Уроки экономических преобразований в странах Восточной Европы и СНГ

Подробнее

Размер

1.59M

Добавлен

18.10.2022

Скачиваний

5

Добавил

Вадим Дмитриевич
Актуальность работы обусловлена значимостью выбранной темы. Анализируемые в работе государства прошли долгий и трудный путь по реструктуризации экономики. Сегодня некоторые страны региона стали членами Европейского Союза, значительно приблизившись к показателям экономического развития государств. Имея почти такие же условия в начале преобразований, не все страны региона достигли таких впечатляющих результатов, как его руководители — Венгрия, Польша и Болгария. И опыт этих стран очень полезен для нашего государства, где процесс трансформации продолжается.
Текстовая версия:


СОДЕРЖАНИЕ


ВВЕДЕНИЕ

Конец 80-х и начало 90-х годов с социально-экономической точки зрения принесли драматические изменения в мире. Кризис в большинстве социалистических стран нашел свое решение в разрушении мировой экономической системы социализма и с необходимостью потребовал кардинальных преобразований в странах-членах социализма.

Страны Восточной Европы и СНГ, являющиеся членами Совета Экономической Взаимопомощи, первыми приступили к крупным внутренним экономическим преобразованиям.

Поскольку многие увидели, что кризис разрешился ускоренной приватизацией, были приняты решения заставить программы по денационализации государственного сектора экономики. Согласно плану реформаторов, разрушение государственной монополии заключалось в создании конкурентной среды, основанной на зарождающемся частном предпринимательстве. Для достижения этих целей государство прекратило регулировать цены. Выход из экономического кризиса казался легким - достаточно было выбрать модель современной рыночной экономики, характерную для развитых стран, которая уже давно функционирует на основе принципов и правил рыночной экономики, и определить комплекс мер по переходу от одной экономики к другой.

Актуальность работы обусловлена значимостью выбранной темы. Анализируемые в работе государства прошли долгий и трудный путь по реструктуризации экономики. Сегодня некоторые страны региона стали членами Европейского Союза, значительно приблизившись к показателям экономического развития государств. Имея почти такие же условия в начале преобразований, не все страны региона достигли таких впечатляющих результатов, как его руководители - Венгрия, Польша и Болгария. И опыт этих стран очень полезен для нашего государства, где процесс трансформации продолжается.

Объект исследования. Экономическое развитие стран Восточной Европы и СНГ.

Предмет исследования. Экономические преобразования в странах Восточной Европы и СНГ.

Цель работы. Рассмотреть теоретические основы экономических преобразований, в частности следует провести анализ экономических преобразований в странах Восточной Европы и СНГ.

Задачи работы:

Методы исследования. Теоретические и эмпирические методы, среди которых теоретический анализ, синтез, обобщение, аналогия, анализ документов, сравнительный анализ научных источников и документальной законодательной базы.

Структура работы. Работа состоит из введения, теоретической и практической части в виде двух глав, заключения и библиографического списка.

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ

1.1 Сущностные основы экономических преобразований

Экономическая трансформация предполагает перемещение рабочей силы из низкопроизводительных видов деятельности в более высокопроизводительные. Это касается как межсекторного перехода к видам деятельности с более высокой стоимостью (например, от сельского хозяйства к обрабатывающей промышленности), так и внутри секторов (например, от натурального хозяйства к выращиванию высокоценных культур). Широко признано, что сокращение бедности и экономический рост не могут быть устойчивыми без экономических преобразований и изменения производительности, но, несмотря на этот очевидный факт, сообщество развития традиционно уделяло относительно мало внимания этим долгосрочным детерминантам развития. 1


В последние 30 лет экономические преобразования занимают первое или почти первое место в политической повестке дня страны. Она оправдана как средство достижения цели - повышения производительности фирм (выработка на одного работника) и нации (ВВП на душу населения).2

Однако на этом согласие заканчивается. Следует ли сосредоточиться на микроэкономике, финансах, социальной интеграции или климате?

Экономическое преобразование как микроэкономическая реформа хорошо изучена. Она доминировала в мышлении правительства в 1980-х и 90-х годах - плавающий доллар, снижение тарифов, дерегулирование, снижение налогов и налоговая реформа, корпоратизация и приватизация, реформа рынка труда и заключение контрактов на предоставление государственных услуг.

Аргументация микроэкономических реформ проста - конкуренция оказывает понижательное давление на цены, создает давление для изменений и открывает возможности для инноваций.

Рынки хорошо работают как факторы, способствующие прогрессу. Однако они не совершенны, и поиск такого контекста для рынков, который лучше увязывает индивидуальное предпринимательство с общественными интересами, важен для любой стратегии повышения производительности.

Давайте начнем с денег и управления ими в правительстве и частном секторе. Кредитование и заимствование занимают центральное место в капитализме, но при этом могут пойти наперекосяк. Мы видим это сегодня на примере финансового кризиса в Европе и наблюдаем в 2008 году, когда разразился глобальный финансовый кризис. Это неудачи, имеющие общественное значение, в отличие от тех, которые мы связываем с отдельными инвесторами и фирмами. Из этого следует, что правительства будут - и должны быть - заинтересованы в регулировании для обеспечения стабильности.

Разработка того, что это означает для Кодекса компаний и правил для финансовой и банковской деятельности, является постоянной необходимостью в эпоху глобализации, как и правильное управление государственными бюджетами. Растрата государственных доходов — это деньги, потерянные для продуктивных инвестиций, государственных или частных. Неконтролируемые и неустойчивые государственные займы — это завтрашний кризис. Сильная и широкомасштабная налоговая система крайне необходима, особенно с учетом старения нашего населения. Расширение сферы действия и ставки GST, рационализация налогов штатов и переход к режиму налогообложения ресурсов на основе прибыли будут иметь важное значение, по крайней мере, в среднесрочной перспективе.3

Таким образом, в этом контексте экономическое преобразование означает бдительность перед лицом жадности и популизма.

Борьба с жадностью и популизмом не только экономически рациональна, но и социально ответственна. Когда случаются кризисы, больше всего страдают те, кто находится на нижней ступеньке лестницы. Выход из неблагоприятного положения никогда не бывает легким, и его нарушение таким образом может быть разрушительным. В связи с этим возникает вопрос о социальной изоляции и ее связи с производительностью.

Здоровое и образованное общество — это продуктивное общество. Это признано в программе реформ COAG, которая объединяет Содружество, штаты и территории в стремлении к участию для повышения производительности.

Признание этого факта ставит социальное обеспечение среднего класса и социальное обеспечение для работы в центр программы повышения производительности, причем первое является ограничением, а второе - требованием.


