Племена Приамурья

Подробнее

Размер

76.71K

Добавлен

29.09.2021

Скачиваний

10

Добавил

Анастасия Рощина
Курсовая работа по истории на 60 листов по теме Племена Приамурья
Текстовая версия:

Содержание

Введение

1. Историко - географическое положение Амурской области

1.1 Физико-географические особенности Амурской области

1.2 Историография племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры

2. Социально-экономические и политические отношения племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры.

2.1 Племена культуры Урил

2.2 Жизнь и хозяйство племен урил

2.3 Развитие социальных отношений между племенами культуры урил в первом тысячелетии до нашей эры.

3. История племен польской культуры

3.1 Племена польской культуры

3.2 Жизнь и хозяйство польских племен

3.3 Развитие социальных отношений между племенами польской культуры

Заключение

Список литературы


Введение

Амурская область-обширный регион, расположенный вдоль русла великой Дальневосточной реки. В него входят Читинская, Амурская, Еврейская автономная область и Хабаровский край.

До недавнего времени древняя история Амурской области была малоизвестна не только широкой общественности, но и специалистам.

Сотни ученых, археологов, историков и этнографов продолжают неустанно и кропотливо работать над воссозданием яркой и правдивой картины жизни наших далеких предков, чтобы показать их титаническую борьбу с природными силами природы, раскрыть истоки материальной и духовной культуры человеческого сообщества, поэтому тема диссертации актуальна.

Диссертация посвящена обобщению материалов по истории Приамурья в первом тысячелетии до н. э., анализируется история племен, рассматриваются культура, экономика и социальные отношения племен.

В статье использованы археологические материалы и письменные сведения об этнической истории и материальной культуре древнего населения Приамурья.

В литературе исследуемая тема отражена в фундаментальных археологических работах А. Я. Гурова. Его по праву можно считать основоположником амурской археологии, который с 1899 по 1932 год занимался систематическим обследованием побережья Амура.

С 1928 по 1961 год Григорий Степанович Новиков-Даурский, энтузиаст краеведения и сотрудник краеведческого музея, проделал большую работу по выявлению археологических памятников и сбору материалов о них.

В 1954 году была организована съемка вдоль левого берега рек Шилка и Амур от Сретенска до Благовещенска - первая экспедиция Академии наук СССР, возглавляемая доктором исторических наук Алексеем Павловичем Окладниковым. С 1961 года в регионе ежегодно действуют академические экспедиции, возглавляемые этим замечательным ученым-археологом. В последние годы его исследования продолжил его ученик, академик Анатолий Пантелеевич Деревянко.

Первые известия о древностях Приамурья появились в XVII веке от Василия Даниловича Пояркова, Ерофея Павловича Хабарова и других русских исследователей.

Цель работы-обобщить особенности и особенности жизни племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры.

Для достижения этой цели при написании дипломной работы необходимо было решить следующие задачи::

Изучить особенности географического положения Амурской области.

Оценить природно - ресурсный и экономический потенциал Амурской области, ее ландшафтное разнообразие;

Изучить характерные особенности хозяйственной деятельности племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры;

Упорядочить существующие данные.

Объектом исследования являются племена Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры.

Предмет исследования: история хозяйственной деятельности и общественных отношений племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры.

Хронологические рамки исследования определяются первым тысячелетием до нашей эры.

Автор диссертации выдвинул гипотезу о том, что племена Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры имели характерные отличительные черты в культуре и образе жизни.

Методология и методы исследования. Работа проводится в рамках сравнительно-исторического подхода, который раскрывает изучаемые явления по сходству и различию присущих им свойств, а также позволяет проводить сравнение в пространстве и времени. Такой подход к изучению культурно-хозяйственных комплексов требует определенных правил описания, классификации, датировки материала и его интерпретации.

Исследование основано на сравнительно-типологическом (анализ археологического материала) и сравнительно-историческом (анализ письменных источников) методах с последующим обобщением полученных результатов. Использовались методы наблюдения и описания. Большой вклад в изучение древностей Приамурья внесли Е. В. Шавкунов, Е. И. Деревянко, В. Е. Ларичев, А. И. Мазин, Б. С. Сапунов, А. П. Окладников.


1. Историко - географическое положение Амурской области

1.1 Физико-географические особенности Амурской области

Приамурье - географический регион на юге Дальнего Востока, главная река которого - Амур. Скорее всего, название Амур происходит от слова "маму", которое относится к коренным жителям низовьев Амура. Амур образуется в результате слияния двух рек - Шилки и Аргуни. Длина реки Амур определяется от места, где берет начало река. Онон, который, в свою очередь, служит началом реки Шилка.

По геоморфологии долины и водному режиму река Амур делится на три части: Верхнюю, Среднюю и Нижнюю. Бассейн Верхнего Амура начинается от истока до впадения реки Зея, Средний-от реки Зея. Зея до Хабаровска, Нижний Амур - от Хабаровска до впадения реки Татарский пролив.

Верхний Амур длиной 883 км имеет извилистое русло и течет со скоростью 6-8 км / ч между высокими горами со скалистыми склонами. Постепенно долина реки расширяется и постепенно превращается в равнину. Как ширина, так и глубина верхнего Амура невелики, что значительно усложняет навигацию. Большие речные суда приходят сюда только во время половодья.

Река Средний Амур длиной 975 км представляет собой широкую долину, прорезанную многочисленными каналами ("разбоями"). Река здесь течет со скоростью 5,5 км/ч. По всей длине среднего Амура можно выделить всего 150 км, где река течет в одном русле - сильном ручье в красивом каньоне.

Основными притоками Среднего Амура являются реки Зея, Бурея, Сунгари и Уссури. Они делают реку наиболее полноводной и глубокой, давая свободное движение большому речному судоходству.

Нижний Амур, протяженностью 966 км, представляет собой низменную долину с широкой поймой и рукавами. В пойме образуется много озер. Нижний Амур наполняется водой из-за муссонных дождей в летний и осенний период. Муссонные дожди вызывают сильные колебания уровня воды во всех частях реки. Так в верхней и средней его части вода может подниматься до 15 м, в нижней части - до 8 м. Такой большой подъем воды способствует разливам на 10-25 км.

Амурская область относится ко всей обширной территории бассейна Среднего и Нижнего Амура. Верхнеамурская область относится к Забайкалью в связи с тем, что в растительном и животном мире здесь преобладают монголо-даурские комплексы, присущие природе Забайкалья. Как отметил А. П. Деревянко, единой точки зрения на территориальное деление Дальнего Востока не существует, поэтому в будущем рассмотрение древних культур будет ограничено только бассейном Среднего и Нижнего Амура, т. е. Амурской областью, в которую входит большая часть Амурской области и весь Хабаровский край.

Площадь Амурской области составляет более 1 млнкм2, рельеф очень разнообразен. Южная половина Дальнего Востока-горная страна. Равнины занимают площадь в три раза меньшую, чем горы, и расположены в основном в межгорных впадинах, вдоль морских побережий и долин крупных рек.

Геологическое строение и геоморфология Среднего Амура в основном характеризуются мезозойскими горными образованиями. Горные районы этой территории значительно уменьшились и стали равнинными во время длительного разрушения. Отдельные горы-это разрушенные остатки, состоящие из более твердых пород. С севера бассейн Среднего Амура отделен от соседних районов Якутии системой хребтов: Станового, Янкана, Тукурингра, Джагды.

Становой хребет, высшая точка которого достигает 2520 м над уровнем моря, служит водоразделом двух великих азиатских рек: Амура и Лены. Он состоит в основном из гнейсов, гранитов и метаморфических сланцев. К югу от Станового хребта, параллельно ему, с запада на попок тянется единая цепь хребтов Янкан - Тукурингра - Джагды. Хребет Янкан является водоразделом бассейнов рек Гилуя, Уркан, Нюкжи и Олдой. Высота отдельных гольцов достигает 1300 м над уровнем моря. На западе, вплоть до Яблоновского хребта, простирается бассейн реки Зея. Хребет Туку-рипгра является продолжением хребта Янкан на востоке и водоразделом рек Гилуя и Уркан. Река Зея, прорезающая хребет Тукурингра, протекает по живописным ущельям и образует серию разломов.

От Северо-Восточного Китая Советская Амурская область отделена с юга Небольшим Хинганом, представляющим собой древнее горное образование. Высота гор постепенно увеличивается с юга на север с 200-500 до 1500-1800 м. Далее на север простирается Буреинский хребет, высота которого составляет от 100-1500 до 2000 м. На севере, в верховьях реки Бурей, продолжается хребет Дуссе-Алии. Его самая северная оконечность-хребет Ям-Алин. В верховьях реки Урми, к северо-востоку от Буреинского хребта, лежит высокий Баджальский хребет, сложенный гранитами и другими более прочными магматическими породами. На его крутых вершинах в течение всего лета местами лежит снег.

Параллельные складчатые цепи Сихотч-Алинского хребта тянутся между рекой Амур и побережьем Японского моря. Северная половина хребта расположена в Хабаровском крае, в то время как южная половина расположена на территории Приморского края. Общая протяженность всей системы составляет 1200 км, а ширина в северной части достигает 300км2.

Между горными системами находятся равнины. В южной части Амурской области, между Зеей и Селемджой на западе и хребтом Турана на востоке, расположена Зейско-Буреинская равнина. На юго-востоке она достигает Буреинского хребта. Равнина слегка наклоняется к юго-западу, с перепадом от 300 м на северо-востоке до 100 м на крайнем юго-востоке. В северной части его местами возвышаются высокие холмы из твердых пород.

Поверхность южной части равнины усеяна многочисленными неглубокими впадинами округлой формы. Некоторые из них сухие, другие наполнены водой. Равнины пересекаются долинами неглубоких рек. Зейско-Буреинская равнина сложена рыхлым суглинком, плохо проницаемым для воды. После сильных дождей почва и грунт переувлажняются.

Между горами Амур и Селемджа с одной стороны и хребтом Тукурингра с другой находится Амуро-Зейская равнина со слегка волнистой поверхностью и высотами до 300-500 м. Глубина речных долин здесь более значительна, чем на Зейско-Бурейской равнине. Западная часть равнины, между Амуром, Зеей и хребтом Тукурингра, сложена в основном песком.

К северу от Амуро-Зейской равнины, между рекой Гилуй и хребтом Джугрыр, простирается Верхнее Зейское плато.

Среднеамурская равнина простирается вдоль реки Амур, от Малого Хийгана до Комсомольска-на-Амуре. Он граничит с горами Бурея на западе и Сихотэ-Алинем на востоке, достигая более 150 км в средней части. Широкая (до 40 км) пойма реки Амур простирается вдоль всей низменности. Его плоская поверхность, довольно неровная, представлена либо затопленной поймой реки, либо плоскими террасами Амура и его притоков. К северу от города Комсомольска-на-Амуре от озера тянется значительная низменная полоса. Эворон на север, в Тугурский залив Охотского моря.

Рельеф Приамурья имеет значительную особенность: равнины, наиболее удобные для расселения древнего человека, расположены в основном на юге, в то время как на севере имеется целая система широтных хребтов. С юга равнины Амурской области отделены от Северо-Восточного Китая системой хребтов Хинган. Это сыграло определенную роль в развитии контактов между древними племенами, населявшими эту территорию, и племенами соседних территорий с севера и юга. Разветвленная система рек создавала благоприятные условия для общения древних племен в широтном направлении.

Реки Амурской области характеризуются небольшим весенним половодьем, так как снежный покров здесь небольшой. Бывают наводнения и разливы рек, причем летом, что связано с обилием осадков, приносимых с океана, и горным характером рек. У северных рек этого региона есть еще одна особенность: из-за истощения запасов подземных вод зимой сток воды в них очень слабый, и они промерзают дно.

