БАНКРОТСТВО: ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ И ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА

Подробнее

Размер

24.60K

Добавлен

15.06.2023

Скачиваний

7

Добавил

Роман
Институт банкротства - неотъемлемая часть рыночной экономики. Он служит мощным стимулом для эффективной работы бизнес-структур, гарантируя в то же время экономические интересы кредиторов и государства как общего регулятора рынка. В мировой практике законодательство о банкротстве изначально развивалось в двух принципиально разных направлениях. Один из них был основан на принципах британской модели, которая рассматривала банкротство как способ погашения долгов кредитором, сопровождающийся ликвидацией обанкротившегося должника. Иное начало было положено в американской модели. Основная цель законодательства здесь - оздоровить компанию и восстановить ее платежеспособность. Однако в современных условиях в законодательстве развитых рыночных стран существует линия конвергенции, сочетание вышеперечисленных принципов. Именно эта тенденция легла в основу разработки законодательства о банкротстве в России, и прежде всего Закона от 19 ноября 1992 г. «О несостоятельности (банкротстве) предприятий».
Текстовая версия:

Статья

БАНКРОТСТВО: ЗАКОНОДАТЕЛЬНАЯ И ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПРАКТИКА

Институт банкротства - неотъемлемая часть рыночной экономики. Он служит мощным стимулом для эффективной работы бизнес-структур, гарантируя в то же время экономические интересы кредиторов и государства как общего регулятора рынка.

В мировой практике законодательство о банкротстве изначально развивалось в двух принципиально разных направлениях. Один из них был основан на принципах британской модели, которая рассматривала банкротство как способ погашения долгов кредитором, сопровождающийся ликвидацией обанкротившегося должника. Иное начало было положено в американской модели. Основная цель законодательства здесь - оздоровить компанию и восстановить ее платежеспособность. Однако в современных условиях в законодательстве развитых рыночных стран существует линия конвергенции, сочетание вышеперечисленных принципов. Именно эта тенденция легла в основу разработки законодательства о банкротстве в России, и прежде всего Закона от 19 ноября 1992 г. «О несостоятельности (банкротстве) предприятий».

Во-первых, закон о банкротстве представлял собой абстрактную модель, как бы привнесенную извне. Это не продукт специфических условий российской рыночной экономики, правоприменительной практики. В результате обновление такого законодательства после его «согласования» с экономической жизнью стало неизбежной и первоочередной задачей, о чем свидетельствует проект нового федерального закона «О банкротстве (несостоятельности)».

Во-вторых, институт банкротства выполняет свою задачу только в рыночной экономике, точно настроенной на точность часового механизма.

Деформированная рыночная экономика в России искажает границы и диапазон ее применения.

В-третьих, первоначальное накопление капитала новыми частными собственниками, распределение и перераспределение приватизированной собственности существенно влияют на механизмы действия закона о банкротстве. И это в ней не полностью учтено.

В-четвертых, применение процедуры банкротства предполагает существенное вмешательство в производственную, экономическую, финансовую и другую деятельность организации с целью принятия правильного решения.

Сложность этой сферы деятельности требует предельно грамотного и квалифицированного подхода. У нас нет такого опыта, накопленного десятилетиями (а то и столетиями). Поэтому приходится сталкиваться с ситуациями, когда суд выступает в роли могильщика, решая признать должника неплатежеспособным, хотя он может и должен выполнять функции врача (введение процедуры реорганизации), или наоборот.

Учитывая эти особенности, целесообразно проанализировать отдельные вопросы законодательства о банкротстве и практики его применения.