1.2 Особенности и результаты экономических преобразований

В последние годы среди стран растет интерес к вопросам, связанным с повышением качества роста за счет экономических преобразований. Качество экономического роста имеет значение. Хотя в последние два десятилетия многие страны с низким уровнем дохода демонстрировали быстрый экономический рост, этот рост был низким по качеству и сопровождался незначительными экономическими преобразованиями. Во многих странах с низким уровнем дохода не произошло существенных структурных сдвигов в производстве и занятости (снижение доли обрабатывающей промышленности в валовом внутреннем продукте (ВВП), особенно в странах Африки к югу от Сахары); слабые уровни и рост производительности (труда) в секторах; концентрация экспортной корзины и отсутствие диверсификации в сторону сложных товаров; существенные различия в уровнях производительности между фирмами, секторами и регионами, что указывает на возможности для повышения производительности.4

О повышенном интересе свидетельствует уровень внимания, уделяемого вопросам качества роста и экономической трансформации в Целях устойчивого развития (ЦУР), что повысило статус концепций, связанных с экономической трансформацией, в программе развития после 2015 года. Например, подцель 8.1 ЦУР направлена на "достижение трансформации экономики в направлении более высоких уровней производительности за счет диверсификации с акцентом на сектора с высокой добавленной стоимостью". Связь с экономической трансформацией в ЦУР также очевидна в задачах, направленных на удвоение производительности сельского хозяйства к 2030 году; содействие технологической модернизации и инновациям в секторах с высокой добавленной стоимостью и трудоемких секторах; и содействие инклюзивной и устойчивой индустриализации.

5

Повышенное внимание к экономическим преобразованиям было вызвано осознанием острой необходимости роста, который был бы более инклюзивным и способствовал социальному развитию, особенно в развивающихся странах. Экономическая трансформация является важнейшим компонентом в обеспечении такого роста, который способствует сокращению бедности. Она содействует социальному развитию и инклюзивному росту, способствуя получению доходов более равномерно в рамках распределения доходов, обеспечивая странам лучшую защиту от потенциально негативных последствий ценовых потрясений и циклов, а также создавая платформу для диверсификации имеющихся источников будущего роста.


6

Масштабный национальный проект в идеале означает выход отечественной экономики на качественно новый уровень современного технологического развития, минуя ряд обязательных этапов ее развития.

Цифровая трансформация национальной экономики означает внедрение во всех отраслях информационно-коммуникационных технологий с целью повышения ее эффективности и конкурентоспособности. «Когда мы сейчас говорим о цифровой трансформации, многим кажется, что это — дело далекого будущего, – может быть, это когда-то к нам придет и мы когда-то будем перестраиваться. Нет, это — дело недалекого будущего. Директорам нужно уже сейчас думать над тем, чтобы начинать внедрять в практику управления элементы «Индустрии 4.0».

Немецкая система «Индустрии 4.0» включает разработку и внедрение новых технологических стандартов. В том числе речь идет об использовании робототехники, аддитивных технологий и т. д., которые позволяют управлять в режиме реального времени различными технологическими процессами.

Новые технологии сулят большие перспективы. Они создают новые пути и возможности для более процветающего будущего. Но они также создают новые проблемы. Хотя цифровые технологии ослепляют блеском и мастерством применения, они пока не принесли ожидаемых дивидендов в виде более высокого роста производительности. Действительно, за последние пару десятилетий рост совокупной производительности замедлился во многих странах. Следовательно, экономический рост имел тенденцию к снижению.7

В то же время неравенство доходов и связанные с ним диспропорции увеличились, особенно в странах с развитой экономикой, разжигая социальное недовольство и политическое брожение. В разных странах наблюдается неравномерное участие в новых возможностях, созданных цифровой трансформацией. Многие остаются позади - в разных отраслях и компаниях, среди рабочей силы и различных слоев общества.

Фирмы, находящиеся на технологическом рубеже, оторвались от остальных, заняв доминирующее положение на все более концентрированных рынках и завладев львиной долей прибыли от новых технологий. В то время как рост производительности труда в этих фирмах был высоким, в других фирмах он остановился или замедлился, что привело к снижению совокупного роста производительности. Растущая автоматизация задач низкой и средней квалификации сместила спрос на рабочую силу в сторону более высоких навыков, что негативно сказалось на заработной плате и рабочих местах в нижней части спектра навыков. В условиях, когда новые технологии благоприятствуют капиталу, победе в бизнесе и более высоким навыкам, распределение доходов от капитала и труда стало более неравномерным, а доходы переходят от труда к капиталу.

Одна из важных причин таких результатов заключается в том, что политика и институты медленно адаптировались к происходящим преобразованиям. Чтобы реализовать перспективы современных умных машин, политика тоже должна стать умнее. Она должна более чутко реагировать на изменения, чтобы в полной мере использовать потенциальный прирост производительности и экономического роста и решать проблему растущего неравенства, поскольку технологические сбои приводят к появлению победителей и проигравших.8

В эпоху беспрецедентных данных и вездесущего интеллекта очень важно, чтобы организации по-новому представляли себе, как они управляют персональными данными и цифровыми идентификаторами. Расширяя возможности людей и предлагая им способы контролировать собственные данные, цифровые идентификаторы, ориентированные на пользователя, обеспечивают надежное физическое и цифровое взаимодействие - от государственных услуг или электронных платежей до медицинских справок, безопасного передвижения или трудоустройства.

Всемирный экономический форум курирует Платформу для хорошей цифровой идентификации с целью продвижения глобальной деятельности в области цифровой идентификации, которая осуществляется на основе сотрудничества и ставит интересы пользователей во главу угла.

Форум объединяет государственные и частные организации, занимающиеся цифровой идентификацией в сфере путешествий, здравоохранения и финансовых услуг, в глобальную сеть действий и обучения - для понимания общих проблем и поиска решений, полезных для поддержки существующих и будущих коалиций. Кроме того, отраслевые модели, такие как Known Traveller Digital Identity или децентрализованные модели идентификации, показывают, что решения по цифровой идентификации, уважающие личность, возможны.

Поскольку технологии перестраивают рынки и изменяют динамику роста и распределения, политика должна гарантировать, что рынки остаются инклюзивными и поддерживают широкий доступ к новым возможностям для компаний и работников. Цифровая экономика должна быть расширена, чтобы новые технологии и возможности распространялись среди небольших фирм и более широких слоев рабочей силы.9 Перед фирмами, работниками и политиками стоит множество вопросов. Хотя цифровые технологии обеспечивают значительную отдачу в плане производительности, они создают новые проблемы для компаний, поскольку производственные процессы, источники конкурентных преимуществ и рыночные структуры меняются. Является ли рост промышленной концентрации, отражающийся в растущем рыночном доминировании технологических гигантов, неизбежным при использовании этих технологий, или же их преимущества могут быть распределены между компаниями более широко, чтобы повысить совокупную производительность и стимулировать более устойчивый экономический рост? Что касается быстрых изменений на финансовых рынках, то как можно воспользоваться перспективами цифровых инноваций в финансовой сфере и при этом управлять рисками? Должны ли работники опасаться новой автоматизации, поскольку характер работы и потребности в навыках меняются, а многие старые рабочие места и задачи исчезают? Как им следует адаптироваться? Каким образом технологические изменения в бизнесе и работе приводят к увеличению экономического неравенства? Как должна реагировать государственная политика?10

"Смена парадигм" отвечает на эти вопросы, показывая, что политика имеет значение. Необходимо новое мышление и адаптация для приведения политики и институтов в соответствие с цифровой экономикой. В число областей, требующих внимания, входят конкурентная политика и режимы регулирования, инновационная экосистема, цифровая инфраструктура, развитие трудовых ресурсов, системы социальной защиты и налоговая политика.