Река Амур занимала первое место в СССР по длине (восьмое в мире (4354 км) и четвертое в СССР по водности после рек Енисей, Обь и Лена). Начиная от города Благовещенск, река Средний Амур достигает Зейско-Буреинской равнины. Его протяженность до Хабаровска составляет 1000 км. Течение Среднего Амура в основном плавное и спокойное, но после впадения в него реки Бурей, в районе села Пашково, Средний Амур становится бурным, так как пробивается через Буреинский (Малый Хинганский) хребет, прорываясь через узкую "трубу". Только через 150 км, недалеко от села Екатерина-Никольский, река выходит на широкую Амуро-Сунгарскую равнину, по которой протекает до самого Хабаровска. Берега Амура очень низкие и даже болотистые. После впадения в реку Бира русло Амура разделяется на многочисленные ответвления.

От Хабаровска до устья Амура на протяжении 950 км река называется Нижний Амур. Особенно широка она за пределами города Николаевска-на-Амуре. В нижнем течении река соединена каналами с многочисленными озерами, наиболее значимыми из которых являются Болон, Удыл, Орел и Кизи. Река Амур впадает в устье между северным мысом Тебах и южным мысом Пронге.

Река Средний и Нижний Амур имеет пять основных притоков: левый - Зея, Бурея, Амгунь и правый - Сунгари и Уссури. Река Амгунь впадает в реку Амур в ее нижнем течении, недалеко от ее устья. Эта сложность и особенность строения системы рек Амура указывает на то, что она сформировалась не сразу, а в разное время, возможно, даже из рек, которые ранее были полностью независимыми. Сложность рельефа Амурской области является результатом общего подъема и падения земной коры в конце четвертичного периода и в наше время. Разный размер этого подъема изменил соотношение уровней русла рек и направление их течения, так что реки проложили новые пути, углубляясь в холмы и горные хребты.

Крупнейшим притоком Амура является река Зея, ее длина составляет 1232 км. Значительная ширина реки в ее устье стала причиной того, что народы, населявшие Приамурье до прихода русских (дауры, дючеры, тунгусы, нанайцы и др.), считали Амур притоком Зеи.

В верховьях Зея имеет характер горной реки с быстрым течением и множеством разломов. В низовьях река имеет низкие берега, широкую пойму, есть отмели, берега, острова, протоки, поэтому каждый год проводится большая работа по расчистке фарватера. Летние наводнения на Зее очень высоки.

Крупнейшим притоком Зеи является река Селемджа (750 км). Как и Зея, она служила в прошлом естественной "дорогой" во время освоения Амурской области русскими. В верхней части Селемджа течет по скалистым берегам и образует множество порогов и перекатов. Далее, наиболее значительным притоком Зеи является река Гилуй, которая впадает в Зею справа, в 32 км выше города Зея. Гилуй протекает вдоль хребта Тукурингра, имеет множество разломов, берега реки скалистые.

Река Бурея также впадает в реку Амур (слева, в 250 км ниже Благовещенска). Его протяженность от слияния двух истоков до устья составляет 674 км. Бурея-типичная горная река, летом здесь бывает до восьми наводнений, часто уровень воды поднимается на 10 м. Иногда за один день уровень воды поднимается на 3 м.

Река Архар впадает в Амур в 305 км ниже Благовещенска. Она судоходна в низовьях, и то только для одной лодки. Верхняя часть реки подходит только для рафтинга.

Территория Дальнего Востока простирается в меридиональном направлении вдоль побережья Тихого океана и его морей и охватывает Арктическую, субарктическую и умеренную климатические зоны. Климат Дальнего Востока в целом можно определить как северный вариант муссона. Как зимой, так и летом на этой территории преобладают воздушные массы, которые формируются за ее пределами.

Зима в Амурской области намного холоднее, чем должна быть в соответствии с географической широтой. Например, в городе Уссурийск, расположенном на юге Уссурийской низменности, средняя температура января составляет - 25,8°C. Это на 25° ниже, чем в Ялте, хотя оба города находятся на одной широте. Из-за засушливости зимнего муссона зимой в Амурской области выпадает очень мало осадков. За первое полугодие, с октября по март, в Благовещенске их в среднем всего 8% от годового числа. В зимние месяцы (декабрь, январь, февраль) количество осадков составляет всего 1%, в то время как в три летних месяца (июнь, июль, август) выпадает до 65 % годового количества, т. е. в 60-70 раз больше, чем в остальные месяцы.

Летние температуры в Амурской области вдали от моря в среднем несколько выше, чем в европейской части. Также в Благовещенске в июле на 2°C выше, чем в Киеве, почти так же, как в Оренбурге. Однако в Николаевске-на-Амуре она все еще на 4°C ниже, чем в соответствующих широтах европейской части.

Осадки в Амурскую область приносят летние муссоны, дующие со стороны Охотского, Японского и Желтого морей. Сезон дождей обычно начинается с конца июня-начала июля и длится до конца августа-начала сентября. В это время выпадает до 80% годовых осадков, в основном в виде кратковременных ливней. Поэтому, несмотря на обилие осадков, летом довольно много солнечных дней.

Профессор П. И. Колосков, много лет проработавший в Амурской области, отмечает значительное влияние южных ветров на климат. Отсутствие или ослабление потоков воздушных масс из Желтого моря весной и осенью вызывает заморозки. Те же воздушные потоки, проходящие через Зейско-Буреинскую равнину, возвышенные горные районы и охлаждающиеся там, дают обильные осадки и часто вызывают сильные наводнения.

приамурье племя польцевская культура

Характерной особенностью климата Амурской области является относительно низкий облачный покров и обилие солнечных дней в течение всего года. Если средняя облачность на земном шаре составляет от 50 до 60° с. ш. около 62%, то в Амурской области в тех же пределах она составляет 49 % - по количеству солнечных ясных дней в году Амурская область занимает 3-е место в мире после Крыма и Забайкалья.

Давно известно, что фауна и флора бассейна Амура поражают своеобразным сочетанием форм, имеющих различное биогеографическое значение.

Академик В. Л. Комаров первым объяснил причины такого сближения видов на Дальнем Востоке видов, отличающихся экологией и происхождением. В 1897 году в Трудах Санкт - Петербургского общества естествоиспытателей ученый опубликовал небольшую статью, основанную на его исследованиях, в которой он с достаточной ясностью показал, что наблюдаемая смесь в растительности Дальнего Востока является следствием сочетания четырех флористических регионов: Охотского, Маньчжурского, Сибирского и Даурского. Эта концепция академика В. Я. Комарова, подкрепленная в его работах новыми, более значимыми фактами, определила дальнейшее развитие биогеографии стран Дальнего Востока.

Леса Дальнего Востока в зависимости от генезиса и истории их произрастания делятся на две группы: третичные (реликтовые) и четвертичные. Согласно консенсусу исследователей, к первой группе относятся темнохвойные аянские и маньчжурские широколиственные кедровые леса, в то время как ко второй группе относятся лиственничные, березовые и сосновые леса.

В зависимости от почв, рельефа, высоты над уровнем моря и, самое главное, от климата растительный покров и животный мир Амурской области формировались в чрезвычайно своеобразных и оригинальных сочетаниях. Сухая и холодная зима здесь способствует росту северных форм, а влажное, теплое лето, особенно на юге, открывает простор для южных видов, поэтому существуют северные и южные растения и животные. В этих краях можно увидеть стебель дикого винограда, обвивающийся вокруг ели, а тигр, сибирский соболь и северный олень живут в таком же тесном соседстве, как фазан и рябчик.

Высокие хребты Амурской области покрыты тайгой восточно-сибирского типа с преобладанием лиственницы даурской. Ниже, на склонах гор, находится тайга охотского типа с елово-пихтовыми лесами, кедровым стлаником и каменной березой, характеризующаяся густой древесиной. Часто в горах встречаются и голые "гольцы".

В низменностях и предгорьях, за исключением северных районов, широко распространена тайга маньчжурского типа, богатая ценными породами деревьев, преобладают смешанные леса с большой примесью хвойных деревьев-кедра корейского, темно-зеленой пихты, сосны, ели. Лиственные породы включают вяз, маньчжурский орех, монгольский дуб, желтую и черную березу, липу амурскую, граб и клеи. По берегам рек растут вяз, ива, акация, вяз, ясень, амурский бархат, дающий ценную пробковую кору, тополь, осина и др. Стволы деревьев переплетены лианами: амурская лоза, клематис, актинидия, лимонник. Кустарниковые заросли состоят из жасмина, бересты, крушины, жимолости, орешника, смородины, амурской сирени, калины. Найден в Амурской тайге и "корень жизни" женьшень, известный своими целебными свойствами. Папоротники достигают гигантских размеров.

Животный мир этого региона разделен на три группы в соответствии с его происхождением, развитием и условиями обитания. Представители восточно-сибирской фауны проникли сюда с севера и северо-запада, представители охотско-камчатского мира распространились на большую часть территории с востока, а животные маньчжурского или амурского типа пришли с юга и юго-запада. В то же время люди из разных частей евроазиатского континента живут в непосредственной близости, несмотря на отсутствие семейных связей. Восточно-сибирский лось и охотский северный олень встречаются с Сихотэ-алинским лосем. Сибирский серый тетерев может сидеть на том же дереве, что и тетерев. Северяне-колонок, горностай, рысь, южане-непальская куница, амурская кошка. На территории Охотского представителя бурый медведь, уроженец юга, черный медведь, часто остается надолго. Все эти особенности животного и растительного мира, характерные для Дальнего Востока, всегда привлекали внимание ученых.

Самый богатый и уникальный животный мир кедрово-лиственных лесов. В них обитают многие представители южных видов животных-уроженцы субтропиков и даже тропиков. Среди копытных есть благородный олень (изюбр), кабарга, косуля (дикая коза), кабан. Среди хищных животных амурский тигр, черный (гималайский) медведь, дальневосточная лесная кошка, непальская куница (гарза), колонок, норка, амурский барсук, енотовидная собака (уссурийский енот) и др. обитают в кедрово-лиственных лесах. Красный волк иногда приходит с юга. Вместе с серым волком он наносит большой ущерб популяции копытных.

Самый крупный хищник - амурский тигр, представитель тропической породы, остался в числе немногих реликтовых видов. Вес этого хищника достигает 380 кг. Черный, или гималайский, медведь уступает бурому медведю по размерам, но некоторые его экземпляры достигают 320-400 кг. Питается в основном желудями, орехами и ягодами. Древний человек, по-видимому, в основном охотился на копытных и медведя.

Амурская область очень богата птицей. Наиболее распространенными перелетными птицами являются утки, гуси и журавли. Среди постоянно живущих птиц коммерческое значение имеют глухарь из темного камня, тетерев, рябчик (дикуша) и др. До недавнего времени Амурская область была "страной бесстрашных птиц", и их добыча, особенно во время линьки, не была трудной для человека.

В реках и озерах Амурской области водится много рыбы. По видовому составу рыб Амур уступает только Амазонке, и в реке Амур обитает 100 видов пресноводных рыб.


1.2 Историография племен Приамурья в первом тысячелетии до н. э.

В первом тысячелетии до нашей эры племена, которые расселились на обширных просторах Евразии, претерпели важные социально-экономические изменения, связанные с использованием и широким внедрением железа и распространением продуктивного земледелия: сельского хозяйства и скотоводства. Трудно назвать хотя бы два района, где этот процесс происходил одновременно в совершенно одинаковых формах. У многих народов развитие производительной экономики и использование железных плугов, мечей и доспехов значительно повышает роль племенных и племенных военных организаций, а также возрастает значение племенной знати. В это время киммерийцы, скифы, сарматы и племена Средней Азии начали играть активную роль в политической истории народов Евразии, а чуть позже стали известны гунны, которые под натиском сяньбийцев и других народов Центральной Азии были вынуждены уйти на Запад, где, по сути, начинается второй период в их истории.

