием и гашением светильников совершалась в конце литургии, перед произнесением 33 псалма.

Другая характерная черта чина Елеосвящения, уже наметившаяся в Барбериновом евхологии, - привлечение помимо литургии и других служб суточного круга. Это подтверждается самим чином, в составе которого есть упоминание о вечерне, панихиде, каноне, в качестве отдельной службы, и утрене. “А затем уже следовала литургия, за которой болящий, по совершении над ним таинства св. Елея, приобщался св. Таин. Литургия здесь, как и в рукописи Парижской Национальной библиотеки № 213, совершалась семь раз, но в отличие от названной рукописи она отправлялась перед совершением таинства, в один день…

На утрени, с которой, как это было отмечено, начался процесс соединения Елеосвящения с суточными службами, уже было в обычае освящение елея для верующих. В начале этой работы уже говорилось, о том, что Древняя Церковь хорошо знала традицию общего освящения елея как для сакраментального употребления, так и просто для нужд христиан. Елей больных был в то же время и елеем оглашенных, так как имел одно общее освящение ( на западе - епископом; на востоке как епископом так и пресвитером). Все это показывает, что различие здесь было не в способе освящения елея, а в способе его употребления. Освященное масло получило свое сакраментальное назначение в зависимости от употребления его в таинстве Елеосвящения. Когда же чин таинства св. Елея объединился со службами суточного круга, освящение масла на утрени для верующих, помазывавшихся им и вкушающих его, стало, очевидно, служить освящением и елея больных. В дальнейшем ситуация изменилась и сакраментальная часть отделилась от этого общего освящения и приняла самостоятельное значение. Вполне вероятно, что это явление и отмечается в Барбериновом евхологии.

Из рассмотренных предыдущих рукописей можно судить о дальнейшем осложнении, как самого последования таинства, так и суточных служб, взаимодействующих с ним. В вышеизложенном описании чина Барберинова евхология сообщалось о том, как в последовании Елеосвящения появляются новые части, имеющие седмеричный характер: 1) приготовление елея и 2) гашение светильников. Такие попытки применить седмеричную систему, по возможности, ко всем отдельным элементам чина, естественно, не могли иметь устойчивости. Создание целого церемониала из вливания елея в сосуд или из гашения светильников лишь нарушало впечатление стройности и утяжеляло чин, который существовал paнее при наличии только двух главных частей в последовании таинства. Следовательно, их исчезновение было неизбежно. Приготовление елея, и гашение светильников не могло иметь существенного значения для таинства как такового, а между тем резко возростала громоздкость чина. Поэтому существование их как особых частей, при развитии других, имевших большее значение для таинства, или же при введении новых элементов в последование, становилось излишним.

Этим, оказавшим большое влияние на последование таинства, элементом и было семикратное чтение Апостола и Евангелия. Появление его в чине, вероятно, находится в связи с перемещением помазания больного елеем к моменту чтения апостола и евангелия за литургией. В этом отношении чин Елеосвящения имеет для себя близкую параллель с чином Венчания. Как при совершении Венчания, так и при совершении Елеопомазания на литургии, апостол и евангелие читались не рядовые, а приспособленные в том и другом случае к характеру таинства. Отсюда, с течением времени, апостол и евангелие стали рассматриваться уже как составные части того и другого последования. Следствием этого было то, что, когда Венчание обособилось от литургии, то удержало в своем составе апостольские и евангельские чтения. Очевидно то же произошло и с последованием св. Елея. Как пишет иеромонах Венедикт: “…Когда оно стало совершаться во второй своей половине после литургийных апостола и евангелия, то последние, по содержанию давно уже сходные с последованием таинства, и по времени совершения приблизились к Елеопомазанию и потому, естественно, стали рассматриваться уже как составная и притом начальная часть процесса Елеопомазания. Дальнейшим же следствием было то, что чтение апостола и евангелия вместе с помазанием больного елеем подверглось влиянию седмеричной системы, т.е. стало повторяться семь раз по числу пресвитеров, совершителей таинства.”