Антимонопольная политика должна быть пересмотрена с учетом цифровой эпохи. Необходимо усилить антимонопольное законодательство и его правоприменение. Цифровая экономика ставит новые проблемы в области регулирования, которые необходимо решать, включая вопросы регулирования данных (жизненной силы цифровой экономики), вопросы конкуренции, связанные с цифровыми платформами, которые стали "воротилами" в цифровом мире, и концентрацию рынка, обусловленную деятельностью технологических гигантов, которые напоминают естественные или квазиестественные монополии из-за эффекта масштаба и сетевых эффектов, связанных с цифровыми технологиями. Как и на товарных рынках, директивным органам необходимо обеспечить сохранение достаточной конкурентоспособности финансовых рынков и решить проблемы регулирования, связанные с новым миром цифровых финансовых продуктов, платформ и алгоритмов. Кроме того, необходимы новые рамки для международного сотрудничества в таких областях, как регулирование трансграничных потоков данных и налогообложение трансграничного цифрового бизнеса.1112

Вывод по первой главе работы. В данной главе работы рассматривались теоретические основы экономических преобразований.

Таким образом, использование термина "экономическая трансформация" получило больший импульс, чем когда-либо с 1960-х годов. Это обнадеживает, но практические аспекты и последствия этого для сообщества развития в продвижении вперед являются сложными.

Исследователям необходимо расширить изучение движущих сил и последствий экономической трансформации и изменения производительности в странах с низким уровнем дохода, например, каковы прямые и косвенные связи с развитием и бедностью; что сдерживает или способствует трансформации в странах с низким уровнем дохода; какова роль внутренних действий и действий исследователей; и как мировое сообщество может поддержать это.

ГЛАВА 2. АНАЛИЗ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ В СТРАНАХ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ И СНГ

2.1 Оценка экономических преобразований в странах Восточной Европы и СНГ

В данном разделе работы представлена оценка экономическим преобразованиям в странах Восточной Европы и СНГ.

Экономические преобразования в странах Восточной Европы. Технические аспекты перехода от плана к рынку до сих пор являются предметом жарких споров. В свете нынешней годовщины падения Берлинской стены мы напомним об идеях экономической трансформации и подытожим реалии, с которыми столкнулись страны Восточной Европы в 1990-х годах. Рецессии переходного периода, а также социальные перекосы привели к снижению предполагаемого и реального уровня жизни в Восточной Европе. Можно ли было предотвратить начальный спад или "шумпетерианское созидательное разрушение" было необходимым условием для грядущего успеха?13

Начальный этап экономических преобразований в Восточной Европе сопровождался серьезным экономическим спадом. 14

Это было следствием различных факторов: во-первых, пришлось потратить значительное время, деньги и усилия, чтобы предотвратить повторение истории после краха коммунизма, в результате чего восточноевропейские государства оказались ослабленными.

Во-вторых, либерализация цен в странах с переходной экономикой была быстрой; изменения происходили с такой скоростью, что капитал и труд не успевали перераспределяться достаточно быстро, чтобы поспевать за преобразованиями. Любой переход требует времени и сопровождается значительной неопределенностью; эта неопределенность привела к трудностям в написании и выполнении контрактов и, следовательно, усугубила падение производства. 15

В-третьих, в связи с изменением структуры государственных расходов резко упал спрос со стороны военных. В-четвертых, в начальный период преобразований увеличился уровень безработицы. Произошло перераспределение ресурсов, которое поставило в невыгодное положение определенные слои населения и привело к недовольству. 16

В-пятых, чтобы предотвратить реинтеграцию коммунизма, вновь избранные правительства продавали государственную собственность с беспрецедентной скоростью; эта быстрая приватизация должна была помочь эффективному распределению ресурсов, но не принесла желаемых выгод.

Вышеописанные явления Корнай назвал трансформационными спадами, поскольку экономические спады связаны с изменениями во всей системе, а не с определенной политикой. В отношении восстановления после спада решающую роль сыграло появление частного сектора, качество приватизации и скорость либерализации текущего счета. Сравнительно благополучной страной в Восточной Европе была Польша, где наблюдалось лишь относительно небольшое снижение объемов производства. Основной причиной того, что Польша показала результаты выше среднего, было то, что страна прошла через процесс сокращения задолженности и стремилась к постоянному улучшению внешнего баланса. Кроме того, процесс приватизации в Польше был менее хищническим, чем в других странах Восточной Европы.

Однако для большинства стран "модели рецессии и восстановления в 1989-1995 годах были в основном типа L-кривой". Объем производства не только снижался, но и увеличивался уровень инфляции. Другие особенности переходного периода включали структурные изменения в экономике, а также смещение отраслевой структуры ВВП в сторону услуг. Несмотря на то, что Польша показала лучшие результаты, чем другие страны Восточной Европы, быстрая либерализация и спад в торговле были одними из причин слабых экономических показателей в начале переходного периода. "Радикальную либерализацию цен можно рассматривать как реформу, которая в течение короткого периода времени навязывает экономике большой блок "инноваций", вызывающих, как и любые инновации, шумпетерианский феномен "созидательного разрушения": снижение большинства объемов производства в краткосрочном периоде и рост в долгосрочном".1718

Польша. В Польше экономические преобразования протекали в три этапа.

1-й этап – 1990—1991 гг. Продажа государством акций пяти крупных преуспевающих компаний. Массовая малая приватизация. К исходу 1990 г. в руках частников находилось примерно 40% предприятий розничной торговли, около 60% предприятий общественного питания и 50% коммерческих банков. Продукция, выпускаемая малыми предприятиями возросла на 25%.19

2-й этап – 1991—1992 гг. Приватизировано путем акционирования тринадцать предприятий. Несколько тысяч предприятий были внесены в «списки на ликвидацию». Широкое внедрение аренды предприятий трудовыми коллективами, а также их продажа отечественным и зарубежным фирмам. Объемы произведенной продукции в частном секторе промышленности выросли на 8%. Количество частных предприятий в промышленности составило 2,2 тыс., торговле – 7,7 тыс., в строительстве – 3,5 тыс. Среди промышленных предприятий мелкие с числом занятых до 5 человек производили 60% продукции всего частного сектора. В 1992 г. на частный сектор приходилось 24,1% реализованной промышленной продукции, 55,2% строительно-монтажных работ, 23,7% от общей стоимости услуг. В частном секторе было занято 50,6% всех трудящихся. Наиболее интенсивно осваивалась частниками сфера торговли. В розничной торговле удельный вес частных магазинов составил 75%, оборот превысил 80%.20

3-й этап – 1993—1996 гг. Характеризуется активизацией инвестиционной деятельности, ростом производства. В 1993-1996 гг. прирост промышленной продукции достигнут, главным образом, за счет частного сектора, где он составил 38,6%. На долю частного сектора приходится примерно 50% сельскохозяйственной, 37,4 – промышленной, 85,8 – строительной продукции, 87,8% розничного товарооборота.21

Венгрия. В Венгрии политика постепенной приватизации привела к переходу к 1998 г. свыше 50% государственных предприятий в частную собственность. Особенностью является активное участие иностранного капитала. Доля иностранного капитала в частном секторе превысила 11%. Доля частного сектора в ВВП к концу 90-х повысилась до 60%.