До принятия нового Гражданского кодекса Российской Федерации понятия и признаки несостоятельности (банкротства) предприятия выводились из норм ст. 1

Закон о банкротстве. Эти знаки делятся на две группы: существенные и внешние. К существенным относятся: неспособность должника удовлетворить требования кредиторов по оплате товаров (работ, услуг), в том числе по обеспечению платежей в бюджет и внебюджетные фонды, в связи с превышением должником обязательств над своим имуществом. Второй самостоятельный состав существенных признаков несостоятельности должника связан с невозможностью удовлетворения требований кредиторов из-за неудовлетворительной структуры его баланса. К внешним признакам несостоятельности (банкротства) относятся: приостановка текущих платежей на три месяца со дня их выплаты; приостановка платежа связана с тем, что должник не может обеспечить выполнение этих требований кредитором. Однако, существенные и внешние признаки банкротства являются предпосылками, дающими суду право признать организацию несостоятельной (банкротом), в связи с чем юридическое банкротство связано с решением третейского суда. Первая правоприменительная практика показала, что признание предприятия несостоятельным (банкротом) иногда бывает затруднительным по первому набору существенных признаков (неспособность должника удовлетворить требования кредиторов из-за превышения суммы его обязательств в отношение к собственности). Как отмечает В. Витрянский, данная формула несостоятельности должника позволяет ему признать неплатежеспособным (банкротом) предприятие порой по первому набору существенных признаков (неспособность должника удовлетворить требования кредиторов). претензий в связи с превышением суммы его обязательств по отношению к имуществу). Как отмечает В. Витрянский, данная формула несостоятельности должника позволяет ему признать неплатежеспособным (банкротом) предприятие порой по первому набору существенных признаков (неспособность должника удовлетворить требования кредиторов из-за несостоятельности). превышение суммы его обязательств по отношению к имуществу). Как отмечает В. Витрянский, данная формула несостоятельности должника позволяет ему с невозможностью удовлетворить требования кредиторов из-за превышения суммы его обязательств по отношению к имуществу). Как отмечает В. Витрянский, данная формула несостоятельности должника позволяет ему с невозможностью удовлетворить требования кредиторов из-за превышения суммы его обязательств по отношению к имуществу). Как отмечает В. Витрянский, данная формула несостоятельности должника позволяет ему

«водят за нос» своих кредиторов, создавая ситуацию их неплатежеспособности и одновременно расходуя средства на собственные цели без учета интересов кредиторов [1]. Главное, чтобы в этих случаях он не допускал превышения обязательств над активами, тем самым избегая признаков банкротства.

При принятии нового Гражданского кодекса Российской Федерации законодатель, видимо, попытался учесть это обстоятельство и дал новую формулу несостоятельности (банкротства) юридического лица и индивидуального предпринимателя, в соответствии с которой они признаны банкротами. решение суда, если они не в состоянии удовлетворить требования кредиторов (статья 25,)

65). При этом в п. 3 ст. 65 ГК РФ гласит, что основания для признания юридического лица банкротом или признания его банкротом устанавливаются законом о несостоятельности (банкротстве). Аналогичное положение содержится в ст. 25 ГК РФ о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя. Таким образом, с одной стороны, в ст. 25 и 65 ГК РФ формула банкротства представлена ​​одним признаком - она ​​не в состоянии удовлетворить требования кредиторов, а с другой - в тех же статьях есть ссылка на Закон о несостоятельности (банкротстве), когда дело доходит до к основаниям признания судом данного обстоятельства юридическим фактом. Но эти основания являются не более чем существенными и внешними признаками банкротства, указанными в данном

Закон.

В результате проблема юридического закрепления понятия и признаков банкротства хозяйствующих субъектов не получила своего однозначного решения. В результате в арбитражной практике встречаются кредиторы с заявлениями о признании должников банкротами только по основаниям, указанным в п. 1 ст. 65 ГК (не удовлетворяет требования кредиторов).

При формальном подходе, видимо, можно довольствоваться только внешними признаками банкротства. И тем не менее в практике арбитражных судов преобладающим направлением является оценка платежеспособности должника по существенным и внешним признакам, указанным в ст. 1 Закона о банкротстве.

При анализе особенности, связанной с неудовлетворительной структурой баланса должника, суды применяют критерии, указанные в Приложении № 1 к Постановлению Правительства Российской Федерации от 20 мая 1994 г.