Семикратное чтение апостола и евангелия, осложненное, несомненно, не сразу чтением семи молитв, по одной молитве на каждое чтение, сначала заняло посредствующее положение между освящением елея и помазанием больного и оказало существенное влияние на одну и другую часть. На состав помазания больного елеем этот новый элемент в чине таинства влиял в том отношении, что с появлением его в структуре всего последования и с приданием ему большей стройности, помазание больного елеем получило явную наклонность к соединению с семикратным чтением апостола и евангелия в одну часть. С другой стороны, вполне естественно, что и освящение елея при существовании семи чтений из апостола и евангелия с присоединением еще по одной молитве на каждое чтение, устойчиво стало совершаться простым способом с целью, не загромождать и так очень сложный чин св. Елея.

Наряду с апостольскими и евангельскими чтениями для последующей судьбы последования св. Елея имело значение и другое характерное обстоятельство,-это постепенное сужение круга суточных служб, привлекаемых к таинству. И так как первоначально чин Елеосвящения из всех суточных служб был связан с литуpгией, так и процесс обособления от них начался тоже с литургии. “«И должен желающий творить св. Елей призвать сем пресвитеров вечером и (должно) петь следующее, где пожелает, в церкви или в доме своем».” Из этой заметки можно видеть, что связь Елеосвящения с литургией, предполагавшая его совершение непременно в храме, делала затруднительным его более широкое применение. Стесненнось такого положения таинства окончательно привела его к полному отделению от суточной службы, что не могло не отразиться на последовании св. Елея.

О том, какой именно вид приняло это последование 1) по привнесении в него семикратного апостольского и евангельского чтения и 2) по освобождении его от литургии, наглядное “представление дают нам рукописи: Лавры преп. Афанасия Афонского № 189; Синайской библ. № 960; Святогробской в Константинополе библиотеки № 8; Αфоно-Пандокр. библиотеки № 149; Синайской библиотеки № 985; в которых чин Елеосвящения предстает перед нами с обеими характерными чертами.” В чине Елеосвящения указанных рукописей апостольские и евангельские чтения действительно сначала занимают среднее место между освящением елея и помазанием им больного и само выполнение их здесь предварялось седальнами и сопровождалось чтением соответствующих молитв, по молитве на каждое чтениe. В силу же ориентации основного внимания на изложение нового элемента-апостольских и евангельских чтений- другие части Елеосвящения отступают на второй план и излагаются просто. А второстепенные части, не имевшие существенного значения для последования, по возможности, объединяются с другими частями. Отсюда, вливание елея в сосуд, как особый седмиричный круг в них уже не имеет места. Теперь, каждый пресвитер, вливая елей в сосуд, читал молитву и на его освящение. А возжениe светильников лишь согласно рукописи Синайской библиотеки № 960 совершалось определенным образом. Но и здесь этот элемент отправлялся просто: пресвитеры по очереди зажигали свои светильники без произнесения каких-либо молитв. Во всех же других рукописях оно было объединено с апостольскими и евангельскими чтениями таким образом: “каждый пресвитер по прочтении своего апостола, евангелия и молитвы зажигал свой светильник и отходил на свое место. В свою очередь гашение светильников, хотя в данных рукописях о нем и не упоминается, могло быть объединено с помазанием больного елеем, или же совершаться по окончании всего последования.

В силу объединения второстепенных частей последования таинства с главными схема главных частей получилась следующая: 1) освящение елея; 2) семь чтений из апостола и евангелия с положенными на них семью молитвами и 3) помазание больного елеем.

Но теперь к этой схеме присоединяются действия, вызванные освобождением последования таинства от литургии. Сюда относится появление особого начала и отпуста для последования. Когда Елеосвящение совершалось на литургии, то для него не требовалось в этом случае, ни особого начала, ни особого отпуста. Начало и отпуст на литургии могли служить тем же и для последования таинства. Но появление того и другого стало неизбежным, как скоро чин св. Елея отделился от литургии. Это с одной стороны.