Чехия. В Чехии (точнее, тогда в Чехословакии) экономические реформы начались в 1990 г. Правительство национального согласия, пришедшего к власти в декабре 1989 немедленно провозгласило принципы реформы: переход к рыночной экономике, плюрализм форм собственности и демонополизация производства. К реализации новой экономической реформы приступили в апреле 1990 г. При этом высказывались различные мнения относительно темпов ее проведения, последовательности отдельных этапов и путей оценки ее результатов. Видный деятель правительства В. Комарек прогнозировал незначительные темпы роста инфляции и безработицы и оптимистично оценивал некоторые преимущества Чехословакии (относительно небольшой внешний долг и сравнительно высокая квалификация рабочей силы). Другие реформаторы, прежде всего министр финансов Вацлав Клаус (в будущем – премьер-министр), доказывали необходимость более быстрого проведения реформ и перехода к рыночной экономике. Победу одержали сторонники В. Клауса – Чехия избрала вариант «шоковой терапии» и ускоренной чековой приватизации.22

С января 1991 г. в Чехословакии началась практическая реализация реформ. Чешские реформаторы учли опыт поляков, были применены практически все элементы польской стратегии шокотерапии, хотя некоторые из них — в явно смягченном варианте.

Осуществлялись следующие меры:

К концу 90-х в Чехии решительно преобладал частный сектор. В частности, в промышленности доля частной собственности составила (1999 г.) 80%.

В заключение анализа стран Восточной Европы следует отметить, что быстрые изменения, осуществленные в начале трансформации от плана к рынку, привели к серьезным экономическим и социальным потрясениям в Восточной Европе. Сомнительно, что все реформы нужно было проводить с размахом, что привело к значительным трудностям для местного населения. Учитывая это, "большая часть политики реформ была обусловлена слабостью правительства и желанием сохранить свободу, предотвратив возвращение коммунистов". Можно ли отнести последующий успех Восточной Европы на счет первоначального перераспределения ресурсов в качестве предварительного условия для перемен или же то, что произошло бы в противном случае, ответить не так просто.23

Экономические преобразования в странах СНГ. Прошлогоднее неравномерное восстановление экономики Содружества Независимых Государств (СНГ) ускорилось в четвертом квартале на фоне, как представляется, широкого роста, подкрепленного улучшением активности в добывающем секторе и строительным бумом в России, тяжеловесе региона. Рост в четвертом квартале, скорее всего, подскочил в России, на которую приходится львиная доля номинального объема производства региона, что почти наверняка способствовало более широкому ускорению, учитывая ее тесные экономические связи с остальной частью региона. По предварительной оценке, рост по итогам прошлого года составил 2,6% в годовом исчислении (3 квартал: +1,9% в годовом исчислении). Однако имеющиеся данные за текущий квартал свидетельствуют о том, что подъем в конце года был кратковременным из-за снижения активности в производственном секторе, а также ухудшения роста расходов домохозяйств в России после прошлогоднего повышения налога на добавленную стоимость; FocusEconomics оценивает рост в первом квартале на уровне 2,0% в годовом исчислении.24

Национальные счета за четвертый квартал продемонстрировали высокие результаты для основных игроков - Казахстана и Украины. В Казахстане анализ предложения выявил широкий рост, который был обусловлен активной деятельностью промышленного сектора на фоне устойчивой добычи нефти и газа. Быстро развивающийся сектор услуг также подчеркнул относительную силу отечественных достижений в текущем квартале. В Украине, тем временем, также наблюдался внутренний рост в конце прошлого года, о чем свидетельствовали напряженный рынок труда и оживленные розничные продажи. Среди малых экономик региона Армения и Азербайджан также продемонстрировали более быстрый рост в четвертом квартале благодаря улучшению внутреннего спроса и несмотря на ухудшение показателей внешнего сектора.25

Что касается политики, то регион находится в гуще событий. 20 февраля 2019 года Владимир Путин выступил с ежегодным посланием о положении дел в стране. На фоне падения рейтинга одобрения в России он пообещал выполнить планы социальных расходов, направленных на пенсионеров и бедных. Более высокие, чем ожидалось, бюджетные показатели, особенно в ненефтяной сфере, оставили российскому президенту некоторую свободу действий для расширения программ, ориентированных на потребление, которые, как ожидают аналитики, он будет осуществлять с полной отдачей, учитывая его падающую популярность после прошлогодних реформ. Однако ряд аналитиков утверждают, что Путину придется пойти дальше, особенно в свете объявления о том, что Соединенные Штаты продлят санкции против России еще на год. Тем не менее, рейтинговое агентство Moody's недавно повысило рейтинг российских облигаций до инвестиционного уровня, подчеркнув устойчивость экономики к санкциям, введенным США, среди прочих внешних потрясений.26

В других странах региона до сих пор нет явного победителя на прошедших 24 февраля в Молдове противоречивых всеобщих выборах. Экономическая политика, в свою очередь, остается неопределенной, а коалиционные переговоры, как ожидается, окажутся сложными, учитывая раскол между пророссийской и проевропейской партиями. Между тем, 31 марта Украина будет выбирать своего следующего президента, и пока в опросах лидирует комик Владимир Зеленский. Все три ведущих политических кандидата, включая действующего президента Петра Порошенко и лидера оппозиции Юлию Тимошенко, выступают за Европейский Союз и НАТО, хотя их соответствующие обязательства по сотрудничеству с МВФ умеренно различаются. Большинство аналитиков в настоящее время считают, что голосование будет проходить в трех вариантах.