До недавнего времени считалось, что народы бескрайних просторов Северной Азии, оставаясь на низкой ступени общественного развития, не принимали активного участия во всех этих событиях. Археологические раскопки последних десятилетий возродили из тысячелетнего забвения историю многих десятков поколений народов Сибири и Дальнего Востока, которые в прошлом сыграли значительную роль в истории Восточной и Северной Азии. В последние годы ни у кого не вызывает сомнений необходимость тщательного изучения железного века и раннего средневековья на Дальнем Востоке. В это время в Амурской области происходят серьезные социально-экономические и политические изменения. Именно железо сыграло решающую роль в развитии как материальной, так и духовной культуры племен южной части Дальнего Востока в первом тысячелетии до нашей эры. Изучение памятников на этой территории позволяет нам четко определить период, "в течение которого все культурные народы переживают свою героическую эпоху-эпоху железного меча и одновременно железного плуга и топора".

Изучение этого периода в истории народов Приморья только начинается, но уже стало ясно, что эти народы не остались в стороне от важнейших исторических событий, произошедших на рубеже тысячелетий в Восточной, Северной и Центральной Азии. Именно на рубеже тысячелетий, в конце первого тысячелетия до нашей эры и в первые века нашей эры, сформировался мощный этнический субстрат, который сыграл огромную роль в политической истории Восточной Азии в начале второго тысячелетия нашей эры. Этому предшествовала почти двухтысячелетняя богатая событиями история племен раннего и развитого железного века в южной части Дальнего Востока. отверстие. На поселениях урильской культуры было найдено относительно немного изделий из железа, так как также было найдено небольшое количество каменных орудий, логично предположить, что большая часть орудий и оружия в то время уже была изготовлена из металла. Дело в том, что металлические инструменты не выбрасывались в случае поломки, а переплавлялись.

Распространению железа в столь раннее время в Восточной и Северной Азии способствовало знакомство племен южной части Дальнего Востока с выплавкой бронзы. В то же время металлургия литья бронзы из-за ее ограниченного распространения не служила препятствием для внедрения железа, как это произошло, например, в Китае и Средней Азии, где железо долгое время считалось второсортным металлом и не получило широкого распространения. Все это способствовало быстрому распространению железа в Приамурье и вытеснению всех других материалов при изготовлении орудий труда и оружия.

Согласно хронологии верхняя граница существования уральской культуры для лечения в VIII-VII В до нашей эры, а нижний, видимый с конца Второй - начала я тысячелетия до нашей эры, следующий этап-Полтавская культуры - определяется способ ratiograstim время 2930±80 лет назад (980±80 гг. до н. э.) и 2340±40 (390±90 г. до н. э.).

В конце II - начале I тысячелетия до н. э. в Приамурье преобладала культура урилов. Становление и развитие этой культуры совпало с началом распространения среди племен южной части Дальнего Востока нового материала для изготовления орудий труда и оружия - железа. Внедрение железа и последующее развитие и усложнение производственной экономики у племен раннего железного века способствовали дальнейшему прогрессивному развитию материальной и духовной культуры.

Культура урилов существовала на территории Приамурья с XII-XI до VIII-VII вв. до н. э. Племена культуры урилов вели оседлый образ жизни по берегам рек и озер. Поселения состояли из двух или трех десятков полуподземных жилищ. С точки зрения архитектуры их можно объединить в общий круг древних дальневосточных жилищ с входом через дымовое отверстие.

Хозяйство племен урильской культуры было сложным с преобладанием производственных отраслей: сельского хозяйства и скотоводства. На Нижнем Амуре рыболовство, по-видимому, продолжало играть значительную роль в экономике, поскольку успешная "рыбалка" во время нереста лосося могла обеспечить продовольствием большую команду в течение длительного времени. Однако даже на Нижнем Амуре племена урильской культуры занимались земледелием и скотоводством. В связи с усложнением их экономики они также претерпевают прогрессивные изменения в социальных отношениях: от материнской семьи с присваивающей экономикой предыдущих эпох они переходят к отцовской семье - с производящей экономикой и многодетными семьями - основой патриархальной племенной общины. Это подтверждается тем фактом, что поселения урильской культуры состояли из больших домов, в которых одновременно проживало несколько семей, и небольших жилищ для одной или двух семей. В более позднее время, в первые века нашей эры, эти изменения проявляются более отчетливо, что в конечном итоге приводит к имущественной дифференциации и формированию классовых отношений.

Формирование урильской культуры происходит на местной основе Источником для вывода о формировании этого самобытного культурного комплекса послужили памятники Приамурья конца III-II тысячелетия до нашей эры. Эта культура была глубоко локальным явлением и явилась результатом внутреннего развития более древних культур. Таким образом, к началу первого тысячелетия до нашей эры в южной части Дальнего Востока формировалась большая этнически единая группа племен, сыгравшая значительную роль в дальнейшей истории племен Приамурья.

С. В. Глинский, Д. Л. Бродянского, Е. И. Деревянко, В. В. Бурилов, Н. Н. Забелина, В. Е. Медведева, Б. С. Сапунов, А. И. Мазин, Т. М. Ковальчук, Л. И. Афанасьева, Е. А. Skorynina, Б. А. Фролов, Л. А. Янович, В. И. Zhalkovsky, н. г. Motychenko, Е. Н. городские большую помощь автору в раскопках раннего железного века памятники. Студенты Благовещенского педагогического института, Новосибирского и Владивостокского университетов, а также школьники из Хабаровска приняли активное участие в раскопках поселений польцевской культуры.

Таким образом, после изучения исторического и географического положения реки Амур становится ясно, что благоприятный климат, разнообразная животный мир, хорошие дороги-все это привлекало древние племена в Приамурье, и благодаря этому в течение длительного времени племена Приамурья развивались и совершенствовали свою материальную культуру.


2. Социально-экономические и политические отношения племен Приамурья в первом тысячелетии до нашей эры.

2.1 Племена культуры Урил

В середине-конце второго тысячелетия до нашей эры племена из Прибайкалья и Забайкалья вошли в Приамурье. Проникновение племен с северо-запада и запада может объяснить появление керамики с круглым дном и некоторых форм каменных орудий, а также изделий, копирующих бронзовые оригиналы. Информация о второй половине второго тысячелетия до н. э. настолько фрагментарна, что до сих пор трудно судить о степени внешнего влияния на формирование культур и этнических общностей того времени.

В памятниках первого тысячелетия до нашей эры отчетливо прослеживаются как элементы, сближающие эти памятники с неолитом Приамурья, так и новые, появление которых довольно сложно объяснить одной лишь конвергенцией.

Новые элементы включают гладкостенную керамику с красным покрытием, некоторые новые формы каменных орудий, широкое использование шлифования и замену отретушированных инструментов полированными.

Новые элементы легли в основу урильской культуры, которая в конце II - начале I тысячелетия до н. э. оказала большое влияние на дальнейший ход исторического развития древних племен Приамурья.

В конце второго и начале первого тысячелетия до нашей эры в Приамурье распространилась культура, получившая свое название от крупного поселения на острове. Урильская область, обследованная А. П. Окладниковым в 1961 году. Культура Урила выделяется на фоне памятников, датируемых вторым тысячелетием до н. э., как единое целое с четко определенными специфическими чертами, носителями которых, предположительно, были племена сушен, известные из китайских хроник. Окончательная хронологическая граница-5 век до нашей эры. В поселениях до сих пор встречаются изделия из камня: вделанные лезвия ножей, ядра, наконечники стрел, проколы и другие орудия. В то же время здесь были найдены предметы из железа и бронзы, а также множество полированных изделий из темного плотного сланца. Керамика урильской культуры украшена резными линейными орнаментами, заклепками и жемчугом. Из резных линий, прочерченных с помощью многозубой деформации, и заклепанных роликов часто составляется орнамент в виде меандра и различных геометрических фигур. Древние жители часто покрывали сосуды красной краской.

Если вопрос о происхождении урильской культуры до сих пор остается дискуссионным, то развитие последующих этапов раннего железного века в Приамурье во многом связано с этой культурой. Это оставило очень заметный след в истории дальневосточных племен на протяжении всего первого тысячелетия до нашей эры.

Урильская культура распространилась почти по всей территории (Средний и Нижний Амур: от Благовещенска до Николаевска-на-Амуре. До сих пор самым западным его памятником считается поселок в селе Михайловка Архаринского района Амурской области, а самым восточным известным-поселок в поселке Максима Горького. Трудно сказать, насколько далеко эта культура уходит на север, но расписная керамика урильского типа известна вдоль реки Зее и на некоторых притоках Амура. Целесообразно начать описание памятников урильской культуры с запада на восток вдоль реки Амур.

Поселок в селе Михайловка. Левый берег реки Амур ниже Благовещенска низкий, с широкой поймой. Лишь изредка здесь поднимаются небольшие холмы. Во время сильных наводнений река Амур часто затопляла пойму, оставляя нетронутыми только самые высокие участки побережья, где поселился древний человек.

Село Михайловка расположено на высоте 8-10 м над уровнем реки, поэтому во время паводков берег здесь не затопляется, хотя вода подходит к основанию террасы и постепенно размывает ее. Почти в центре деревни, на самой возвышенной части террасы, было обнаружено древнее поселение. Значительную его площадь занимали современные здания. В 1961 году была исследована небольшая неосвоенная часть поселения

Терраса, на которой располагалось поселение, сложена у основания слоистыми речными песками. Над ними лежит желтовато-коричневый суглинок и дерн.

Поселение было двухуровневым. Верхний слой был определен как Мохэ, и, возможно, позже. В него входили костяные ромбические наконечники, железные пластины с латыни. Керамика, найденная в этом слое, была типично мохеской, с венчиком, изогнутым наружу. В то же время, по-видимому, есть несколько глубоких ям, которые прорезают более древний слой раннего железного века-слой культуры Урил.

Осмотр участка берега реки показал, что линзовидные углубления жилищ, которые были сильно разрушены мохесанцами, и современные строительные работы могут быть датированы ранним железным веком. Впадины заполнены хорошо перегнойной супесью с углеродистыми включениями. Во время раскопок побережья и частичного вскрытия жилища раннего железного века были найдены отщепы, изделия из камня, грубые конкреции и керамика.

Кости животных (некоторые из них со следами обработки), керамика и чешуйки были найдены в фермерских ямах, принадлежащих культуре Урил. Дно одной хозяйственной ямы выложено речной галькой.

Археологические исследования показали, что древние жители Приамурья сразу же перешли от каменных орудий труда к железным орудиям, заимствованным извне, а затем самостоятельно изготовленным. Урильская культура-самая древняя культура раннего железного века-включает кельтов и Криту. Некоторые из культурных элементов, найденных при раскопках, хранятся в Амурском областном краеведческом музее имени Г. С. Новикого-Даурского. Кончики культуры Урила показаны на рисунке в Приложении B.

Материал, полученный во время раскопок и собранный на поверхности, у подножия террасы, в основном принадлежал культуре Урил. Из фрагментов можно выделить три основных типа сосудов.

Первый тип - сосуды с хорошо сформированным, почти сферическим корпусом, узким дном и горлом, прямым или слегка изогнутым венчиком. Сосуды в большинстве случаев покрыты красной краской и украшены заклепанными вделанными валиками, между которыми иногда проходят ряды заклепанного жемчуга.

Ко второму типу относятся сосуды в виде ваз с четко выраженным венчиком, изогнутым наружу, относительно узким горлом, с удлиненным корпусом, как у амфор, и выделенными плечиками. Сосуды были украшены в основном нарисованными горизонтальными и волнистыми линиями, выполненными зубчатым штампом. В большинстве случаев линии пересекались друг с другом под разными углами, образуя сложные комбинации не заштрихованных прямоугольников, ромбов и треугольников. Среди этого типа орнамента четко прослеживаются элементы меандра, а часто и чистого меандра.