С другой-наблюдается следующее явление. Первоначально, когда таинство св. Елея совершалось на литургии, то первая его часть-освящение елея-совершалась в начале литургии, а вторая- помазание больного елеем-в конце ее. Среднее место между тем и другим занимало чтение апостола и евангелия. Это чтение литургийных апостола и евангелия, по содержанию уже давно приспособленное к случаю совершения таинства св. Елея за литургией и ставшее седмеричным, в силу этого могло рассматриваться как входящее в состав и самого последования таинства.” С другой стороны, начальная часть литургии до чтения апостола и евангелия тоже очень рано стала осложняться элементами, относящимися к таинству Елеосвящения. Это явление уже отмечалось при разговоре о рукописи Парижской Национальной библиотеки № 213 и о рукописи Синайской библиотеки № 973. Рукопись же Синайской библиотеки № 960 сообщает, что даже литурийные молитвы относились не к литургии, а к таинству. Вследствие этого произошло то, что когда чин св. Елея обособился от литургии, вместе с освящением елея и помазанием им больного вошла в состав последования таинства и начальная часть литургии, кончая чтением апостола и евангелия. Впоследствии она заняла среднее место между освящением елея с одной стороны и помазанием им больного-с другой.

Кроме этого, в рассматриваемых рукописях наблюдается и другая особенность, вызванная появлением больного для совершения над ним таинства не к самому началу последования, а после освящения елея, перед чтениями из апостола и евангелия. Церковная служба св. Елея в то время совершалась медленно и торжественно. Из рукописи Синайской библиотеки № 973 можно видеть, что после освящения елея в начале службы, литургия продолжалась обычным своим порядком и только в конце ее больной помазывался елеем. При таком характере таинства, принимавший его находился в храме, и когда наступал момент помазания елеем, священнослужители выходили на середину храма, при этом принимавший таинство подходил к ним и становился среди них для помазания. Согласно Барберинову евхологию так все и происходило. Перед наступлением момента помазания, в конце литургии, больной выходил к священникам и помазывался маслом. Такой же порядок указывает и рукопись Софийской библиотеки № 1054 с Иерусалимским уставом чина Елеосвящения. Когда же последование св. Елея обособилось от литургии и отдельные части его сблизились между собой, принимавший таинство стал появляться среди священнослужителей уже перед началом апостольских и евангельских чтений. Это появление больного в середине чина с одной стороны произвело перерыв между освящением елея и чтениями из апостола и евангелия, с другой стороны способствовало появлению новых элементов в чине 1) испрошения принимавшим таинство прощения грехов при появлении среди священнослужителей и 2) пения особых тропарей и кодаков, заполнявших промежуток времени при появлении его среди совершителей таинства.”

После всех видоизменений, какие были произведены в чине Елеосвящения, при отделении его от литургии, последование этого таинства приняло такой вид:

Накануне по-прежнему служились вечерня и утреня, а сам чин св. Елея совершался на другой день.

Обычное начало: Приидите поклонимся; чтение одного или нескольких псалмов; Верую во единого Бога…( или же, как в рукописи Синайской библиотеки № 960, после начала сразу же следовали тропари: Помилуй нас Господи…)

Освящение елея.

Исполнение литургических антифонов.

Приход больного и испрашивание им прощения грехов и благословения у совершителей таинства и пение тропарей.

Чтение семи апостолов и евангелий, предваряемых седальнами и сопровождаемых молитвами.

Возложение евангелия и чтение молитвы над головою принимавшего таинство.

Помазание больного елеем поочередно всеми семью иереями.

Помазание присутствующих.

Произнесение ектении «Помилуй нас Боже» и отпуст.

Оглашение больного ( неустойчивое по местоположению )

Таким образом, из представленной в рассмотренных рукописях схемы Елеосвящения можно отчетливо видеть, что из служб суточного круга устойчивое положение сохранили вечерня и утреня, а в самом последовании св. Елея твердо заняли места следующие части: 1) освящение елея, 2) семь чтений из апостола и евангелия, 3) помазание больного, 4) оглашение его. К этим частям по освобождении таинства Елеосвящения от литургии присоединились теперь 1) особое начало и 2) отпуст для последования.”