Неудачи России продолжают оказывать влияние на перспективы регионального роста в течение всего года.27

В прошлом году региональный рост составил 2,6%. Однако в этом году ожидается, что перспективы роста экономики стран СНГ значительно снизятся. Ожидается, что российская экономика замедлится, поскольку прошлогоднее повышение налога на добавленную стоимость усиливает инфляцию и подрывает расходы домохозяйств. На внешнем фронте тяжелая экономика региона также столкнется с множеством проблем, включая возможность введения дополнительных санкций со стороны США и ограничение добычи нефти и газа. Малые экономики региона, вероятно, будут нести основную нагрузку от замедления роста денежных переводов из России, а также от повышения стоимости заимствований. Как всегда, ожидается, что динамика цен на сырьевые товары будет определять региональную картину.28

В целом, ожидается, что рост экономики СНГ в этом году составит 1,8%, что не изменилось по сравнению с прогнозом прошлого месяца. Две экономики региона, включая Беларусь, в этом месяце снизили свои прогнозы роста на 2019 год. Напротив, Армении прогноз роста был повышен, а остальным странам, включая Россию, оставлен без изменений. В следующем году региональный рост ускорится до 2,1%.

Что касается трех экономик, не включенных в региональный агрегат, то все три - Грузия, Туркменистан и Украина - в последние недели оставили свои прогнозы роста на полный год без изменений.29

Таблица 2.1 – Сравнительная динамика основных макроэкономических показателей стран СНГ (2012 г. к 1992 г.)

Страны

Реальный ВВП

ВВП на душу населения по текущему валютному курсу

ВВП на душу населения по ППСВ

Темп прироста, %

Ранг

Темп прироста,

%

Ранг

Темп прироста, %

Ранг

Туркменистан

272,3

1

2443,8

4

267,5

2

Армения

202,6

2

9683,6

1

377,7

1

Азербайджан

191,4

3

4496,6

3

244,2

4

Узбекистан

153,6

4

938,2

8

173,6

6

Беларусь

115,0

5

1573,3

7

253,9

3

Казахстан

105,0

6

7005,0

2

206,2

5

Таджикистан

74,8

7

1711,6

6

80,1

9

Россия

43,0

8

2383,0

5

122,4

7

Кыргызстан

34,6

9

457,5

11

58,1

10

Молдова

3,7

10

938,1

9

90,0

8

Украина

-15,9

11

834,3

10

41,3

11

Источник: рассчитано на основе данных World Economic Outlook Database (http://www.imf.org/external/pubs/ft/weo/2013/02/weodata/index.aspx).

В 2000-е годы динамика реального ВВП в регионе была существенно дифференцирована по странам, однако в значительной степени определялась общемировыми трендами, в частности, ростом мировой экономики в целом, динамикой цен на основные экспортируемые товары – энергоносители, продукцию черной и цветной металлургии (рис. 2.4), а также благоприятными условиями на мировом финансовом рынке (2003–2007 гг.).30

Трансформационный спад во многом был сопряжен со значительным сокращением инвестиций, как правило, опережающим динамику ВВП, что приводило к сужению возможностей по замене постепенно изнашивавшегося оборудования, установленного в советский период, не говоря уже о создании новых производств. Соответственно значительный скачок в экономическом росте после прохождения восстановительной стадии, связанной с наращиванием загрузки имеющихся производственных мощностей, могли совершить лишь страны, наращивающие норму вложений в основной капитал. Так, по состоянию на 1999 г. ни в одной из стран СНГ норма накопления не превышала 27% ВВП, в то время как в том же году в Китае она составляла около 37% ВВП (рис. 2.5).31

Таким образом, мы можем сделать ряд предварительных выводов по итогам более чем 20 лет экономического развития стран СНГ в условиях независимости.

Экономические итоги рассматриваемого периода существенно различались для разных групп стран. При этом группу стран- лидеров нельзя однозначно соотнести со странами – экспортерами энергоносителей, которые выиграли от позитивной конъюнктуры на мировых рынках в 2000–2008 гг. Помимо Туркменистана, Узбекистана и Казахстана в нее входят также Армения и Беларусь. Данная группа остается достаточно устойчивой (за исключением Узбекистана) вне зависимости от того, рассматриваем ли мы динамику абсолютных или подушевых показателей ВВП.32

Страны, продемонстрировавшие наилучшие результаты экономической трансформации, отличались высокими (по крайней мере в отдельных периодах) значениями норм накопления. При этом источники для внутренних инвестиций были различными (внутренние сбережения, прямые иностранные инвестиции, помощь развитию или переводы мигрантов). Как нам представляется, относительно более слабые позиции России при благоприятных внешних предпосылках были обусловлены тем, что страна не сумела сформировать полноценную модель инвестиционного роста, несмотря на наличие высоких темпов роста инвестиций начиная с 2000 г.

Страны, показавшие относительно худшие результаты экономического развития, не сформировали устойчивой модели экономического роста и не смогли эффективно использовать инвестиции в качестве стимула для устойчиво высоких темпов экономического роста. Это были страны, в которых продолжительность трансформационного спада существенно затянулась (Украина и Молдова в 1999 г. были на нижней точке спада с темпом снижения реального ВВП к 1991 г. 55 и 59% соответственно).33

В 1991 году в странах Содружества были проведены реформы, которые вызвали структурные изменения внешнего и внутреннего рынка. ВВП стран СНГ постоянно снижался. В России, стране № 1 в СНГ, проявилась импортная зависимость внутреннего рынка, государственный долг стал расти, возникла опасность того, что российский капитал будет бесконтрольно «убегать» за рубеж.


Все эти процессы отрицательно сказались на торговле, внутренней и внешней, снизив взаимосвязь между членами организации. Об этом может свидетельствовать то, что в конце девяностых годов объем торговли РФ с другими странами СНГ упал до 19 млрд долл. США. После создания Таможенного союза и ЕАЭС ситуация стала меняться в лучшую сторону:

Перенесемся в настоящее время и проведем следующий анализ.

Россия. В 2018 году рост достиг шестилетнего максимума благодаря укреплению внешнего сектора и бурной строительной деятельности внутри страны. В дополнение к позитивным новостям 8 февраля агентство Moody's повысило кредитный рейтинг России с Ba1 до Baa3 со стабильным прогнозом, подняв его до инвестиционного уровня. На этом фоне 20 февраля президент Владимир Путин выступил с ежегодной речью о положении дел в стране. На фоне все еще слабого роста и падающего рейтинга одобрения его действий, речь была посвящена в основном внутренним вопросам. Президент пообещал увеличить расходы на социальные нужды за счет жилищных субсидий, налоговых льгот и повышения выплат на содержание детей. Между тем, имеющиеся данные указывают на ослабление темпов роста в 1 квартале: Рост, вероятно, замедлился в январе на фоне снижения активности в производственном и строительном секторах, а также ослабления потребительского спроса после повышения НДС в начале года.34

По прогнозам, в 2019 году экономика будет терять темпы роста, поскольку разовые факторы, поддерживавшие рост в 2018 году, испарятся, несмотря на обещанное увеличение государственных расходов. Сокращение добычи нефти, согласованное в рамках соглашения ОПЕК+, должно материализоваться в ближайшие месяцы, что в сочетании с неопределенностью, связанной с санкциями, и слабым потребительским спросом, вероятно, снизит рост активности. Эксперты FocusEconomics прогнозируют рост ВВП на уровне 1,4% в 2019 году, что не изменилось по сравнению с прогнозом прошлого месяца. В 2020 году ВВП увеличится на 1,7%.