Третий тип, судя по фрагментам, представлен небольшими чашками, такими как чаши, тонкостенными, без украшений.

Керамика из поселка в селе Михайловка хорошего качества, тонкостенная, с плавным обжигом. Фрагменты с ангобом особенно хорошо сделаны.

Среди каменных орудий следует отметить прямоугольные тесла в поперечном сечении, грузила и отретушированные чешуйки. В жилище культуры Урил было обнаружено несколько конкреций, которые при обработке напоминают призматические ядра. От узелков откололись неровные пластинчатые чешуйки. В это время племена Приамурья уже утратили технику откола обычных ножевидных пластин, и вместо тщательной подготовки ядра определенной формы в большинстве случаев использовали узелок, от которого случайным образом откололи хлопья. Некоторые чешуйки, отколотые от таких узелков, ретушированы. Ретушь неравномерна и значительно уступает по качеству неолитической.

Найденные теслы хорошо отшлифованы, и только у одного из них сначала был отбит приклад, а затем отшлифован. Грузила встречались обычного типа, с насечками на двух противоположных концах. В распиленной части одного жилого дома была найдена зерноочистительная машина в форме лодки. Весь инвентарь, собранный на этом поселении, характерен для урильской культуры и ничем не отличается от находок на других поселениях этой культуры.

2.2 Жизнь и хозяйство племен урил

На протяжении всего второго тысячелетия до н. э. в социально-экономической истории дальневосточных племен происходят большие и важные изменения, в первую очередь связанные с переходом основной части населения от присваивающей экономики к производящей. Поступательное развитие сельского хозяйства в Приамурье отмечается уже в неолите, когда часть населения в III тысячелетии до н. э. начинает заниматься сельским хозяйством. Постепенно формы ведения сельского хозяйства становятся все более сложными, и со временем оно становится диверсифицированным. Во втором тысячелетии до нашей эры племена Приамурья занимались земледелием и скотоводством, частично охотой и рыболовством.

До недавнего времени наиболее изученными поселениями на реке Амур были поселения эпохи неолита: новопетровская и нижнеамурская культуры. Обширные исследования памятников раннего железного века в последние годы позволили нам углубить наше понимание планировки древних поселений, их расположения и дизайна жилищ.

Мы имеем наиболее полную картину строительства жилищ II-I тысячелетий до н. э., относящихся к культурам раннего железного века: Урильской, Сидеминской и Польцевской. Чертеж реконструкции жилища урильской культуры представлен в Приложении А.

Поселения племен урильской культуры строились в основном по берегам рек и озер. Все поселения не имели внешних укреплений в виде валов и рвов. На территории Дальнего Востока такие укрепления появляются спорадически в конце II тысячелетия до нашей эры. Например, для защиты поселения на Харинской возвышенности был вырыт неглубокий ров. В целом укрепленные поселения в Приамурье появляются значительно позже.

Дома в поселениях урильской культуры были размещены без какого-либо определенного порядка. На О. Урильское расположение древних жилищ не было выражено никакими внешними признаками. Очистка прибрежной кромки показала, что расстояние между ямами индивидуальных жилищ составляло от двух и более метров, но верхняя часть культурного слоя не прерывалась, а продолжалась от одного жилища к другому. Это можно объяснить интенсивным и длительным использованием межквартирного пространства жителями села, когда формируется достаточно мощный культурный слой, или особым дизайном жилищ.

Так, некоторые исследователи отметили, что у некоторых народов, таких как даяки, дома располагались близко друг к другу, а крыши спускались почти до земли, и концы потолка одного дома соприкасались с потолком следующего дома. При такой планировке после разрушения деревни между жилищами должен был образоваться довольно толстый слой гумуса.

Количество жилищ, составлявших поселение на острове. Однако, судя по большой протяженности культурного слоя, их должно было быть более двух десятков.

Поселение на реке Кочковатка располагалось на самом краю прибрежной террасы. Впадины жилищ были расположены группами. В западной части поселения было обнаружено скопление, включавшее более 20 жилищ. В общей сложности было выявлено более 50 древних впадин. Расстояние между древними домами на этом поселении гораздо значительнее, чем на острове. Урильский район. Существенным отличием этого поселения от всех других урильских культур было то, что отдельные жилища достигали 200м2, в то время как площадь остальных составляла 50-80м2.

В поселении "Газовые баллоны" жилища были небольшими, площадью около 50м2. Они также были беспорядочно расположены вдоль террасы. Общее количество их определить не удалось, поскольку некоторые жилища были разрушены поселением более позднего железного века, а некоторые были засыпаны песком во время наводнений, поэтому не все впадины xможно четко проследить на современной поверхности. Но, судя по площади мыса и расположению обнаруженных жилищ, поселение включало в себя более 20 жилых домов.

Поселок в поселке Максима Горького выглядел относительно небольшим. Здесь на поверхности заметны углубления из 10 жилищ, хотя вполне возможно, что их было больше. Некоторые жилища в более позднее время могли быть засыпаны песком и илом во время сильных наводнений, а некоторые жилища, расположенные на краю побережья, были размыты и разрушены водами Амура.

В целом поселения урильской культуры включали примерно 20-50 жилищ. Для того времени это были настоящие деревни. В поселениях каменного века Амурской области, например, было всего 10-20 жилищ. В раннем железном веке количество людей, живущих на одном месте, значительно увеличилось. Соответственно, в целом площадь населенного пункта резко увеличивается. На реке Кочковатка, например, поселок занимал около 3 га. Аборигены Приамурья в более позднее время - XVII - начало XVIII века. - в основном были отмечены небольшие населенные пункты в 10-20 жилыхдомов. По словам В. Поярков, в среднем течении реки Зеи, в Гогульской волости, был Даурский город двух князей Омутея и Ломбока". у них в этой тюрьме 200 человек, все пахотные и сидящие на скоте люди, и у них будет много хлеба. Ниже устья реки Зеи, как и на Амуре, по данным Е. П. Хабарова, даурское село князя Экоре (Кокорея) располагалось в 24 юртах. Вдоль среднего течения Амура до Малого Хингана Е. П. Хабаровск встретил около 120 даурских поселений, состоящих из 10 домов каждое. Начиная от устья реки Сунгари, вниз по Амуру, поселились дучеры, которые жили относительно в больших селах. В устье реки Сунгари Е. П. Хабаров увидел "2 улуса великих, а в тех улусах юрты 660 и более".

Таким образом, только некоторые даурские и дюшерские города в X-VII веках превосходили численностью население крупного поселения урильской культуры.

Большие размеры поселений, относящихся к раннему железному веку, отмечены и в других регионах Дальнего Востока. Такая большая площадь поселений раннего железного века объясняется длительным пребыванием древних племен на одном месте и большим количеством жителей деревни, что стало возможным при интенсивном производительном хозяйстве.

Конечно, размеры поселений зависели от рельефа местности, специфики хозяйственной жизни и продолжительности их существования. Но независимо от этих факторов, расширение деревни имеет свои пределы. Интересные наблюдения о различиях в численности населения деревень в Новой Гвинее приводит Н. А. Бутинов. "Когда количество жителей значительно увеличивается, возникает нехватка хорошей земли для огородов, и некоторым жителям приходится разбивать свои огороды далеко от деревни. Постепенно они перебираются поближе к огородам, сначала для временного проживания, а затем и для постоянного проживания. Так что есть новая деревня, сначала маленькая, но потом она начинает расти". Вполне можно предположить, что различия в размерах поселений культуры Урила обусловлены теми же причинами, что и у папуасов Новой Гвинеи: наличием достаточного количества пригодной для обработки земли вблизи деревни.

Если некоторые поселения культуры Урилов отличались друг от друга размерами и планировкой, то дома, входящие в эти поселения, имели много общего в архитектуре. По конструкции и размерам дома культуры урилов несколько отличались от неолитических жилищ Приамурья.

Во время раскопок поселений на острове. Урильскому удалось зафиксировать четкие архитектурные традиции, характерные для древних строителей: яма прямоугольного жилища со слегка закругленными углами, глубиной около полуметра, была вырыта в легком плотном суглинке (во время разрушения древних жилищ ямы постепенно затоплялись, поэтому при раскопках не всегда удавалось определить точные очертания стен и углов). Площадь жилища достигла почти 200м2. Для жилых комплексов на острове. Урильский характеризуется обилием больших хозяйственных ям, вокруг которых было сосредоточено основное количество находок. В заполнении ям были найдены кости животных, керамика, а иногда линзы очага-свидетельство того, что в этих ямах был разведен костер и приготовлена пища. Обилие находок вокруг ям и в их заполнении позволяет предположить, что значительная часть хозяйственной деятельности обитателей жилища была связана с ними.

Далее было обнаружено, что отверстия от столбов внутри жилища располагались у стен ямы и вдоль длинной оси дома, т. е. как бы разделяли жилище на две неравные половины. Еще два ряда отверстий для столбов пересекали жилище. Таким образом, жилище было разделено на шесть частей-комнат. В каждой комнате была подсобная яма с остатками кострища. Такая планировка, когда большое жилище разделено на несколько изолированных комнат, в которых могли бы жить отдельные семьи , является важным свидетельством определенных социальных отношений, сложившихся среди племен культуры урилов.

Для реконструкции архитектуры дома Урильских также представляли интерес отверстия от колонн, найденных за пределами ямы жилища. Эти ямы располагались вдоль стен, на небольшом расстоянии от них и, по-видимому, вместе с внутренними ямами от колонн образовывали единое целое. Колонны внешнего ряда служили основой стен жилища. На верхних концах, очевидно, лежало горизонтальное наружное переплетение. Внутри жилища большинство столбов служили каркасом для перегородок, а некоторые служили основанием для внутренних переплетов. Все это говорит о том, что крыша была четырехскатной. Верхние концы полов были прикреплены к внутренней сбруе, а нижние-к наружной. Крыша могла провалиться под стены, захватив часть межпоселенческого пространства, в результате чего во время раскопок не произошло разрыва культурного слоя на уровне древней поверхности.

Стены жилища и внутренние перегородки, по-видимому, были построены с помощью веток и сучьев, которые вплетенный столбы. Судя по столбам, расположенным за ямой жилища, стены были двойными, но также возможно, что пустотелая часть их была засыпана землей или другим материалом для утепления жилища. Изображение жилища приведено в приложении A.

Раскопки на реке Кочковатке выявили жилища различных размеров. Более крупные из них были ближе по площади к зданиям культуры Урил. Все жилища этого поселения характеризуются обилием ям, среди которых трудно выделить хозяйственные и структурные.

Яма первого жилища, очевидно, в древности имела прямоугольную форму, и только позже углы и стены дома были несколько уплощены - сейчас план ямы более близок к овалу.

Почти в центре второго жилища было обнаружено прямоугольное углубление больших размеров, в котором находился центральный очаг. По краям жилища также были найдены небольшие пепельницы и прокаленные пятна-остатки небольших очагов, которые, по всей вероятности, обогревали дом в холодное время года. Архитектура больших жилищ на реке Кочковатка не просматривается отчетливо, но, по-видимому, она почти не отличалась от обычной традиционной архитектуры жилищ древних племен Дальнего Востока. Об этом, в частности, свидетельствуют раскопки третьего жилища в этом поселении.

На полу жилища № 3 четко прослеживались отверстия от столбов, которые шли вдоль стен ямы по периметру и в центре в форме прямоугольника. Эти опоры легли в основу строительства жилого дома. Очаг в жилище слегка сместился в северный угол, и на полу жилища было обнаружено несколько небольших пятен прокаленного песка-остатки временных очагов.