Взаимодействие таинства с утреней

Необходимо отметить, что в рукописи Синайской библиотеки № 960 находится еще одно немаловажное сообщение, необходимое для изучения поставленного в этой работе вопроса, а именно отношение таинства св. Елея с утреней. (В описании Барберинова евхология в общих чертах этот вопрос уже затрагивался). К сожалению упомянутая рукопись содержит давольно скудные данные относительно всего последования освящения елея на этой, впоследствии так же повлиявшей на чин, службе. В этом плане здесь можно отметить лишь характерные особенности. В данном Синайском памятнике XIII века, когда семикратное повторение всех частей последования Елеосвящения получило, помимо устойчивости, еще и давность, придавшую ему освященную временем традиционность, можно видеть всего лишь четыре молитвы, прочитывавшиеся не спешно на утрени в таком порядке: “ После шестопсалмия: Отче святый…; после третьей песни канона: Блаже, человеколюбче, благоутробне, многомилостиве Господи…; после шестой песни: Владыко вседержителю, душелюбче, раболюбче Спасителю всех…; после девятой песни: Царю исцелителю страждущих… Если мы теперь примем во внимание, что молитвы в рассматриваемой рукописи по своему содержанию были из числа молитв, прочитывавшихся над самим больным, то вероятно, что их первоначальное существование на утрене и в данной рукописи было независимо от совершения здесь освящения масла. При отправлении утрени в связи с таинством Елеосвящения естественно было и ее снабжать соответствующими случаю элементами и в том числе молитвами. И этих молитв уместно было читать столько, сколько позволяла утреня в обычном своем порядке. И так как на утрене после третьей, шестой и девятой песни канона произносилась ектения, то и было естественно к этим ектениям приурочить молитвы. Такое присоединение оправдывалось: 1) согласно сложившемуся обычаю, читать вообще молитвы за службами применительно к произнесению ектений, 2) согласно практическим выгодам, так как в нужных случаях их всегда можно было прочитать тайно во время произнесения ектении. И когда освящение елея совершалось на утрени, такими молитвами можно было воспользоваться и для освящения елея. В рукописи Синайской библиотеки № 960 мы и имеем дело с помощью рассматриваемых молитв. Единственная молитва, которая была к ним прибавлена, это уже известная молитва «Отче святый».” В качестве же доказательства того, что еще не существует особых молитв, предназначенных сугубо для освящения елея, служит тот факт, что, из содержащихся в данном памятнике, ни одна из них не относится к этому предмету.

5.5 Отделение таинства св. Елея от суточных служб

С XIII века, как пишет протоиерей Геннадий Нефедов, практика совершения таинства Елеосвящения на Востоке существенно меняется. Этому явлению, по его мысли, способствовало исчезновение обычая устраивать при храмах церковные больницы. Так что подавляющее большинство больных было уже не в состоянии приходить для Помазания на общее богослужение. Правда, продолжало существовать в Церкви для больных, не способных передвигаться, краткое последование Елеосвящения, не связанное с дневными службами. Об этом говорят нам данные из Требника императора Иоанна Кантакузена.

Сам чин св. Елея с этого времени освобождается от ранее соединившихся с ним служб суточного круга: вечерни, утрени и от литургии. На приходах в это время данное таинство совершалось только в храмах. “В «Новой скрижали» говорится об одном так: «Больные, которые могли подниматься и ходить, с помощью других были приводимы в храм, а кто не мог этого, тех привозили, чтобы в священном месте приобрести отраду для страждущей души и возвратить здравие телу посредством действия, сообщаемого этим таинством. И ногда они пребывали там дни и ночи, ожидая благодатной помощи от помазания освященным елеем…

XIV век профессор А.Дмитриевский называет веком, когда начался новый период в истории чина Елеосвящения. Для него было характерно обособление частей последования от храмового богослужения. Вечерня при этом совсем опускается, связь с утреней остается, обретая новый смысл. Этому способствовал, как говорилось, вновь возникший обычай совершать таинство св. Елея в частных домах.”