№ 498 «О некоторых мерах по реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве) предприятий»: коэффициент текущей ликвидности, коэффициент собственного капитала, коэффициент взыскания (потери) платежеспособности.

Создается впечатление, что при внесении изменений и дополнений в Закон о банкротстве или принятии нового закона формула несостоятельности (банкротства) хозяйствующих субъектов, представленная в п. 1 ст. 25 и п.1 ст. 65 ГК РФ, исключая только критерий превышения обязательств должника над его имуществом, который содержится в ст. 1 Закона о банкротстве. В этой ситуации не удастся свести абстрактный признак несостоятельности (банкротства) должника, указанный в Гражданском кодексе, к формальному и единственному критерию оценки его несостоятельности. К сожалению, в новом законопроекте «О банкротстве (несостоятельности)» только абстрактная формула банкротства, которая приведена в ст. 25, 65 ГК РФ: "

В соответствии с законом о банкротстве, если таковой имеется

В соответствии с законодательством о банкротстве, при наличии оснований, арбитражный суд может применить к несостоятельному должнику меры, направленные на улучшение его финансового положения (внешнее управление, реорганизация), либо путем процедуры банкротства принять решение о прекращении его деятельности как субъект хозяйствования. В арбитражной практике известны случаи, когда кредиторы, подавая заявление в суд о признании должника банкротом, одновременно обращались в соответствии со ст. 12 Закона ввести внешнее управление как одну из реорганизационных процедур, направленных на восстановление платежеспособности должника. В этом случае может ли суд применить одну из реорганизационных процедур, если в ходе производства будет установлено, что имущественное положение должника подпадает под все признаки банкротства, предусмотренные ст. 1 Закон о банкротстве? Суды обычно исходят из того, что если кредиторы, интересы которых нуждаются в защите, обращаются с ходатайством о восстановительной процедуре реорганизации, ее введение, даже при наличии признаков банкротства, соответствует закону о банкротстве. Действительно, при детальном анализе правил банкротства становится очевидным, что законодатель, допуская введение процедуры реорганизации, тем не менее считает, что последняя с точки зрения достижения положительного результата (восстановления финансового положения должника) является вероятностной и , если цель не достигнута, может быть принято решение о несостоятельности (банкротстве) должника (пункт 11 статьи 12 и пункт 11 статьи 13 Закона). То есть функция целителя выдвигается в первую очередь по отношению к функции могильщика. Однако, Данная практика третейского суда может быть безупречной с точки зрения требований закона только при вполне определенных условиях: при наличии признаков банкротства должника введение одной из реорганизационных процедур для улучшения его финансового положения может производиться судом только по требованию не только кредиторов, но и должника. В противном случае последний вправе обжаловать определение о приостановлении производства по делу и добиваться признания его банкротом. Введение одной из реорганизационных процедур для улучшения его финансового положения может быть произведено судом только по требованию не только кредиторов, но и должника. В противном случае последний вправе обжаловать определение о приостановлении производства по делу и добиваться признания его банкротом. Введение одной из реорганизационных процедур для улучшения его финансового положения может быть произведено судом только по требованию не только кредиторов, но и должника. В противном случае последний вправе обжаловать определение о приостановлении производства по делу и добиваться признания его банкротом.

Возможность такого исхода для должника в ряде ситуаций не вызывает сомнений.

В практике третейских судов встречались ситуации, когда при этом

В практике арбитражных судов встречались ситуации, когда одновременно кредиторы по заявлениям о несостоятельности (банкротстве) должников подают заявление о введении внешнего управления, а должник - о применении реорганизации как одной из реорганизационных процедур. Так, коммерческий банк и территориальное управление по делам о несостоятельности (банкротстве), возбуждая производство по делу о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества, обратились с ходатайством о введении внешнего управления. Должник ходатайствовал о проведении реорганизации в отношении своего имущества с приложением программы реорганизации и других материалов, обосновывающих необходимость этой процедуры, в том числе писем ряда крупных коммерческих банков о согласии на участие в реорганизации.