Жилища поселения раннего железного века в селе Максим Горький также не отличались по архитектуре от жилищ поселений урильской культуры. Только некоторые из них имели еще одно углубление в яме, прямоугольное в плане, в результате чего у стен жилища остались выступы-нары шириной от 1 до 1,5 м.

Таким образом, все рассмотренные жилища урильской культуры можно разделить на две основные группы: с коридорной системой и с единой планировкой внутри дома.

Самый ранний период, вероятно, включает в себя жилища с системой коридоров. С точки зрения строительства они мало чем отличались от жилищ предыдущих этапов каменного века. Если не принимать во внимание перегородки, то по краям ямы и в центре ее, судя по отверстиям, стояли столбы, поддерживающие крышу. Столбы, которые располагались внутри жилища и служили опорой для перегородок, были установлены, скорее всего, после строительства дома и не были основными в дизайне.

Во время раскопок в деревне. Киров А. П. Окладников первым отметил, что в жилище было несколько очагов, вокруг которых стояли одинаковые скопления вещей: сосуды, зернотерки, колокольчики. Это, по-видимому, указывает на то, что несколько семей, объединенных определенными родственными отношениями, жили под одной крышей.

На О. Урильский большой дом уже был разделен перегородками на несколько комнат, в каждой из которых, предположительно, жила одна семья.

В Приамурье в раннем железном веке архитектура жилищ продолжала оставаться прежней. Только гораздо более прочными были стены и низкие крыши такого дома. Жилища поселений раннего железного века отличались от более древних своими большими размерами. Так, в южных регионах Восточной Азии - в Китае развивается наземное строительство жилья, в более северных регионах Амурской области - полуподпольное.

Материалы по планированию поселений и жилищ раннего железного века позволяют сделать определенные выводы об уровне и состоянии развития общества в то время. Некоторые представления об общественных отношениях древних народов можно получить на основе раскопок и фактов, которые можно использовать для установления аналогий с социальными институтами племен и народов, которые имелиXVIIсхожий уровень развития материальной культуры в последнее время (XVII-XIX вв.).

2.3 Развитие социальных отношений между племенами культуры урил в первом тысячелетии до нашей эры.

Говоря о развитии социальных отношений между племенами Приамурья во II-I тысячелетии до н. э., следует отметить, что у нас все еще имеется скудный объем материалов, на основе которых можно было бы изучить ход развития этого процесса на данной территории. Одним из важнейших свидетельств динамики развития общественных отношений у древних племен Приамурья стало изменение внутренней планировки жилищ и их размеров во II-I тысячелетии до н. э.

В эпоху неолита площадь жилищ не превышала 30-60м2. К концу II - началу I тысячелетия до н. э. площадь жилища у племен южной части Дальнего Востока увеличивается-с 14 до 150-200м2. В одном таком доме стали жить пять или шесть семей. В дальнейшем, в связи с разделением отдельных семей и выделением их в самостоятельную хозяйственную единицу, размер жилья снова уменьшается.

Можно предположить, что развитие общественных отношений среди племен Приамурья во II-I тысячелетиях до н. э. шло в том же направлении, что и среди земледельцев Средней Азии: от материнской семьи с присваивающим хозяйством к отцовской семье с производящим хозяйством и многодетными семьями - основой патриархальной племенной общности.

Конечно, эта схема нуждается в дальнейшем фактическом подтверждении, но уже сейчас можно констатировать, что отдельные поселения II-I тысячелетий до н. э. состояли из больших домов, в которых одновременно проживало несколько семей, и небольших по размеру жилищ для одной или двух семей. На более поздней стадии раннего железного века-культуры польцев-и в более позднее время среди племен мохе снова появляется небольшой дом, в котором, по-видимому, жила одна патриархальная семья.

Можно предположить, что развитие социальных отношений между племенами заключительного этапа раннего железного века в Приамурье происходило в процессе имущественной дифференциации, т. е. в каждом селе были старейшины, а позже появились племенные вожди.

Конечно, в раннем железном веке разные племена Приамурья стояли на разных стадиях развития общественных отношений, что во многом определялось экономическими предпосылками. Так, если у земледельцев южной части Амурской области этот процесс шел довольно быстро, то у охотников тайги он шел несколько медленно.

Древние племена имели сложное многоотраслевое хозяйство: они занимались сельским хозяйством, скотоводством, рыболовством и охотой. В железном веке начали развиваться торговые отношения между амурскими племенами и племенами соседних территорий, в том числе Китая. Торговля способствовала концентрации больших сумм богатства в руках отдельных семей, что в конечном счете привело к имущественному неравенству. Формирование многоотраслевой экономики в Приамурье началось еще в неолите, но только во второй половине второго тысячелетия до н. э. Производящее хозяйство начинает занимать здесь лидирующие позиции. В раннем железном веке племена в Приамурье продолжали заниматься охотой и рыболовством, но эти виды хозяйств уже имели второстепенное значение по сравнению с сельским хозяйством, особенно в районах, благоприятных для выращивания зерна (к таким районам относится в первую очередь бассейн Среднего Амура с плодородными землями, так называемые "амурские черноземы"). В северных таежных районах Приамурья охота и рыбалка продолжилась, судя по всему, играть в экономике значительную, если не основную, роль, хотя, согласно выводам Пестов и куранты, в конце I века до н. э. - I веке н. э. Также происходит распространение сельского хозяйства, которая осталась в нижнем течении реки Зея до XVII века

В культурах раннего железного века роль охоты, рыболовства, сельского хозяйства и скотоводства в экономике, вероятно, также варьировалась. Среди племен урильской культуры преобладало производительное хозяйство, а охота и рыболовство были уже второстепенными, хотя в некоторых районах Амурской области эти виды хозяйств служили основными источниками продовольствия. О том, что жители поселений раннего железного века занимались охотой, свидетельствуют кости таких диких животных, как изюбр, косуля и олень, обнаруженные при раскопках поселения на острове. Урильский район. Наконечники стрел, найденные в поселениях раннего железного века, также указывают на охоту как на один из источников мясной пищи.

Роль рыболовства в хозяйстве племен урильской культуры, поселившихся на Среднем и Нижнем Амуре, была неодинаковой. На Нижнем Амуре, где происходило массовое перемещение лосося во время нереста из моря в реки, рыболовство, как вид, имело большое значение в хозяйстве племен раннего железного века, рыбу ловили в основном сетями, как и в предыдущее время - в неолите. (На одном судне из поселения Польце были найдены отпечатки пальцев из сети. Судя по отпечаткам, его ширина составляла 3-4 см. Он был соткан из тонких нитей. Отпечатки нитей и узелков свидетельствуют о том, что это была идеальная и надежная рыболовная снасть. По остаткам обугленных нитей, найденных в четвертом жилище на поселении Польце, можно судить о высокой технике ткачества в раннем железном веке у племен Приамурья. На поселениях урильской культуры были найдены глиняные гири-прялки для ткацких станков. Если в каменном веке сети ткали в основном из крапивы, то в раннем железном веке уже появляются нити, которые, по всей вероятности, были сделаны из конопли. Размеры сетей варьировались у разных племен культуры урил. Об этом свидетельствуют данные, найденные во время раскопок на острове. Урильские грузила различных размеров от мелкой гальки с насечками на противоположных концах до массивных, весом в несколько килограммов, овальных в плане камней с опушками, отполированных по всему диаметру в наиболее вытянутой части. Такие грузила крепились к большим сетям-ставням или неводам. Ловля сетями, особенно во время нереста, была, безусловно, очень эффективной. В дополнение к сетям племена культуры урил использовали копья, гарпуны, крючковые снасти, делали всевозможные заколки для волос и т. Д. для рыбалки.

Рыболовство, как и охота, продолжало играть значительную роль в экономике в раннем железном веке, но, несмотря на это, присваивающее хозяйство древних племен Приамурья во II-I тысячелетиях до н. э. постепенно теряет свое значение и на первый план выходит сельское хозяйство, затем скотоводство.

Ж. В. Андреева писала о земледельческом хозяйстве племен раннего железного века, которые при раскопках интереснейших памятников на юге Приморья обнаружили не только сельскохозяйственные орудия, но и зерна проса.

Проблема возникновения сельского хозяйства на юге Советского Дальнего Востока наиболее полно описана в работах А. П. Окладникова и Д. Л. Вродянского, которые выдвинули гипотезу о существовании дальневосточного очага сельского хозяйства.

Для возникновения сельского хозяйства, как и производительной экономики в целом, в первую очередь необходим определенный набор природных условий и соответствующий уровень материальной культуры у племен, населяющих определенную территорию. Комплекс природных условий включает в себя такие факторы, как благоприятные климатические условия для ведения сельского хозяйства, наличие дикорастущих злаков - важной основы для появления культурных растений-и, наконец, активный сбор злаков в пищу, что в конечном итоге может привести к попыткам искусственного воспроизводства этих злаков, т. е. сельского хозяйства.

Идея о том, что происхождение культурных растений напрямую связано с возникновением сельского хозяйства, уже давно волнует ученых различных специальностей. Не случайно проблема происхождения и развития культурных растений разрабатывалась крупнейшими советскими учеными-селекционерами и генетиками Н. И. Вавиловым, В. Л. Комаровым, М. П. Жуковским, Е. Н.Синской и другими. По мнению Н. И. Вавилова, " для возникновения большого очага исторического развития культурной флоры необходимы два условия:

1) богатство местной флоры растениями, пригодными для введения в культуру, и 2)наличие древней сельскохозяйственной цивилизации" 8.

Во втором тысячелетии до нашей эры в Приморье и, возможно, в Приамурье развивалось пахотное или пахотное земледелие, которое было, конечно, очень эффективным. Пахотное земледелие позволило эксплуатировать один и тот же участок земли в течение более длительного9периода времени 9.9

Пахотное земледелие требовало тягового усилия. Народы Приамурья в XVII веке использовали для этой цели лошадей и быков. Земледелие способствовало развитию скотоводства. В третьем тысячелетии до нашей эры первые домашние животные появились у племен южной части Дальнего Востока. Племена Приамурья первыми одомашнили свинью и собаку. До сих пор трудно сказать о времени появления крупного рогатого скота и лошадей, но в конце II - начале I тысячелетия до н. э. скотоводство уже стало основным источником мясной пищи.

Скотоводство как отрасль хозяйства зародилось в Амурской области и Приморье, скорее всего, в середине-конце II тысячелетия до н. э. На древнем поселении на Песчаном полуострове близ Владивостока более 87% найденных костей принадлежали домашним животным: свиньям-более 51 %, собакам-более 35 %, коровам-около 1 %. Были также кости диких животных, в основном изюма, косули и лося . Судя по процентному содержанию костей диких и домашних животных, охота как источник мясного питания населения уже утратила свои лидирующие позиции.

В Амурской области фаунистические останки лошади известны в памятниках урильской культуры. Вполне возможно, что лошадь появилась у племен Дальнего Востока во II тысячелетии до н. э. и находки лемехов на Харинском рисовом поле уже были связаны с использованием лошади в качестве тягловой силы.

Таким образом, во втором-первом тысячелетии до н. э. в Приамурье сложился комплекс культур с многоотраслевой экономикой, где большую роль играли сельское хозяйство и скотоводство. Это предопределило дальнейшее развитие не только материальной культуры, но иобщественных отношений. Развитию экономики способствовало использование племенами урильской культуры изделий из железа.


3. История племен польской культуры

3.1 Племена польской культуры

Древние поселения, датируемые второй половиной первого тысячелетия до н. э., в настоящее время включены в польцевскую культуру благодаря работе А. П. Окладникова во время поездки на Амур в 1935 году.

Он продолжил свои исследования памятников польской культуры в 1959 году. В районе Хабаровска недалеко от санатория "Амур", где были раскопаны остатки поселения раннего железного века.