Стремление сделать таинство Елеосвящения более доступным для его широкого применения предъявляло и более радикальные требования. Задача была такова, “чтобы, - по словам иеромонаха Венедикта, - таинство в потребных случаях могло представлять вид одного цельного последования, притом не очень продолжительного по времени совершения.” Отсюда естественное внимание устремлялось к вечерне и утрене. Даже при отправлении их накануне, совершение таинства Елеосвящения не могло быть удобным для широкого применения, и потребность его полного отторжения от этих служб возникала сама собой. Таким образом было произведено дальнейшее сокращение повседневных служб, примыкавших к таинству. Пение вечерни было упразднено совсем, а утреня, в качестве молебного пения, была присоединена к самому чину св. Елея. Возможно, что и отправление утрени было бы опущено при совершении таинства, если бы ранее в ее состав не вошел канон Арсения. Составленный сугубо для освящения елея, он занимал на утрене главное место. Исключить его из состава таинства не представлялось возможным без ущерба для внутреннего его содержания, а оставить в неприкосновенности, значило оставить и утреню, из которого она главным образом и состояла.

С другой стороны в самом чине св. Елея сами собой намечались дальнейшие видоизменения. Семь помазаний стали совершаться параллельно семи чтениям из апостола и евангелия. В силу этого вместо прежних трех главных частей ( освящение масла - чтения апостола и евангелия - помазание больного ) последования таинства стало только две: 1) освящение елея и 2) чтения, соединенные с помазанием больного. Но к этим двум частям примкнула утреня с одной стороны, и заключительная часть - с другой, в силу чего все последование подразделилось на четыре нынешние части. Таким образом утреня, или молебное пение, тесно примкнула к самому чину таинства и, вследствии этого, образовала в нем его теперешнюю первую часть, удержав обычный свой порядок: начало; чтение 142-го псалма; малая ектения; пение «Бог Господь или Аллилуия смотря по дню» и современных тропарей; чтение канона Арсения и пение современных стихир. После стихир сразу же следовало освящение елея, т. е. вторая часть последования таинства: каждый из иереев, вливая елей и вино в сосуд, читал молитву и на освящение его «Господи, милостию и щедротами», причем во время этого процесса исполнялся 50 псалом. Третью часть составили в нем апостольские и евангельские чтения, объединенные теперь с семикратным помазанием больного елеем в таком порядке: прокимен, апостол, аллилуарий, евангелие, сугубая ектения, молитва; после молитвы пресвитер дул трижды в сосуд с елеем, делая в то же время и знак честного креста; произносил тропарь «Господи, оружие на диавола крест Твой дал еси»; помазывал болящего елеем при произнесении стиха «Помощь наша во имя Господа» или молитвы «Отче святый», и, сделав поклон иереям, отходил на свое место; и таким образом поступали все семь священников.

В силу отнесения помазания больного елеем к чтениям из апостола и евангелия четвертая и вместе с этим заключительная часть последования таинства приняла такой вид: возложение евангелия и чтение молитвы «Благоутробне, неизменне, сокровенне, многомилостиве Господи Боже наш», к которой уже в виде пережитка присоединялось чтение молитвы «Отче святый», пение стихир: Источник исцелений…, Подаждь утешение…; ектения: Помилуй нас Боже… и отпуст: Христос истинный Бог наш… В заключение болящий трижды говорил: Благословите, владыки святые, и простите мне грешному.

В заключении этого параграфа можно привести мысль протоиерея Михаила Архангельского, который писал, что получив отдельное существование, нынешний чин св. Елея не утратил своего духовного сочетания с храмом Божиим и дневными церковными богослужениями…Историческим примером такого сочетания служит Елеосвящение, которое было совершено патриархом Никоном в Воскресенском монастыре, когда болящий принимал молитвенное участие в совершении вечерни и утрени, после утрени исповедовался, затем удостаивался св. помазания и за литургией причащался св. Таин.