Арбитражный суд стоял перед выбором: кого из заявителей и какую из реорганизационных процедур применить? Предпочтение отдавалось заявителям-кредиторам. Решением суда производство по делу о несостоятельности акционерного общества приостановлено и введено внешнее управление. Мотивируя свою позицию, суд указал, что согласно п. 1 ст. 13 Закона о банкротстве, кредиторы имеют преимущественное право на вынесение решения. Считаем такой подход суда несовместимым с законодательством.

Преимущественное право кредиторов (наряду с собственником предприятия-должника и членами трудового коллектива) касается механизма реализации уже принятого судом определения о введении реорганизации как реорганизационной процедуры для улучшения финансово-экономического положения страны. должник. На стадии принятия арбитражным судом определения о введении той или иной реорганизационной процедуры ни кредиторы, ни должник не пользуются преференциальными правами. Принимая решение о банкротстве должника или применяя к нему меры правовой защиты, суд руководствуется только возможностью (или невозможностью) восстановления его платежеспособности.

Часто при принятии решения о применении реорганизации или внешнего управления суды считают, что меры по реорганизации связаны только с финансовой помощью должнику, тогда как при внешнем управлении может применяться широкий спектр действий технического, организационного и финансового характера. А в случаях, когда кредиторы настаивают на введении внешнего управления, а должник просит применить процедуру реорганизации и в своей программе реабилитационных мероприятий, наряду с финансовой помощью извне, предлагает комплекс организационных, технических и экономических действий, суды считают, что различия между этими процедурами реорганизации сглаживаются. в пользу внешнего управления. Понятно, что в данном случае вопрос решается в пользу кредиторов. я думаю

Основным признаком реорганизации является финансовая помощь должнику со стороны его собственника, кредиторов или иных лиц (преамбула Закона о банкротстве). А если есть, то внедрение этой процедуры происходит на общих основаниях. Предлагаемые в заявлении заявителя дополнительные технические, организационные и другие экономические меры только усиливают гарантии достижения цели при реорганизации. В хозяйственной и арбитражной практике существует тенденция, согласно которой кредиторы в случае финансовой несостоятельности должника часто используют институт внешнего управления как возможность доступа к имущественному комплексу, который он владеет или арендует. В основном это приватизированные государственные (муниципальные) предприятия или арендованные частными коммерческими организациями.

Закона) реальные возможности должника повлиять на выбор конкурсного управляющего по сравнению с кредиторами ограничены, так как кандидатура может быть заблокирована при утверждении плана внешнего управления (п. 8 ст. 12 Закона) . Практика показывает, что кредиторы не хотят и всячески препятствуют внедрению внешнего управления, если они не могут контролировать ход этой процедуры через свою кандидатуру в качестве арбитражного управляющего.

Имея собственного лидера в органах управления должника, кредиторы во внешнем управлении тем или иным образом втягивают его в свою «коммерческую орбиту». В результате должник, восстанавливая платежеспособность, теряет былую экономическую свободу и независимость.

1. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (в ред. От 19.12.2016) (с изменениями и дополнениями, вступил в силу 01.11.2018) / [Электронный источник] URL: http: / /www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_37800/

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) »от 30.11.1994 N 51-ФЗ (в ред. От 28.03.2018) / [Электронный источник] URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5142/

3. Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (в редакции от 03.07.2016) «О несостоятельности (банкротстве)» (с изменениями и дополнениями, вступил в силу 01.01.2018) / [Электронный источник] URL: http: //www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39331/

4. Афанасьева, А. Н., Ефимова, Н. Ф. Применение моделей для оценки степени банкротства предприятий / А. Н. Афанасьева, Н. Ф. Ефимова // Синергия наук. 2017. № 8.П. 129-139.

5. Баклаева Н. М. Финансовый анализ (продвинутый уровень): Учебник для студентов экономических вузов. - Пятигорск: РИА-КМВ, 2018. - 400 с.