Племена раннего железного века были широко распространены в южной части Дальнего Востока в это время, скорее всего, в начале 1-го тысячелетия нашей эры.Их сменили племена мохэ, которые создали первые государственные объединения бохай и Цзинь. Все памятники, обнаруженные в то время, были разделены А. П. Окладниковым на три группы. К последним он относил поселения, которые позже были определены как поселения польской культуры. А. П. Окладников выделил наиболее характерные черты этих памятников. Прежде всего, это " большие сосуды с тканевыми принтами, инкрустированные лепными валиками, сосуды-вазы с узким горлом и чрезвычайно широким чашеобразным вогнутым венчиком; венчик украшен зубцами и конусами, расположенными попарно, и лепными параллельными валиками на горлышке. Изделия из камня встречаются редко: то симметрично заточенные клинья, то редко-скребки. Наконечники стрел и шила из кости. Украшения - глиняные кольца, браслеты, подвески из ракушек, бивни кабана с отверстиями. Фауна-свинья (дикая?), собака. Много рыбьих костей, скопления раковин. В одном из населенных пунктов (Малмыж) в очаге были обнаружены следы выплавки меди. В поселении под Хабаровском были найдены захоронения с оборудованием, полностью похожим на оборудование землянки (керамика, наконечники стрел из кости)".

А. П. Окладникову удалось обнаружить остатки нескольких жилищ польцевской культуры и получить уникальный материал. Глиняные модели лодки, люльки и щитка для большого пальца, обнаруженные во время раскопок, были рассмотрены А. П. Окладниковым "как самое раннее свидетельство присутствия тунгусо-маньчжурского комплекса на реках Амур и Уссури, еще в первом тысячелетии до нашей эры (около IV-III вв. до н. э.)". В 1959 году А. П. Окладников обнаружил несколько поселений польцевской культуры в Еврейской автономной области: в селах Найфельд, Кукелево и других. Общий вид места раскопок в Приложении G.

В 1960 году при раскопках мезолитической стоянки близ с. А. П. Окладников и В. Е. Ларичев обнаружили часть поселения польцевской культуры близ города Хабаровска, которая перекрыла стоянку и частично разрушила ее. В 1962 году под руководством А. П. Окладникова и Н.Н. Забелиной были проведены раскопки поселения Урильской культуры в деревне Кукелево недалеко от старой АЗС "Бензобаки". Там же находилось поселение польцевской культуры, которое специально не раскопывалось, но во время расчистки прибрежной кромки были обнаружены впадины нескольких жилищ, которые прорезали жилища урильской культуры и относились к следующему этапу раннего железного века. В то же время один из жителей села Кукелево сообщил А. П. Окладникову, что в 5 км от села в местности, известной местными жителями как Польце, в редком дубово-березовом лесу есть глубокие ямы. А. П. Окладников и группа сотрудников" и " Н.Н. Забелина, Б. С., Сапунов, Л. И. Казовчинский и А. П. Деревянко обследовали это место и обнаружили здесь древнее поселение. В одной из впадин была заложена разведочная яма. Уже на глубине 30 см. На современной поверхности были обнаружены фрагменты керамики и остатки обугленных конструкций, а еще глубже лежали на боку и были целые сосуды. В связи с тем, что полевой сезон уже закончился, было принято решение продолжить раскопки этого поселения в следующем году. С 1963 года на поселении Польце в течение нескольких лет велись раскопки под руководством А. П. Окладникова и А. П. Деревянко, которые позволили раскрыть значительную часть поселения. Она дала свое название культуре последнего этапа раннего железного века. В 1967 году раскопки были проведены также на другом поселении - Полец II, расположенном в 250 м от первого. В этом поселении было открыто одно жилище и получены материалы, относящиеся к польской культуре. В 2 км от поселения Польце I на берегу Рыбного озера в 1967 году было обнаружено несколько десятков западин - остатки древних жилищ урильской и польской культур. Позже здесь было открыто одно жилище польской культуры. Во время стационарных раскопок на поселении Польце I были проведены поисковые маршруты в поисках памятников старины в западных районах Хабаровского края (до с. Екатерино-Никольское), восточных районах вдоль реки Бира и в других местах. В ходе обследования левого берега реки Амур и нескольких впадающих в нее малых рек в Еврейской автономной области было обнаружено более 40 поселений польской культуры. Десять из них располагались в районе деревни Кукелево, на одном, расположенном на правом берегу реки Кочковатка и обозначенном как Кочковатка II, были открыты два жилых дома.

На реке Бир, недалеко от деревни Желтый Яр, было обнаружено крупное поселение польцевской культуры. Материал, полученный при раскопках этого поселения, важен для генетической связи польцевской культуры с более ранней урильской культурой. Большое количество поселений польцевской культуры располагалось на территории от Хабаровска до Николаевска-на-Амуре. Всего на Нижнем Амуре было обнаружено более 50 поселений польцевской культуры. Поселения этой культуры в бассейне Амура также были открыты Е. И. Тимофеевым, который одно время работал преподавателем в Хабаровском педагогическом институте. Он осмотрел, в частности, участок реки Амур от Хабаровска на север. Екатерино-Никольское и ниже Хабаровска на Амуре.

Таким образом, в настоящее время известно около 100 поселений, относящихся к польской культуре. Это, конечно,лишь малая часть, и последующие исследования значительно увеличат количество польских памятников. К сожалению, на сегодняшний день в Амурской области не найдено захоронений поляков, что значительно обедняет наше представление об их материальной и духовной культуре.

В Амурской области имеется большое количество памятников раннего железного века, относящихся к польской культуре и датируемых второй половиной первого тысячелетия до н. э. Эти памятники представлены поселениями с разным количеством жилищ и в основном сосредоточены в бассейне Среднего и Нижнего Амура в пределах Хабаровского края. В целом поселения польской культуры тяготели к равнинным местам, расположенным по берегам рек, озер и старых деревьев, где были благоприятные условия для ведения сельского хозяйства, скотоводства и рыболовства. С древних времен Амурская область была районом, где селились ихтиофаги. Несмотря на довольно развитую производительную экономику в раннем железном веке, рыболовство у амурских племен играло значительную роль в более поздние времена.

3.2 Жизнь и хозяйство польских племен

Одним из наиболее изученных поселений раннего железного века в Амурской области является поселениеПольце. Древнее поселение расположено на невысокой 3-4-метровой террасе, плавно спускающейся к Амурскому протоку, который очень заболочен. Впадины были расположены в большом скоплении на небольшом расстоянии друг от друга.

Раскопки на этом поселении продолжались в 1963-1964 и 1966-1967 гг. Было обнаружено 10 крупнейших впадин, которые оказались остатками полуподземных жилищ.

В более позднее время - в польской культуре - дома также были полуподземными и сохранили те же конструктивные особенности, что и урильские. В поселении в районе Польце отличалось только первое жилище. Его останки представляли собой глубокую яму, утопленную в рыхлых песчаных отложениях на глубину от 1 до 1,2 м. Судя по форме ямы, жилище было прямоугольным, почти квадратным по очертаниям, со стенами, ориентированными строго по сторонам света. Ширина ямы на обочинах составляла 6 м, длина 7 м, т. е. площадь жилища в целом достигала 42м2. Пол в жилище был плоским, слегка наклоненным к центру. Вдоль восточной стены, в 30 см от нее, но на полу, была прослежена полоса плотной глинистой массы шириной более 1 м и толщиной 5-6 см. Такие же пятна глины наблюдались и в других местах жилища. Очевидно, что это напольное покрытие, которое частично сохранилось, с пятнами.

Выступы стен в первом жилище были крутыми, почти вертикальными. Вдоль всех стен на полу была темная полоса шириной 20-30 см. Первоначально предполагалось, что на этом месте будут обнаружены отверстия от столбов, как это наблюдалось при раскопках других жилищ более раннего времени и более поздних, Мохэ, построек. Однако это предположение не оправдалось. Расчистка темной полосы показала, что она соответствовала углублению, которое в виде неглубокой канавки с неровным дном окаймляло стены жилища со всех сторон. Глубина канавки варьировалась от 20 до 30 см.

Интересно, что в середине северной стены, рядом с пазом снаружи, был небольшой выступ, возможно, от колонны, которая поддерживала стену. Такие выступы были отмечены в западном и восточном углах жилища и на внутренней стороне канавки. В середине восточной стены наблюдалась более широкая выпуклость. Внутри жилища было обнаружено 10 небольших отверстий. Самые большие из них располагались в центре ямы жилища. Их диаметр достигал почти 20 см, глубина-20-25 см от поверхности пола. Эти ямы могли остаться от столбов, на которых покоилось покрытие крыши всего сооружения.

Отсутствие в этом жилище отверстий от столбов у стен ямы сначала навело на мысль, что дом был срублен. Но позже было установлено, что все остальные жилые сооружения поселения имели обычную для древних жилищ Приамурья планировку: в центре и у стен котлована находились столбы, которые и легли в основу такого дома.

Для изучения архитектуры древних жилых сооружений Амурской области и, в частности, жилищ раннего железного века большое значение имели раскопки жилища № 5 на поселении Польце, в 4 км от села Кукелево. Во время раскопок в заполнении и на полу этого жилища было обнаружено несколько скоплений обугленных конструкций, которые позволяют судить о его архитектуре.

Стены ямы в жилище № 5 были крутыми, соединялись полом почти под прямым углом, только восточная стена в северной части имела пологий склон. Вдоль края пола у стен жилища остались вертикально расположенные обугленные столбы. Они были соединены горизонтально расположенными закругленными столбами и блоками, которые служили покрытием стен ямы. В некоторых местах стены жилища сохранились на 1,5-2 м, так что можно реконструировать дом раннего железного века. Жилище польцевского типа, вероятно, было построено следующим образом. Сначала была вырыта яма глубиной до 1 м, а затем установлены столбы, поддерживающие перекрытия. К столбам, расположенным у стен ямы, снаружи были прикреплены блоки, расположенные горизонтально. В каждом жилище были установлены койки. На нары указывают не только остатки сгоревших сооружений, но и скопления сосудов, которые располагались в основном у стен ямы. Также очень важно, что под скоплениями судов часто находились обгоревшие блоки - остатки коек, на которых стояли эти суда. При строительстве дома использовались колонны диаметром 5-20 см. Ширина и толщина строительных лесов, используемых при строительстве жилища, очевидно, были разными. Отдельные строительные леса, судя по сгоревшим конструкциям, достигали ширины 22 см, а толщины 4 см. Их реальные размеры Отсутствие отверстий в этом жилище от столбов у стен ямы сначала навело на мысль, что дом был срублен. Но позже было установлено, что все остальные жилые сооружения поселения имели обычную для древних жилищ Приамурья планировку: в центре и у стен котлована находились столбы, которые и легли в основу такого дома.

Для изучения архитектуры древних жилых сооружений Амурской области и, в частности, жилищ раннего железного века большое значение имели раскопки жилища № 5 на поселении Польце, в 4 км от села Кукелево. Во время раскопок в заполнении и на полу этого жилища было обнаружено несколько скоплений обугленных конструкций, которые позволяют судить о его архитектуре.

Стены ямы в жилище № 5 были крутыми, соединялись полом почти под прямым углом, только восточная стена в северной части имела пологий склон. Вдоль края пола у стен жилища остались вертикально расположенные обугленные столбы. Они были соединены горизонтально расположенными закругленными столбами и блоками, которые служили покрытием стен ямы. В некоторых местах стены жилища сохранились на 1,5-2 м, так что можно реконструировать дом раннего железного века. Жилище польцевского типа, вероятно, было построено следующим образом. Сначала была вырыта яма глубиной до 1 м, а затем установлены столбы, поддерживающие перекрытия. К столбам, расположенным у стен ямы, снаружи были прикреплены блоки, расположенные горизонтально. В каждом жилище были установлены койки. На нары указывают не только остатки сгоревших сооружений, но и скопления сосудов, которые располагались в основном у стен ямы. Также очень важно, что под скоплениями судов часто находились обгоревшие блоки - остатки коек, на которых стояли эти суда. При строительстве дома использовались колонны диаметром 5-20 см. Ширина и толщина строительных лесов, используемых при строительстве жилища, очевидно, были разными. Отдельные строительные леса, судя по сгоревшим конструкциям, достигали ширины 22 см, а толщины 4 см. Их фактический размер также указывает на то, что сосуды располагались в основном вдоль стен. Большие сосуды неправильной формы, вероятно, использовались для хранения зерна и других продуктов. Лампы можно отнести к особой группе сосудов. По технологии изготовления керамики можно сказать, что все изделия изготавливаются без использования гончарного круга.