5.6 История схемы и состава чина Елеосвящения второй группы

В рассмотренных выше рукописях первой группы образовался чин Елеосвящения, который условно можно разделить на четыре части:

Однако, в рамках такой схемы чина св. Елея однообразие устанавливается далеко не сразу. Греческие рукописи второй группы наглядно характеризуют этот момент. Отдельные части последования продолжают еще предваряться начальными возгласами, свидетельствующими о том периоде, когда они были разделены по времени своего совершения. Помимо этого, особенности сохранялись и в пределах каждой части, что напоминало о процессе освобождения чина от суточных служб, в частности от литургии.

Так, в силу стремления придать всему последованию св. Елея один цельный вид, утреня образовала его первую составную часть.

В конечном итоге, если в рукописях первой группы отображался чин Елеосвящения, состоящий из четырех частей, то во второй группе содержится последование таинства с подразделением уже на две главные части (т.е. освящение елея и помазание). Правда, в способе взаимного объединения и расположения в них тех или иных элементов, наблюдается значительная неустойчивость и неопределенность, свидетельствующая о том, что чин св. Елея здесь еще находился в стадии своего формирования. Проглядывала, - как пишет иеромонах Венедикт, - неуверенность композиции этих элементов в каждой части. Отсюда одни и те же из них в разных чинах распределялись по-разному. Такое разнообразие распределения элементов, служившее основной причиной неустойчивости всей схемы, было особенно заметно в освящении елея и в заключительной части. Наооборот, утреня и семь апостольских и евангельских чтений с семикратным помазанием больного елеем более стабильно сохраняли схему, почти совпадающую с современным видом этих частей. Возможно, что, если бы в свое время печатание богослужебных книг не положило предела всяким вариациям в схеме чина Елеосвящения, то современный вид его был бы совсем иным. На это предположение наводит тот факт, что в рукописях второй группы находится совсем немного чинов, близких по своему виду к современному последованию св. Елея. Поистине, это яркое свидетельство того, что настоящая схема таинства есть не только продукт, подготовленный всей историей литургического развития, но и результат выбора из всего разнообразия чинов Елеосвящения, еще не сведенного к единству своего совершения.


Заключение

Исторический метод исследования, который был изначально предложен в данной работе, позволил показать каким образом развивался процесс формирования современного чина Елеосвящения. Как исторически разрешалась литургическая практика о месте и времени совершения таинства, о его совершителях, о лицах, над которыми оно совершалось.

Рассмотрение этих вопросов в исторической перспективе позволило установить, что литургическая практика не всегда была одинаковой и в каждый период определялась общей совокупностью условий и факторов своего времени и оказывала свое влияние на каноническое и догматическое решение тех или иных аспектов чина.

В первом столетии Господь наш Иисус Христос, установив таинство св.Елея, положил через Своих апостолов все главные и существенные основы для его будущего богослужебного совершения. И не случайно в тот период чин таинства отличался своей естественной простотой. Как древо Церкви представляло тогда собой молодую отрасль, точно также и все составляющие его были тождественны этой основе. Таинство Елеосвящения совершалось тогда в домах верующих, непосредственно у постели больного. Помимо этого определялся статус назначения самого масла. Не сразу в жизни христиан обозначилась строго сакраментальная его цель. Относительно лица, совершавшего освящение елея и того кому оно предназначалось, как мы видим, не было единого мнения. Ряд факторов разделил традицию на обычаи поместных церквей того времени. Даже в отношении к таинству св. Елея очень рано Запад стал жить своей жизнью, а Восток - своей. Трудно понять насколько мирно и терпимо соседствовали эти обычаи, и какие причины стояли у истоков этого разномыслия.

На Востоке с VI - VII веков таинство св. Елея меняет место своего совершения. Отныне частным домам на смену приходит пространство храма, а индивидуальной обособленности - соборный принцип. С этого момента и чин Елеосвящения постепенно тяготеет к службам суточного круга, пока, наконец, полностью не соединяется с ними. Запад же замыкается в исключительности епископской прерогативы освящения елея, и всестороннего его использования, что вскоре приведет к профанации и кризису таинства.