Казахстан. В 4 квартале 2018 года экономика сохранила высокие темпы роста благодаря высоким темпам добычи нефти и хорошим показателям в не нефтяном секторе. Однако в начале 2019 года перспективы были менее оптимистичными: в январе экономическая активность значительно снизилась. Снижение объемов производства в обрабатывающей промышленности на фоне продолжающегося спада промышленной активности в Китае, а также слабость в строительном секторе и замедление инвестиций оказали негативное влияние на показатели. Тем не менее, устойчивый горнодобывающий сектор и здоровые потребительские расходы продолжали поддерживать рост. Между тем, в преддверии выборов в следующем году президент Назарбаев недавно отправил в отставку кабинет министров из-за неспособности повысить уровень жизни. Вскоре после этого, 27 февраля, президент распорядился использовать 3,6 миллиарда долларов США из чрезвычайного фонда страны, которые будут потрачены на повышение заработной платы в государственном секторе, а также на социальную помощь, доступное жилье, здравоохранение и инфраструктуру.

Ожидается, что в этом году темпы роста замедлятся из-за более сложной внешней среды. Кроме того, недавние заявления о приостановке добычи на нефтяных месторождениях Кашаган, Карачаганак и Тенгиз для проведения технического обслуживания, вероятно, приведут к тому, что общий объем добычи нефти несколько снизится по сравнению с прошлым годом. Положительным моментом является то, что высокий внутренний спрос продолжит поддерживать рост. Риски снижения обусловлены падением цен на сырьевые товары, а неопределенность в связи с переходом власти также омрачает перспективы. Аналитики FocusEconomics ожидают, что ВВП увеличится на 3,4% в 2019 году, без изменений по сравнению с оценкой прошлого месяца, и на 3,3% в 2020 году.35

Украина. В преддверии сезона выборов поступают обнадеживающие экономические данные за конец года. Рост ускорился в четвертом квартале на фоне оживленного внутреннего спроса. Частное потребление, похоже, было подкреплено ужесточением условий на рынке труда и сильной гривной, о чем свидетельствует здоровый рост розничных продаж в 4 квартале. Кроме того, экспорт продолжал расти, хотя и умеренными темпами, на фоне слабого внешнего спроса. Однако имеющиеся данные за первый квартал рисуют неоднозначную картину: В то время как промышленное производство в январе упало, стремительный рост розничных продаж свидетельствует об оживлении потребительского спроса. В будущем, 31 марта, избиратели будут выбирать следующего президента. Комик Владимир Зеленский стал лидером в опросах общественного мнения, за ним следуют действующий президент Петр Порошенко и лидер оппозиции Юлия Тимошенко. Таким образом, борьба за пост президента остается напряженной, и весьма вероятен второй тур голосования.

В этом году темпы роста снижаются, поскольку жесткая денежно-кредитная политика сдерживает рост активности, а разовый эффект от богатого урожая зерновых в 2018 году испаряется. Потребление домашних хозяйств будет стимулировать общий рост на фоне ужесточения условий на рынке труда, повышения реальных доходов и роста денежных переводов. Однако неопределенность, связанная с выборами, омрачает перспективы. Эксперты FocusEconomics прогнозируют рост ВВП на уровне 2,7% в 2019 году, без изменений по сравнению с прогнозом прошлого месяца, и 2,9% в 2020 году.36

Беларусь. Экономика оступилась в начале года, поскольку более слабая динамика конца 2018 года, по-видимому, перешла в I квартал. Кажущееся снижение расходов домохозяйств в 4-м квартале, вероятно, сохранилось и в начале года, что отразилось в замедлении розничных продаж в январе и высокой инфляции. Кроме того, промышленное производство в том же месяце сократилось, а сельскохозяйственное производство оставалось в минусе, что еще больше подстегнуло цены. На внешнем фронте подробные данные за четвертый квартал показывают, что экспорт резко замедлился к концу года, а импорт вырос незначительно. 13 февраля Владимир Путин предложил сохранить жизненно важные энергетические субсидии и финансовую помощь Беларуси в обмен на более тесную интеграцию между двумя странами. Эта сделка, вероятно, поддержит рост в ближайшей перспективе, хотя она может рассматриваться как потенциальное поглощение со стороны России, поскольку она рассматривает возможность использования одной и той же валюты, налогового режима и судов.

В этом году ожидается замедление темпов роста на фоне широкого замедления. Частное потребление может затормозиться из-за роста безработицы и сохраняющейся инфляции. Между тем, замедление внешнего спроса должно повлиять на промышленное производство в этом году. Замедление роста в России, основном торговом партнере страны, представляет собой основной риск снижения прогноза. Аналитики FocusEconomics ожидают, что рост экономики составит 2,5% в 2019 году, что на 0,1 процентного пункта ниже прогноза прошлого месяца, и 2,4% в 2020 году.

2.2 Проблемы и перспективы экономических преобразований в странах Восточной Европы и СНГ

Значительный объем научных работ посвящен экономическим или структурным преобразованиям и изменениям. Как правило, в них рассматривается вопрос о том, как трудовые и другие ресурсы могут быть перемещены из менее производительных в более высокопроизводительные виды деятельности, как внутри секторов, так и между ними, а также вопрос о том, усиливают ли такие перемещения рост или снижают его.37

Хотя концепция экономических преобразований не нова, за последние несколько лет научная литература по этому вопросу выросла. Все чаще обсуждается вопрос о том, как трансформировать экономику с помощью благоприятных рыночных и политэкономических условий. Как станет очевидным, мнения ученых расходятся в том, в какой степени правительствам необходимо вмешиваться в рыночные процессы для стимулирования экономических преобразований.38

Включение экономической трансформации в ЦУР (цель устойчивого развития), вероятно, будет способствовать большему рассмотрению вопросов трансформации в международной и внутренней политике и стратегиях развития. Уже сейчас международные организации по развитию делают все больший акцент на экономических преобразованиях. Несмотря на это, поскольку Цели развития тысячелетия (ЦРТ) были направлены в первую очередь на социальное развитие, международное сообщество и международные организации играют в догонялки в отношении своей роли в поддержке экономических преобразований для развития.

Аргументы в литературе подчеркивают важность инклюзивного и устойчивого роста. При обеспечении "трансформационного" роста инклюзивные структурные преобразования играют важную роль в ускорении экономического роста, а устойчивый рост - в обеспечении будущего роста. Цель 8 ЦУР также касается необходимости "содействия устойчивому, всеохватному и устойчивому экономическому росту, полной и продуктивной занятости и достойной работе для всех".39

Иногда утверждается, что инклюзивный рост и устойчивый рост не обязательно совместимы, поскольку инвестиции в низкоуглеродную инфраструктуру с высокими первоначальными затратами представляют собой альтернативную стоимость против финансирования искоренения бедности. Гранофф и др. утверждают, что различные пути сокращения выбросов будут иметь различные последствия для достижения нулевой бедности к 2030 году. Тем не менее, необходимые экономические преобразования (в направлении нулевых выбросов), вероятно, будут более совместимы с достижением умеренного и устойчивого экономического роста при одновременном решении проблемы неравенства.