Орудия, связанные с сельским хозяйством, в поселениях польцевской культуры представлены мотыгами, пестиками и зернотерками. Основными орудиями, использовавшимися для обработки почвы, по-видимому, были мотыги. Их можно разделить на три группы.

Мотыги первого типа были изготовлены из кремнистого темно-серого сланца. Мотыги второго типа изготавливаются из слюдяного сланца, реже из других более плотных пород камня. Они намного легче и меньше, чем пистолеты первого типа, и имеют более характерную форму "мотыги" (ободок уже лезвия).

Мотыги третьего типа были сделаны из плотных и мелкозернистых каменных пород и имели в плане форму скрипки. К сельскохозяйственным орудиям следует частично отнести и железные кельты, в плане прямоугольные, в поперечном сечении клиновидные, и со слегка изогнутым рабочим лезвием.

Вопрос об орудиях жатвы племен польцевской культуры остается до конца неясным. В прежние времена племена культуры Урил использовали для этой цели ножи из полированного сланца, которые широко используются в культурах Восточной и Юго-Восточной Азии.

Небольшое количество найденных продуктов жатвы из сланца, судя по значительному количеству зерна, найденного в жилищах поселения Польце I, что указывает на большое значение сельского хозяйства в экономике, не могло обеспечить польский народ сбором урожая.

Наиболее вероятными орудиями жатвы польского народа были железные ножи с прямыми лезвиями, в отличие от серпов. Следует иметь в виду, что первые металлические жатвенные серпы были не очень похожи на более поздние изделия: их лезвие было либо прямым, либо овальным. Изогнутое лезвие жатвенных орудий появляется относительно позже.

Очень значительную группу сельскохозяйственных орудий, используемых для обработки зерна, составляют пестики, изготовленные из речной гальки, кремнистых и базальтовых пород камня. Пестики польской культуры были просты в обработке и общем виде. Другая группа инструментов для натирания представлена колокольчиками типичной ладьевидной формы.

На поселениях польцевской культуры были найдены фрагменты зерновых мельниц, которые были сделаны из плотного мелкозернистого песчаника. В жилищах поселения Польче I были найдены три ступы. Два из них сделаны из массивных кусков мелкозернистого гранита. Ступы можно было использовать для измельчения зерна.

В ряде жилищ на поселении Польце I и на некоторых других поселениях польской культуры были найдены каменные кольца-диски, которые по внешнему виду напоминают гири для копания палок или деревянных лопат. Бытовые инструменты показаны на рисунке 3 в Приложении D.

Наиболее часто используемыми орудиями лова среди племен польской культуры были железные рыболовные крючки.

В поселении Польце I впервые были обнаружены крюки из железа. Они кованые, часто с небольшим выступом-бородкой у жала. В поперечном сечении эти крючки бывают овальными, круглыми и квадратными. Конец, предназначенный для крепления к леске, уплощен и изогнут в виде петли, другой изогнут и заострен. На некоторых крючках последний заканчивается острым шипом. Длина крючков варьируется от 3 до 15 см. Размер крючков указывает на то, что они предназначались в основном для крупной рыбы. Возможно, что крючки длиной до 15 см, изготовленные из массивных железных пластин, также использовались в качестве крючков при вытаскивании особо крупной рыбы из сетей или штырей. Среди рубящих инструментов, используемых польским народом, тесла и топоры были наиболее распространенными.

Широкое использование металлических инструментов мастерами польцевской культуры свидетельствует о больших потенциальных возможностях обработки ими древесины. Это наиболее ярко проявилось при строительстве домов, а также при изготовлении предметов домашнего обихода. В поселении Польце Iбыли найдены остатки трех деревянных сосудов и лопатки.

Польские мастера уже освоили технику шлифования и распиливания. Широкий спектр инструментов и оружия был изготовлен с использованием абразивного оборудования. На поселениях польцевской культуры было найдено большое количество предметов, относящихся к защитному оружию - панцирю. Чешуя панциря была сделана из железа и кости.

Также различные украшения были найдены на поселениях польцевской культуры. Наиболее многочисленными среди них являются бусины из камня, кости, глины и дерева. Особое место занимают украшения из колец из белого нефрита с прожилками или глины.

Из предметов искусства был найден только один фрагмент глиняной скульптуры. У него все еще удлиненная голова с глазами и едва очерченным ртом. По-видимому, это изображение рыбы. В Амурском санаторно - курортном поселке было найдено несколько необычных предметов из глины, гарда для стрельбы из лука, лодка из бересты и детская колыбель.

На поселках Польцево не было найдено никакой одежды. В поселениях Польце были найдены только остатки грубой ткани и нитей I.Предметы, относящиеся к одежде, включают пуговицы, найденные при раскопках, изготовленные из камня в форме яшмы, одна выпуклая пуговица из бронзы была найдена в поселке Амурский санаторий. Также в состав элементов одежды могут входить пряжки.

Благодаря найденным продуктам становится ясно, что польские племена, очевидно, носили одежду из ткани, и шкуры животных также широко использовались ими. При изготовлении одежды и обуви в основном использовались шила, проколы, иглы из кости и железа. Квадратные шила были выкованы из железа, имели острый наконечник и были круглыми в поперечном сечении. Только острия проколов костей были тщательно отшлифованы песком. Костяные шила изготавливались из трубчатых костей или небольших цельных костей. Иглы были намного тоньше, чем шила. Они были сделаны из небольших костяных заготовок. Вся их поверхность была тщательно отшлифована песком. На одном конце иглы было сделано круглое или продольное отверстие для продевания нити.

Во всех поселениях польцевской культуры присутствовали изделия из камня, в основном полированные, но также были найдены отретушированные орудия. С точки зрения совершенства отделки изделия двусторонней обработки значительно уступают неолитическим. В раннем железном веке техника ретуши в значительной степени устарела, и изделия из камня перестают играть значительную роль.

Из инструментов, изготовленных методом ретуширования, можно выделить скребки и лезвия-вставки из халцедона.

Как уже отмечалось, керамика, изделия из железа, камня и кости, найденные в разных поселениях польчевской культуры, очень мало отличались друг от друга и составляли единое целое.

Особый интерес для характеристики уровня материальной культуры в то время представляли расколы в Польце. Изделия, найденные в поселениях племен польцево, позволяют нам с большой точностью реконструировать уровень производства, образ жизни и хозяйство племен южной части советского Дальнего Востока в раннем железном веке.


3.3 Развитие социальных отношений между племенами польской культуры

Вопрос о характере связей с общественностью является самым сложным. У польских племен были развитые социальные отношения, о чем свидетельствуют письменные источники о племенах соседних территорий, а также высокий уровень производства.

Для получения информации о социальных отношениях между племенами польчевской культуры археологи располагали несколькими источниками. К ним в первую очередь относятся материалы раскопок поселений и жилищ.

Письменные свидетельства племен Восточной Азии также являются важным источником.

По уровню развития общественных отношений племена польцевской культуры, вероятно, были ближе всего к племенам войю и илоу. Е. В. Шавкунов наиболее полно рассмотрел вопросы социально-экономического развития.

Племена воджу в первые века нашей эры делились на племена и кланы. Каждое поселение было местом расселения одного, реже нескольких родов. Основываясь на письменных источниках, можно предположить, что в конце первого тысячелетия до нашей эры основу общества воджу составляли патриархальные семьи, объединенные в клан. Во главе клана стоял старейшина. Не исключено, что помимо старейшины, который занимался внутренними делами, были и "старшие" военачальники.

Среди племен илоу уровень развития общественных отношений был несколько ниже, чем у их соседей-вуджу.

Материалы раскопок поселений польской культуры позволяют провести не одну параллель между польцевцами и илоусцами, указывая на то, что у них было много общего в развитии материальной культуры.

Изучение расположения поселений польцевской культуры позволяет предположить, что они сосредоточены группами на отдельных территориях. Так, в районе села Кукелево в настоящее время известно около 20 населенных пунктов, максимально удаленных друг от друга на расстоянии до 15 км по прямой. Значительная часть из них относится к одному и тому же времени. Наиболее вероятно предположить, что в этом месте поселилось племя польцев, состоящее из десятка или более родовых поселений. Каждое такое поселение располагалось на берегу большого озера, протоки или старицы реки Амур на некотором расстоянии друг от друга, что позволяло жителям этих поселений заниматься охотой,рыбной ловлей, земледелием и скотоводством, не вступая в конфликты друг с другом из-за земли. Минимальное число жителей в одной деревне оценивалось в 100 человек, а максимальное-в 500-600 человек.

При раскопках жилищ поселения Польце I были зафиксированы некоторые различия в количестве наиболее ценных украшений, металлических изделий и количестве сосудов. В домах № 2, 4 и 7 было обнаружено наибольшее количество металлических, нефритовых и целых сосудов. Такое распределение находок по жилищам позволяет предположить, что разделение собственности между польскими племенами началось.

Запасы продовольствия, особенно зерна, были найдены во всех жилищах. Это указывает на то, что у польского народа больше не было общих складов, и каждая семья или несколько семей, если они жили в одном доме, имели индивидуальные запасы, которые расходовались на личные нужды. Остается неясным, обрабатывались ли поля польских фермеров коллективно и урожай распределялся после сбора урожая, или же каждая семья получала урожай со своих собственных участков, самостоятельно выполняя весь цикл сельскохозяйственных 14работ1414.

Подсечно-огневое земледелие, которое, скорее всего, вели польцевцы, требовало больших дополнительных площадей, что, естественно, должно было регулировать использование незанятых участков под посевы в пределах клана или племени. И независимо от того, было ли землепользование коллективным или индивидуальным, роль клана или племени в принятии решения о распределении земли имела для них решающее значение. По-видимому, каждый клан, входящий в племя, имел свои собственные земли в общих племенных границах, и клан выступал как единая экономическая единица внутри племени, а каждое племя, в свою очередь, также формировало единую политическую и экономическую организацию. Этнографические параллели у народов Восточной Сибири и Дальнего Востока не дают нам однозначного ответа на вопрос об отношениях внутри рода и племени. Однако расположение польских поселений группами на небольшом расстоянии друг от друга, несомненно, должно было подразумевать их тесные экономические и политические связи, а это требовало, соответственно, регулирования отношений между ними.

Можно сделать несколько выводов об уровне развития общественных отношений у польцевцев. Во второй половине 1 тыс. до н.э. у них были патриархально-родовые отношения. Но наряду с большими семьями существовали и малые. Все семьи объединялись в родовые поселки, а роды, в свою очередь, - в племена. В конце I тыс. до н.э. - в первых веках нашей эры у польцевцев, как и у илоусцев, возможно, существовали племенные союзы, По крайней мере, политическая ситуация в то время в Северной и Центральной Азии, когда началось возвышение сяньбийцев и переселение гуннов, настоятельно этого требовала. И политическое объединение единой этнической группы племен, какими и являлись польцевцы, было вполне естественным и закономерным.