С XIII века, как это было отражено, в Православной Церкви начинается процесс постепенного освобождения Елеосвящения от служб суточного круга. К этому времени, сложность и величина чина таинства достигает своих максимальных размеров, что естественно затрудняет его применение. XIV век полностью проходит в обновлении традиции св. Елея, когда вновь возвращается старый обычай совершения таинства в частных домах и формируется новый чин.

Подводя итог этого исследования и мысленно вновь останавливаясь на исторических этапах, можно видеть как непредсказуемо и многогранно отображалась практика Православной Церкви. Если какие-то временные исключения, побочные наслоения и вплетались с годами в структуру таинства, то оно от этого не теряло своей благодатной силы. Примером тому могут служить такие крайние явления, как заочное отправление чина или же совершение таинства над умершими, что в свое время имело не мало апологетов.

На протяжении веков христианской эры таинство св. Елея пережило те же этапы становления, какие наблюдались во всей богослужебной сфере Церкви. Можно, конечно задаваться вопросами причинности, пытаясь при этом скрупулезно исследовать историю, но необходимо согласиться, что изложенное в свое время апостолами Марком и Иаковом святоапостольское совершение чина Елеопомазания, его внутренние и внешние свойства и качества послужили прочной основой для дальнейшего развития и образования в итоге церковного последования таинства.


Список литературы

5. Требник. // М.: Изд. Московской Патриархии, 2000г.

7. Энциклопедия «Кирилл и Мефодий». / электронная версия. 2КОМПАКТ-диска.

. Алмазов А., проф., Врачевальные молитвы. // Одесса 1901г.

.Алмазов А., проф., История чинопоследования Крещения и Миропомазания. // Казань, 1884г.

. Арранц Михаил, Исторические заметки о чинопоследованиях таинств по рукописям Греческого Евхология (3 курс), / ЛДА, Машинопись, 1979г.

. Арранц Михаил SJ., Исцеление Души и Тела. Таинство Елеосвящения и другие терапевтические и разрешительные молитвы и чины Византийской Традиции. Исторический опыт, / Самиздат Opere Religiose Russe. Рим, 2001г.

. Архангельский Михаил, прот., О тайне Святого Елея, // Москва. 2001г.

. Бернштам Т. А., Молодость в символизме переходных обрядов восточных славян. Учение и опыт Церкви в народном христианстве. // СПб. «Петербургское Востоковедение». 2000г.

. Булгаков А., проф., Старокатолическое богослужение, // Труды Киевской Духовной Академии. №3 1898г.

. Венедикт (Алентов), иером., Чин таинства Елеосвящения. Историко- литургический очерк, // Сергиев Посад, 1917г.

. Дмитриевский А., проф., Описание литургических рукописей,

хранящихся в библиотеках Православного Востока, // Петроград, 1917г.

. Евдокимов П., проф., Православие. // ББИ. Москва, 2002г.

. Катанский А., проф., Очерк истории обрядовой стороны таинства Елеосвящения. / ж. «Христианские Чтения». 1881г. Т.II.

. Кекелидзе К., прот., Литургические грузинские памятники. // Тифлис, 1908г.

. Красносельцев Н., проф., К истории православного богослужения. (по поводу некоторых церковных служб и обрядов ныне не употребляющихся). Материалы исследования по рукописям Соловецкой библиотеки. // Казань, 1889г.

. Кунцлер Михаэль., Литургия Церкви. т.II. // Москва. «Христианская Россия». 2001г.

. Нефедов Геннадий, прот., Таинства и обряды Православной Церкви. // Москва, 1999г.

.Петровский А., проф., К истории последования таинства Елеосвящения. // «Христ. Чт.». 1903г.

. Помазанский Михаил, протопресв., Догматическое богословие. / Фонд «Христианская жизнь», Клин, 2001г

. Соколов Дмитрий, прот., Учение о Богослужении Православной Церкви. / Изд. Приходского Совета Русской Церкви в Париже. / Репринт. изд. Белорусского экзархата Московской Патриархии. Минск, 1990г.

. Старец Ефрем Катунакский., EKDOSH I. HSUCASTHRIOUAGIOS EFRAIM KATOUNAKIA AGIOU OROUS” // Москва, 2002г.