Авторы приводят первые примеры из стран, указывающие на чистое положительное воздействие на экономический рост в странах с низким уровнем выбросов и недорогими вариантами смягчения последствий по сравнению с небольшим отрицательным воздействием в странах с высоким уровнем выбросов, которые сталкиваются с наибольшими проблемами при смягчении последствий. Это означает, что государственная политика должна быть направлена на достижение равенства в процессах устойчивого роста.40

Вывод по второй главе работы. В данной главе работы проводился анализ экономических преобразований в странах Восточной Европы и СНГ.

Таким образом, Восточная Европа — это достаточно подвижный, динамичный регион, перспективы развития которого пока четко не обозначены. Но ясно одно: возврата к прошлому не будет. Везде утверждаются и совершенствуются демократические порядки, постепенно отсекаются крайности, радикализм, национализм, хотя многие проблемы, и прежде всего экономические, стоят здесь достаточно остро. Обратите внимание учащихся на перспективы и взаимную заинтересованность экономического и политического партнерства России и стран СНГ с Восточной Европой (мы нужны друг другу, так как наши товары вполне конкурентоспособны на наших рынках).41

Основные выводы из нашего анализа могут быть суммированы в следующих положениях:

Конечно, учитывая фрагментарное состояние наших знаний о характере отношений собственности в переходных экономиках, полученные результаты следует рассматривать как предварительные. Они нуждаются в дополнительной проверке на материале других, более широких баз данных.42

Опыт многих стран мира свидетельствует, что обычно основой концентрированной собственности служит институт семьи: чаще всего компании с концентрированной собственностью организованы как семейные фирмы. Российские компании отклоняются от этой модели в одном очень важном отношении. По понятным причинам, большинство из них никогда не строились, да и не могли строиться по образцу семейных фирм. Обычно их ядро составляет команда из 3–7 человек, тесно связанных между собой неформальными связями и общим прошлым опытом. По контрасту с семейными фирмами их можно было бы назвать «дружескими» фирмами (некоторые исследователи предпочитают более нейтральный термин – «партнерские» фирмы). В самом деле, члены таких команд обычно знакомы много лет, часто работали друг с другом еще в советские времена, вместе делали первые шаги в бизнесе и являются владельцами сопоставимых по размеру пакетов акций. Похоже, именно такая конфигурация собственности, нащупанная спонтанно, оказывается предпочтительной, как можно заключить из опыта наиболее успешных российских корпораций.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В международной литературе выделяется целый ряд различных точек зрения на способы содействия экономическим преобразованиям. В ряде исследований трансформация рассматривается с точки зрения структурных изменений в производстве и происходит за счет диверсификации производства и структуры экспорта или модернизации внутреннего производственного потенциала, что позволяет странам перейти от производства товаров с низкой стоимостью к товарам с более высокой стоимостью. Эти изменения в экономической структуре сопровождаются перемещением факторов производства (таких как труд) от более низкопроизводительных к более высокопроизводительным видам использования. В некоторых исследованиях в международной литературе подчеркивается важность развития сельскохозяйственного сектора как начальной базы, с которой можно начать рост и обеспечить повышение эффективности, а также занятость, особенно в странах с низким уровнем дохода. Это обеспечивает платформу, с которой в конечном итоге может начаться процесс экономической трансформации за счет перемещения рабочей силы и других ресурсов из сельского хозяйства в современные виды экономической деятельности. Скорее всего, это будет динамичный процесс, при котором трансформация будет происходить поэтапно по спектру, по мере того как экономика будет переходить от аграрной экономики с низким доходом и натуральным хозяйством к промышленно развитым странам с высоким доходом.

Разнообразие точек зрения в международной, региональной и отечественной литературе на то, как происходят и должны происходить трансформация и структурные изменения, также проявляется в разнообразии точек зрения на наиболее подходящую политику для содействия экономическим преобразованиям. Несмотря на это, существуют области общего понимания, такие как важность развития уровня человеческого капитала и навыков, необходимых для диверсификации и перехода к более высокопроизводительным видам деятельности.

Анализ всех трех литературных источников подчеркивает важность конкретного контекста, в котором происходят преобразования. Основополагающие контекстуальные факторы влияют на наиболее подходящий тип политики для содействия экономической трансформации и, в конечном счете, влияют на ее эффективность. В литературе говорится о том, что степень, в которой страны переживают структурные изменения, способствующие росту и повышению производительности, вероятно, зависит от их конкретных характеристик.

Обзор взглядов на экономические преобразования на национальном уровне указывает на различия в субъектах обсуждения этой темы среди заинтересованных сторон (правительств, доноров, ученых и частного сектора). В целом, правительства стран, рассматриваемых в данной работе, начинают признавать экономические преобразования в своих политических выступлениях, хотя уровень внимания, уделяемого преобразованиям, и способ формулирования экономических преобразований в этих странах различаются. Аналогичным образом, есть свидетельства большего внимания к экономическим преобразованиям в рассуждениях различных субъектов, составляющих сообщество доноров в этих странах. Однако, в отличие от этого, существует очень мало примеров политических заявлений или других опубликованных материалов по экономическим преобразованиям, подготовленных частным сектором в рассматриваемых странах.

В отличие от этого, частный сектор рассматриваемых странах сделал очень мало заявлений о политике или других опубликованных материалов по экономической трансформации, хотя вопросы экономической трансформации косвенно затрагиваются в их работе.

В литературе, подготовленной правительствами, донорами, учеными и частным сектором, а также в международных, региональных и внутренних взглядах на экономические преобразования в целом, отсутствует один важный элемент - реализация. В частности, в существующем дискурсе субъектов очень мало содержания о том, каким образом должна осуществляться политика, направленная на содействие экономическим преобразованиям.

Например, государственная политика в области экономических преобразований, рассмотренная в данной работе, как правило, не содержит подробностей в отношении планов реализации и методов работы. Аналогичным образом, хотя во многих случаях правительствами или донорами устанавливаются конкретные цели экономической трансформации, зачастую очень мало внимания уделяется тому, как эти цели будут достигнуты на практике.

Заглядывая вперед, можно предположить, что будущим участникам дискуссии об экономических преобразованиях на международном, региональном и внутреннем уровнях будет полезно уделить больше внимания практическим аспектам процесса преобразований. Это особенно важно в отношении того, как будет осуществляться политика, направленная на содействие экономической трансформации, и как будут достигаться конкретные цели экономической трансформации.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


Баликоев, В. З. Общая экономическая теория : учебник / В. З. Баликоев. – 16-е изд., перераб. и доп. – Москва: ИНФРА-М, 2020. – 528 с.