Материалы раскопок поселений позволяют нам предполагать, что со второй половины I тыс. до н.э. у польцевцев начинается процесс имущественного расслоения. Этому способствовало продуктивное производящее хозяйство и связи с племенами сопредельных территорий, и первую очередь с Кореей и Дунбэем. Имущественная дифференциация и сложность политической обстановки на рубеже тысячелетии и особенно в первых веках нашей эры - все это требовало формирования у польцевцев общественных институтов.

Племена польцевской культуры, расселявшиеся на обширных пространствах Приамурья, а затем и Приморья, по всей вероятности, представляли собой единое не только этническое, но и политическое целое. Общественные отношения у польцевцев, видимо, были развиты не хуже, чем у илоуоких племен, не столь этнически единых и многочисленных, как польцевцы. На территории северо-восточной части Дунбэя и северо-западе Кореи мы не можем выделить па археологических материалах столь обширную по распространению и многочисленную по обилию памятников культуру, как польцевская.

Поведенные исследования по теме дипломной работы, изучения о развитии общественных отношений у польцевцев пока еще фрагментарны, и требуются исследования, которые позволят более полно осветить этот вопрос. Ясно, что польцевская культура представляла собой не рядовое явление в истории племен и народов Северной и Восточной Азии, а оставила глубокий след, который при современной изученности этой проблемы пока еще трудно в полном объеме понять и оценить.


Заключение

Данная дипломная работа посвящена изучению истории племен Приамурья в I тыс. до н.э. Рассмотрены особенности географического положения Приамурья, проведена оценка природно-ресурсного и хозяйственного потенциала Приамурья, его ландшафтное разнообразие, изучены характерные особенности хозяйственной деятельности племен Приамурья в I тысячелетии до н.э. их быт и общественные отношения.

В первой части дипломной работы рассмотрены физико-географические особенности Приамурья. Приамурьем именуется вся обширная территория басссейна Среднего и Нижнего Амура. Амур образуется из-за слияния двух рек - Шилки и Аргуни. Длина Амура определяется от места возникновения р. Онон, которая в свою очередь служит началом р. Шилки. По геоморфологии долины и водному режиму Амур делится на три части: Верхний, Средний и Нижний.

Район Верхнего Амура относится к Забайкалью в силу того, что здесь в растительном и животном мире преобладают монголодаурские комплексы, присущие природе Забайкалья. По мнению А.П. Деревянко Приамурье ограничено бассейном Среднего и Нижнего Амура, т.е. Приамурьем, куда входит большая часть Амурской области и весь Хабаровский край.

Фауна характерная для бассейна Уссури, среднего и нижнего течения Амура, исключительно разнообразна и богата. В ней происходит смешение северных и южных видов.

Рельеф Приамурья имеет существенное своеобразие: равнины, наиболее удобные для расселения древнего человека. С юга равнины Приамурья отделены от Северо-Восточного Китая системой Хинганского хребта. Это сыграло определенную роль в развитии контактов древних племен, населявших эту территорию, с племенами сопредельных территорий с севера и юга. Разветвленная система рек создавала благоприятные условия для связей древних племен в широтном направлении.

Также в первой части дипломной работы рассмотрены исторические особенности образования племен Приамурья в раннем железном веке.

В I тыс. до н.э. у племен, расселявшихся на обширных просторах Евразии, происходят важные социально-экономические изменения, связанные с использованием и широким внедрением железа и распространением производящего хозяйства: земледелия и скотоводства.

В это время в Приамурье происходят важнейшие социально-экономические и политические изменения. Именно железо сыграло решающую роль в развитии как материальной, так и духовной культуры племен южной части Дальнего Востока в I тыс. до н.э. Исследование памятников на этой территории позволяет очень четко выделить период, "во время которого все культурные народы переживают свою героическую эпоху, - эпоху железного меча, а вместе с тем железного плуга и топора".

Изучение этого периода в истории народов Приморья только начинается, но уже стало ясным, что эти народы не находились в стороне от важнейших исторических событий, происходивших на рубеже тысячелетий.

Столь раннее использование одного их важнейших материалов - железа, сыграло, несомненно, решающую роль в дальнейшем прогрессивном развитии культуры племен этой территории. К раннему железному веку относится урильская культура. Особенности урильской культуры рассмотрены во второй части дипломной работы.

Процесс складывания урильской культуры датируется концом II тыс. началом I тыс. до н.э. к памятникам относятся и поселения на о. Урильском в Приамурье и на п-ове Песчаном в Приморье.

В третьей части дипломной работы рассмотрена история племен польцевской культуры. Польцевская культура складывалась на базе урильской культуры, переходный этап датируется VII - VI вв. до н.э. данная культура хорошо известна по раскопкам поселения Польце I, где было вскрыто 10 жилищ.

Польцевские племена сделали новый шаг в дальнейшем развитии материальной и духовной жизни. Особенно большое значение имело широкое использование железа. Из него выделывались все виды орудий труда и вооружения: наконечники стрел двух типов, ножи, кинжалы, панцирные пластинки, кельты, крючки, гарпуны, шилья, проколы, украшения. На поселении в Польце обнаружили около десятка больших железных пластин, из которых наконечники стрел, ножи, крючки, заготовки, вырубались, а затем прокалывались. Для резания железа применялись специальные зубила. Железо на этом этапе становится главным материалом для изготовления орудий труда и вооружения. Изделия из камня встречаются крайне редко.

Очень важные изменения происходят на этом этапе и а экономике племен. Обитатели поселения продолжали заниматься охотой и рыболовством. О рыболовстве свидетельствуют железные крючки, грузила для сетей и находка сосуда, покрытого отпечатками сети с ячейками 3-4 см. Но решающую роль в хозяйстве играло земледелие. В каждом из жилищ при раскопках - в сосудах и прямо на полу - встречалось в большом количестве просо.

Польцевская культура представляет собой следующий этап развития урильской культуры. О генетических связях этих культур свидетельствуют формы и орнаментации сосудов, а также изделия из шифера.

Польцевские племена оставили глубокий след в истории народов Восточной Азии. В конце I тыс. до н.э. они распространяются по всему Приамурью. Этническая общность, сформировавшаяся в конце II - начале I тыс. до н.э. прослеживается на протяжении всего I тыс. до н.э. Польцевские племена находились в контактах с племенами сопредельных территорий - Дунбэя и Кореи, а в конце I тыс. до н.э. начинается процесс проникновения польцевских племен в Корею, а оттуда в Японию.

В начале железного века люди продолжали вести хозяйство всей общиной. Среди членов общины еще не было неравенства.

Широкое использование металлических орудий привело к изменениям в хозяйстве и в обществе. Во-первых, повысился уровень земледелия. Появились излишки. Во-вторых, в обществе произошло разделение труда. Выделились люди-профессионалы: литейщики, кузнецы, гончары, косторезы и другие. В-третьих, появилась необходимость в создании воинских отрядов.

Ведущую роль в хозяйстве начинает играть мужчина - земледелец, мастер, воин. На смену материнской родовой общине приходит отцовская.

Таким образом, в начале нашей эры создаются условия для возникновения неравенства и расслоения общества.

Следовательно, выдвинутая автором гипотеза нашла свое подтверждение.


Список использованной литературы

1. Сборники документов

1. История геологических исследований и развития горного промысла в Верхнем Приамурье (документы, материалы, воспоминания). - Благовещенск, 2001.

2. Летопись Амурской области: Хроника событий с древнейших времен до октября 1917. Том 1/ Гл. ред. Е.П. Сычевский. - Благовещенск, 1998.

. Летопись Амурской области: Хроника событий с октября 1917 по 1958 год. Том 2/ Гл. ред.А. А. Сидоренко. - Благовещенск, 2001.

. Летопись Амурской области: Хроника событий с 1959 по 1991 год. Том 3/ Гл. ред.А. А. Сидоренко. - Благовещенск, 2003.

. Хрестоматия по истории Амурской области: Сборник документов и материалов/ Сост. Л.А. Суржина. - Благовещенск, 1980.

. Общие исследования

6. Андреева Ж.В. Памятники железного века в Приморье. - В кн.: Записки Приморского филиала Географического общества СССР. Владивосток, 1966;

7. Баранов А.В., История Амурской области: Учебное пособие для учащихся общеобразовательных учреждений, Под ред. А.В. Баранова, И.Е. Федоровой. - Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2005. - 304 с.

. Бердник С.В. История Амурской области. Благовещенск.: - 2004 г.

. Билим Н.Н. История Российского Дальнего Востока XVII - XX вв. Учебное пособие. - Хабаровск, 1999.

. Бутинов Н.А. Папуасы Новой Гвинеи. М., 1968, с. - 35

. Вишневский Д.С., Хабаровский край, Хабаровск, 1965., с. - 12.

. Воробьев В.В. Амурская область. Опыт энциклопедического словаря., - Благовещенск: Амурское отделение Хабаровского книжного изд-ва, 1989.

. Географический словарь. Приамурье. Хабаровск. 1968, с 12-13.

. Деревянко А.П. В стране трех солнц. - Хабаровск, 1970.

. Деревянко А.П. В поисках "Оленя Золотые рога". - Хабаровск, 1978.

. Деревянко А.П. Ранний железный век Дальнего Востока. Новосибирск, 1972. с.43

. Деревянко А.П. Новопетровская культура Среднего Амура. Новосибирск,

. Деревянко А.П. Ранний железный век Приамурья, с. - 165-175.

. Деревянко Е.И. Очерки военного дела племен Приамурья. - Новосибирск, 1987.

. Деревянко Е.И. Мохэские памятники Среднего Амура. - Новосибирск, 1975.

. Карлов А.И. Река Амур с его притоками как пути сообщения. СПб., 1909 г.

. Маак Р.К. Путешествие на Амур. СПб., 1895, с. - 151.

. Нестеров С.П. Талаканская группа памятников раннего железного века в Западном Приамурье // Новейшие археологические и этнографические открытия в Сибири. Новосибирск, 1996.С. 205.)

. Новиков-Даурский Г.С. Историко-археологические очерки. - Благовещенск 1961.

. Окладников А.П., Деревянко А.П. Далекое прошлое Приморья и Приамурья. - Владивосток, 1973.

. Окладников А.П. Деревянко А.П. Далекое прошлое Приамурья и Приморья. Владивосток, 1973.С. - 292

. Паленко И.А. Амурская область. Благовещенск, 1956, с-4.

. Синская Е.Н. Учение Н.И. Вавилова об историко-географических очагах развития культурной флоры. - 1963, с. - 23

. Шликуион Э.В. Приморье и соседние с ним районы. с. - 62

. Штейн М.Н. Н. Муравьев-Амурский. Историко-биографический очерк. - Благовещенск, 1992.

. Шульман Н.К. Амурская область: природа, экономика, культура, история/ Под ред. Н.К. Шульмана. - Благовещенск, 1974.

. Яковер Л.Б. Краткий справочник по отечественной истории. - М., 1996.

. Художественная литература

33. Амур - река подвигов (художественно-документальное повествование о приамурской земле, ее первопроходцах, защитниках и преобразователях). - Хабаровск, 1971.

34. Матюшенский А.И. Амурские волки: коллективный роман из жизни Приамурья. - Благовещенск, 1996.

. Романенко Д.И. Ерофей Хабаров. - Хабаровск, 1990.

. Задорнов Н.П. Капитан Невельской. - Рига, 1958.

. Здесь России рубеж. Героические повествования о подвигах дальневосточников. - Хабаровск, 1981.

. Комаров П.С. Золотая просека. Стихи. - М., 1945.

. Комаров П.С. Хинганский родник. Стихи. - Хабаровск, 1945.

. Кунгуров Г.Ф. Албазинская крепость. - М., 1959.

. Миронов М.В. На далёкой реке. (о Хабарове). - М. - Л., 1953.

. Миронов М.В. На восточной границе (о Невельском). - М. - Л., 1953.

. Тренёв В.К. Путь к океану. (О Г.И. Невельском и Н.Н. Муравьёве). - М., 1950.