Барзаева М. А. Экономическое развитие и рост / М.А. Барзаева // Экономика, управление, финансы: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Пермь, апрель 2015 г.). — Пермь: Зебра, 2015. — С. 16-19.

Березнев С.В. Теории экономического роста и развития: зарубежный опыт и отечественная практика / С.В. Березнев // Экономика и управление инновациями. — 2018. — № 2. — С. 4-11.

Богатырева, М. В. Основы экономики: учебник и практикум для среднего профессионального образования / М. В. Богатырева, А. Е. Колмаков, М. А. Колмаков. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 424 с.

Борисов, Е. Ф. Экономика: учебник и практикум / Е. Ф. Борисов. – 7-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 383 с.

Бродский, Б. Е. Макроэкономика: Продвинутый уровень: курс лекций / Б. Е. Бродский. – Москва: Магистр: ИНФРА-М, 2019. – 336 с.

Васильев, В. П. Экономика: учебник и практикум для вузов / В. П. Васильев, Ю. А. Холоденко. – 3-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 316 с.

Викулина, Т. Д. Экономическая теория: учебное пособие / Т. Д. Викулина. – 2-е изд. – Москва: РИОР: ИНФРА-М, 2020. – 209 с.

Гребенников, П. И. Макроэкономика в 2 т. Том 1: учебник и практикум для вузов / П. И. Гребенников, Л. С. Тарасевич, А. И. Леусский. – 11-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 300 с.

Гребенников, П. И. Макроэкономика в 2 т. Том 2: учебник и практикум для вузов / П. И. Гребенников, Л. С. Тарасевич, А. И. Леусский. – 11-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 255 с.

Гребенников, П. И. Экономика: учебник для вузов / П. И. Гребенников, Л. С. Тарасевич. – 5-е изд., перераб. и доп. – Москва: Издательство Юрайт, 2021. – 310 с.

Гукасьян, Г. М. Экономическая теория: ключевые вопросы: Учебное пособие / Г.М. Гукасьян. – 4-e изд., доп. и перераб. – М.: НИЦ ИНФРА-М, 2019. – 224 с.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Сидоров В.А. Феномен рыночного хозяйства: проблема трансформации, историко-экономический анализ бизнеса инноваций: монография / под ред. В.А. Сидорова, Я.С. Ядгарова, В.В. апля. – Майкоп: ЭлИТ, 2018. – 554 с.

Сухарев О.С. Информационная экономика: знание, конкуренция и рост / О.С. Сухарев. — Москва: Гостехиздат, 2015. — 803 c.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Сухарев О.С. Информационная экономика: знание, конкуренция и рост / О.С. Сухарев. — Москва: Гостехиздат, 2015. — 803 c.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Шулимова А.А. Социальная ответственность бизнеса и развитие интеллектуального капитала предприятия / А.А. Шулимова // Человек в постиндустриальном обществе: сборник научных статей. – Саратов: Парадигма, 2013. – С. 139-142.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Веденяпин Я.С. Экономические реформы в странах Восточной Европы и России // Россия и современный мир. – 1998. – № 1. – стр. 25.

Киященко Е.А. Современное состояние экономики и приоритеты развития России // Экономика и управление: актуальные вопросы теории и практики: материалы IV международной научно-практической конференции. – Краснодар: ЦНТИ, 2016. С. 172-176.

Марченкова Л.М. Структурные изменения экономики России как источник экономического роста / Л.М. Марченкова // Бюллетень науки и практики. — 2018. — Т. 4. — № 3. — С. 175-181.

Шулимова А.А. Социальная ответственность бизнеса и развитие интеллектуального капитала предприятия / А.А. Шулимова // Человек в постиндустриальном обществе: сборник научных статей. – Саратов: Парадигма, 2013. – С. 139-142.

Медведев Р. А. Экономика стран Содружества. На разных скоростях и по разным дорогам. к постановке проблемы // Экономические стратегии. – 2005. – N8. – С. 14–18

Мищенко Е.А. Реальные преобразования как ключ к эффективной антимонопольной политике / Е.А. Мищенко // Современная наука: теоретический и практический взгляд: сборник статей Международной научно-практической конференции. – Уфа: Омега сайнс, 2015. – С. 132-136

Шулимова А.А. Социальная ответственность бизнеса и развитие интеллектуального капитала предприятия / А.А. Шулимова // Человек в постиндустриальном обществе: сборник научных статей. – Саратов: Парадигма, 2013. – С. 139-142.

Петраков Н.Я. Русская рулетка: экономический эксперимент ценою 150 миллионов жизней.-М., 1998. - С.60.

Ромах В. В. Экономическое развитие России в пореформенный период / В.В. Ромах // Молодой ученый. — 2020. — №2. — С. 165-168.

Цакаев А.Х. Условия экономического роста и развития в регионах России: необходимые и достаточные / А.Х. Цакаев // Вестник Чеченского государственного университета. — 2019. — Т. 33. — № 1. — С. 7-19.

Цакаев А.Х. Условия экономического роста и развития в регионах России: необходимые и достаточные / А.Х. Цакаев // Вестник Чеченского государственного университета. — 2019. — Т. 33. — № 1. — С. 7-19.

Цакаев А.Х. Условия экономического роста и развития в регионах России: необходимые и достаточные / А.Х. Цакаев // Вестник Чеченского государственного университета. — 2019. — Т. 33. — № 1. — С. 7-19.

Медведев Р. А. Экономика стран Содружества. На разных скоростях и по разным дорогам. к постановке проблемы // Экономические стратегии. – 2005. – N8. – С. 14–18

Медведев Р. А. Экономика стран Содружества. На разных скоростях и по разным дорогам. к постановке проблемы // Экономические стратегии. – 2005. – N8. – С. 14–18

Зарубежнов Е.С. Экономический рост и анализ развития страны через макроэкономические показатели / Е.С. Зарубежнов // Вестник Челябинского государственного университета. — 2018. — № 7 (417). — С. 204-210.

Медведев Р. А. Экономика стран Содружества. На разных скоростях и по разным дорогам. к постановке проблемы // Экономические стратегии. – 2005. – N8. – С. 14–18

Иванов С.И. Основы экономической теории / ред. С.И. Иванов. — М.: Вита-Пресс, 2017. — 650c.

Медведев Р. А. Экономика стран Содружества. На разных скоростях и по разным дорогам. к постановке проблемы // Экономические стратегии. – 2005. – N8. – С. 14–18

Копанев М.Ю. Экономический рост и развитие / М.Ю. Копанев // Мировая наука. — 2019. — № 4 (25). — С. 333-335.

Пыльнева Т.Г. Новая модель экономического развития: поиск источников роста / Т.Г. Пыльнева // Центральный научный вестник. — 2018. — Т. 3. — № 4S (45S). — С. 57-58.